Геннадий Тимченко: для меня честь - вернуть деньги в Россию

В мае в Китае ждут президента Владимира  Путина. А на форум в Боао приехал такой его давний знакомый, как Геннадий Тимченко, фигура удивительная. Один из богатейших людей страны, он до поры до времени, даже участвуя в таких крупных стройках, как московское метро, предпочитал не "пиариться" — деньги любят тишину. Но вот — громкая новость: Тимченко продал своему шведскому партнеру свою долю в Gunvor,  крупнейшей компании-трейдере по торговле российской нефтью. Сделка оказалась удивительно своевременной — Тимченко оказался в санкционном списке США. И почти сразу поехал в Китай, где дал интервью "Вестям в субботу".

- Геннадий Николаевич,  добро пожаловать в Китайскую Народную Республику вместо Европы. Почему вы приехали в Китай? Это ваша первая публичная поездка после всех недавних историй.

- Мы с Китаем сотрудничаем уже несколько лет. Есть очень серьезные проекты, один из основных — проект компании "НОВАТЭК" на Ямале.

- Поставка российского газа в Китай?

- Так точно. И то, что мы сумели с китайцами так быстро договориться и даже "затянули" их в свои акции компании "Ямал-СПГ", которые сегодня строят этот проект, -  большой успех. Нам бы вот только темп не потерять и выполнить все намеченные планы к 2017 году. И тогда первый груз будет в Китае уже в 2017 году во втором квартале.

- Большинство людей как к абстракции относятся к теме поставок газа Китаю — это где-то далеко и не про нас — хотя понятно, что за такими вещами стоят десятки тысяч рабочих мест. Какая выгода рядовому россиянину от вашего сотрудничества с Китаем?

- Если говорить о серьезности сегодняшнего вектора на Китай, мне кажется, очень важно понять, что Европа нас как бы отталкивает от себя и это продолжается уже последние лет десять. Мне кажется, такой разворот, может быть, покажет и европейцам, что у нас есть, во-первых, возможность, во-вторых, перспективные рынки, которые развиваются именно в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Желающих попасться в это "окошко" много. Австралийцы строят заводы СПГ, во многих других странах есть подобные проекты.

- То есть нам надо успевать?

- Да.

- Как вы восприняли новость о том, что попали в санкционный список Соединенных Штатов Америки? Как вы про это узнали, сидя у телевизора?

- Естественно, ваши коллеги работают. И я узнал это из новостей.  Конечно, предполагал, что это возможно. Разговоры на эту тему были, но сам факт попадания именно меня в этот лист был, может быть, слегка неожиданным, но достаточно почетным для меня. Я понял это как оценку моих инвестиций в Россию, поскольку мои компании инвестируют в основном в нашу страну: в энергетический сектор, в нефтехимический сектор, в инфраструктурное строительство, пищевую промышленность. Все эти инвестиции находятся в России. И это огромные деньги — миллиарды долларов.

- Сказались ли санкции на работе ваших компаний? Знаю один анекдотичный пример: известный американский певец Джастин  Тимберлейк должен был выступать на принадлежащей вам арене в Финляндии. Он приезжает и выступает. Если взять остальной ваш бизнес, то вы почувствовали введение санкций?

- Проблема в том, что есть две группы санкций: американские и европейские. В европейских мы не учтены, поэтому я, честно говоря, даже не знаю, почему должны быть сложности, хотя сегодня они иногда появляются. В силу того, что некоторые банки, понимая, с кем имеют дело, начинают создавать определенные трудности.

- Это вы себя имеете в виду или американские власти?

- Я имею в виду американские власти, которые пытаются такие трудности создавать европейским банкам. Они побаиваются.

- Грубо говоря, корреспондентский счет в долларах у европейской компании, которая имеет с вами дело?

- Да. Но мы предполагали, что это может случиться, поэтому позаботились заранее о своих активах. Так что все находится сейчас в России, надежно сохранено в наших российских банках.

- Вы вовремя ушли из Gunvor, как будто чувствовали.

- Немножко чувствовали. Но если говорить про Gunvor, то моя доля там меньше 50%.

- Скромно.

- Я не обязан был продавать эту долю, но сделал это, чтобы не создавать проблем компании, которая динамично развивается и входит в "тройку" крупнейших мировых трейдеров в энергетическом секторе, да. Это не только трейдинг. Там есть и заводы нефтеперерабатывающие, и терминалы, построенные в России совместно с моим шведским партнером. Там все в порядке.

- Есть две интересные правительственные инициативы. Одна из них — это экспорт российского сырья, в частности, вместо долларов и евро на рубли. Вы готовы к такому развитию событий?

- Мы уже анализируем эту ситуацию и ведем переговоры с нашими контрагентами. Многие из них готовы это рассматривать. Для начала мы начинаем говорить о переходе в европейскую валюту, но, учитывая, что оттуда могут прийти санкции. Скорее всего, это могут быть рубли. Могут быть и юани. Мы проводили такие переговоры. Мы готовы и на это. И, похоже, что наши китайские партнеры также готовы рассматривать это серьезно.

