Сергей Иванов: для досрочных выборов президента нет никаких резонов

Читайте нас в Telegram

Госдума рассмотрела в первом чтении законопроект о переносе выборов в парламент с декабря на третье воскресенье следующего года. А на экономическом  форуме в Петербурге прозвучало предложение о переносе на пораньше и  президентских выборов. При этом прозвучало это от такого серьезного человека, как Алексей Кудрин. За комментариями "Вести в субботу" обратились к главе кремлевской администрации Сергею Иванову. 

- Сергей Борисович, на XIX Петербургском международном экономическом форуме - океан логотипов российских спонсоров. Они здесь были всегда, но в этом году очень много новых лиц — из Азии, Африки, Латинской Америки. Вернулись те, кто в прошлом году прятался.

— Блистательно отсутствовал.

- Глава одной очень крупной западной компании сказал: "В прошлом году лично Керри звонил, говорил не ехать. В этом году не звонил". Почему он  не звонил?

- Действительно, в этом году — расширенный список представителей иностранных компаний — из 114 стран. Форум удался. Я могу это утверждать смело, потому что это для меня уже 12-й форум. Я их ни разу не пропускал. Были взлеты и очевидные падения.

-  Был вираж.

- Да, совершили вираж красивый. И дело даже не в обилии инвесторов, представителей крупных компаний, не в объеме подписанных контрактов, хотя это, конечно, тоже важно. Но важно другое: практически все, с кем мы общались, говорили, что санкции — это вредно. Говорилось открыто, что это принесло очень серьезный экономический ущерб прежде всего Евросоюзу. Согласно последним данным, Евросоюз от введения санкций пострадал примерно на 100 миллиардов евро и потерял, что также крайне важно, 200 тысяч рабочих мест. 

- Григорий Явлинский заявил, что он — кандидат в президенты. На форуме, отказавшись сам выдвигаться в президенты, Алексей Кудрин призвал к досрочным выборам главы государства. Парламентские досрочные выборы у нас уже есть. Опыт досрочных президентских выборов есть у соседей-казахов. Нет соблазна?

- Мне этот вопрос задавали много раз, начиная с 2012 года. На мой взгляд, самый естественный вариант  - это задать этот вопрос самому Владимиру Владимировичу Путину. Также сравнение с возможными досрочными парламентскими выборами, на мой взгляд, абсолютно некорректно. Когда мы говорим об этом, речь идет примерно о двух месяцах. Там явно прослеживается рациональное зерно.

- Скорее, техническая процедура.

- Она не только техническая. Есть и политический смысл. Если бы мы ничего не меняли, в ноябре старая Дума проголосовала бы за бюджет, благополучно помахала всем ручкой и удалилась.

— Не неся никакой ответственности?

- Да. Новая Дума, уверен, если она будет избрана в сентябре-ноябре, будет чувствовать ответственность и серьезно подходить к этому вопросу. Кроме того, еще есть чисто финансовый аргумент. Совмещение всех выборов — я имею в виду муниципальных, региональных — это прямая экономия средств. Но этот вопрос до конца в виду парламентских выборов не решен. Мы ждем вердикт Конституционного суда, и только после этого станет ясно, возможно это или нет.

— А президентские выборы?

- Президентские к этому не имеют никакого отношения.  Я и раньше отвечал, и сейчас подтверждаю: эту тему с президентом я никогда не обсуждал. Как говорят в народе, есть дела поважнее. Если вы спрашиваете моего мнения, я никакого смысла в этом абсолютно  не вижу. Что-то страшное происходит? Рейтинг Путина резко стремится вниз? Для чего это все? Резонов я не вижу. На всякий случай, как говорится, для протокола, я бы хотел напомнить, что в 2018 году у Владимира Путина есть все конституционные права снова выдвинуть свою кандидатуру.

— Модератор сессии мучил Владимира Владимировича вопросом про границу. И так подошел и эдак. Он сказал, что где бы ни пролегала политическая граница, речь идет все-таки об очень близких народах России и Украины. Тем не менее Украина имеет право на свой выбор. По словам лидеров ДНР и ЛНР, их республики — составная часть украинской территории, как того требуют минские соглашения, которые они выполняют. Но потом они добавили в сердцах, что в идеале им бы в Россию. Где, на ваш взгляд, должна проходить эта самая граница?

- Мне кажется, идеал совершенно понятен: это минские соглашения.  Президент не зря сказал, если бы нас что-то не устраивало в феврале на переговорах в Минске, он бы свою подпись не поставил. Но он это сделал, значит, он исходит из того, что основа минских соглашений и есть идеальный вариант решения внутриукраинского конфликта. Подчеркиваю, внутриукраинского.

— В существующих границах Украины?