- Вторая инициатива: первый вице-премьер Игорь Шувалов высказал пожелание о том, чтобы российские компании торговлю своими акциями переводили из Лондона и Нью-Йорка на Московскую биржу. Правда, здесь есть оговорка, хватит ли Московской бирже ликвидности. Скептики первым делом об этом вспоминают. Какова ваша реакция?

- Мне трудно сказать, как это будет выглядеть, все-таки это рынок. Очень важен нюанс ликвидности. Вряд ли мы еще готовы.

- Но потихонечку можно этот процесс начинать?

- Наверное, какие-то компании уже могут котироваться на российской бирже. Почему бы не использовать опять же китайский опыт? Например, в Гонконге  мы можем спокойно работать. И вообще на территории Китая.

- Шанхай?

- Да.

- В журнале, вышедшем к форуму, в котором вы участвуете, есть рейтинг "Сто самых влиятельных компаний Азии". Обидно, что среди ста самых влиятельных компаний Азии нет ни одной российской. Видимо, азиаты не считают нас азиатами, поэтому в их рейтинге мы не числимся. Отношения с Европой сейчас довольно печально развиваются. Не буду рассуждать категориями цивилизационной катастрофы, которая наступила бы в случае, если Россия из Европы "удалилась". Что, по-вашему, делать? Как-то европейцы не очень понимают российские действия.

- Это достаточно интересный факт. Мне кажется, что китайцы не считают нас азиатами, а считают европейцами, и при этом открыто предлагают огромные перспективы для сотрудничества. Они открыто говорят, что готовы работать с Россией в самом широком формате во всех областях. Это подчеркивается руководителями делегаций. Что касается Европы, я хорошо ее знаю, живу в ней, хотя больше времени провожу в России. Уехал туда в 1990 году и прожил там больше 20 лет. Я наблюдал,  как это происходит. Руководители в Европе, к сожалению, плохо представляют себе ситуацию в принципе. Когда они ввязываются в какие-то международные дела, мне кажется, они плохо понимают, какие последствия могут быть.  У меня есть возможность контактировать с разного уровня деятелями и в Швейцарии, и в Финляндии.

- В конце концов вы член ордена Почетного легиона Франции. У вас с ними хорошие отношения?

- Да, у меня неплохие отношения в Европе. И я, наверное, и останусь там председателем Российско-французского делового совета. Мне  также поступило предложение возглавить Российско-китайский совет. С удовольствием приму его. Европа, мне кажется, не понимает российскую политику. Ведет себя очень недальновидно, не понимая вообще проблем.

- Не рискуете, когда это все прозвучит в эфире, поссориться с европейцами?

- Нет, не рискую, потому что я всегда говорю правду и разговариваю с ними. Я говорю им о том, что, к сожалению, очень мало западных лидеров, с которыми мы могли бы говорить на одном языке.

- У вас есть второе гражданство — финское. Однажды это комментировал даже президент Путин. На подходе закон, который предусматривает, что граждане должны информировать государство о своем втором гражданстве.

- Я никогда не скрывал, что у меня двойное гражданство. Люди, которые занимаются государственными делами, государственные деятели, наверное, должны это декларировать, потому что это — интересы страны.

- Да, если принимать решение в использовании вооруженных сил.

- Естественно. Поэтому это правильный закон, и ничего в нем такого страшного нет, никакого нарушения прав человека я не вижу.

- Скажите, Вячеслав Быков стал главным тренером питерского СКА?  Это тоже не чужая для вас организация.

- Вы не болельщик СКА случайно?

- Я внимательно слежу за происходящим. Это  было ваше решение? Почему позвали?

- К сожалению, у меня нет такого большого опыта в хоккее. Я в нем только три года.

- Вы просто живо интересуетесь теннисом и хоккеем?

- Да, особенно хоккеем, потому что я президент клуба СКА.

- И председатель Совета директоров Континентальной хоккейной лиги?

- Да. И еще даже член Совета Международной федерации хоккея. Я обожаю хоккей. И многие россияне любят хоккей. Поэтому я пытаюсь все-таки привести коллектив СКА к желанному Кубку Гагарина. К сожалению, нам пока это не удалось. Я ищу варианты. Встречался с Быковым на Олимпиаде. Мы с ним подробно беседовали о проблемах нашего хоккея. И мне кажется, у него может получиться. 

- А как называется финская команда, которую вы привели в КХЛ?

- "Йокерит" ("Джокер").

- Она будет играть в КХЛ?

- Да. И это будет серьезная конкуренция для СКА и других российских команд, потому что генеральный менеджер этой команды Яри Курри, очень известный хоккеист, обладатель Кубка Стенли, чемпион мира.

- И легендарный игрок сборной Финляндии.

- Да. И тренером их будет как раз тренер сборной Финляндии, той самой, которая обыграла нас, к сожалению,  на Олимпиаде. Поэтому, думаю, там будет серьезный коллектив, и к этому нам надо готовиться. 

Сегодня