— Да. Все апеллируют к России: окажите влияние на ополчение. Я считаю, мы оказали очень серьезное влияние, потому что ополченцы сделали принципиальный шаг — изменили свою позицию. Они же уже проголосовали ранее за независимость, а теперь сказали: мы готовы остаться в составе Украины, если будут выполнены минские соглашения. Но Киев-то ничего не сделал. И давить-то надо уже не на ополченцев, а на тех, дипломатично скажу, кто сильно влияет на киевские власти.

- От Запада это Франция и Германия. В Киеве скандируют: "Украина — это Европа", но по всем внешним признакам и просто по факту видно, что на самом деле Соединенные Штаты играют главенствующую роль. Без вовлечения США в процесс урегулирования ситуации вокруг Украины хватит ли Европе мощи, чтобы повлиять на Киев в той мере, в какой нужно?

-  Я бы не преуменьшал влияние Соединенных Штатов с самого начала происходящего на Украине. Мы помним,  как все началось и кто был главным инициатором. В то же время последний визит Керри показал, что американцы тоже начинают испытывать беспокойство.

- Вы имеете в виду визит к Путину в Сочи?

- Да. Как часто любят говорить американцы, ситуация выходит из-под контроля. Причем им к этому, как это ни иронично прозвучит, не привыкать. А что, в Ираке она не вышла из-под контроля? А в Ливии? А в Сирии не вышла из-под контроля? Теперь она еще и на Украине вышла из-под контроля. Куда, извините, ни сунутся, везде ситуация выходит из-под контроля. Очевидно, что у них все-таки возникло желание действительно попытаться урегулировать это  внутриукраинский кризис политическим путем. Была договоренность, что будет создан отдельный двусторонний российско-американский формат —  Карасин и Нуланд — чтобы координировать наши действия и способствовать урегулированию ситуации. Почему двусторонний? Если бы мы могли дополнить "нормандский формат"  еще одной стороной, подключив Соединенные Штаты Америки, но "нормандский формат" настолько хрупкий сейчас, что этот шаг был просто рискованным. И чтобы не развалить все, мы договорились, что пока будем на двусторонней основе координировать наши действия по Украине.

- Как вы отреагировали на
аресты российского имущества в Бельгии?  Будут ли ответные меры на российской земле?

- То, что они будут, я ни йоту не сомневаюсь. Я все-таки 15 лет в МИДе проработал. Можно действовать и нужно действовать только ответными мерами. /// Естественно, ответные шаги неизбежно и достаточно быстро будут осуществлены.

- Даже такие небольшие друзья России, как Королевский институт международных отношений Chatham House в Лондоне, признали, что российские финансы не так уязвимы, как считалось. Подтверждение этому и укрепление рубля, и, что очень важно, выплаты российскими компаниями своих внешних долгов. Владимир  Путин сослался на резервы, говоря о возможности налоговых послаблений, то есть мы можем себе это позволить. Но мы же понимаем, что резервы, если их тратить такими темпами, как сейчасэто делаем, дальше надо откуда-то  барть. Потребуется некий новый подход.  Будем тратить или  менять схему? Это в большей степени вопрос к правительству, но уверен, что в администрации президента это тоже обсуждается.


- Конечно, мы тоже об этом думаем. Chatham House я неплохо знаю. Когда у нас были отношения с Соединенным Королевством получше, я там выступал. Действительно, это авторитетное учреждение, и тут я говорю без всякой иронии. Что касается наших резервов, начну немножко издалека. Я не во всем согласен с Алексеем Леонидовичем Кудриным, но в одном мы сходимся. В так называемые тучные годы мы стали создавать Резервный фонд и Фонд национального благосостояния. Считаю, мы абсолютно правильно сделали в свое время, что стали откладывать в резервные фонды, и сейчас, как мы видим, только благодаря этому у нас появилась неплохая подушка безопасности. Но я — категорический противник расходования средств или проедания этих средств в течение двух-трех лет. Все-таки факторы непредсказуемости очень высокие. И надо не подушку безопасности "проедать", а диверсифицировать экономику.
Может быть, я скажу достаточно парадоксальную и не очень популярную вещь: Россия богата минеральными ресурсами, но когда цена на эти ресурсы высока, считаю, что это не благо, а проклятие России. Говорю прямо. Когда цены на минеральные ресурсы высоки, почти не остается никакой мотивации заниматься диверсификацией экономики. Сейчас цена на нефть, на мой взгляд, очень хорошая.

- Дисциплинирующая.

- Курс доллара очень хороший. Сейчас идеальное время для того, что бы заняться созданием нового бизнес-климата, новых производств, импортозамещением и много чем еще, особенно высокотехнологичными отраслями, которые я больше всего люблю.

- Совсем немного времени остается до саммита ШОС и БРИКС в Уфе. Очень часто, когда говорят о ШОС и БРИКС, о расширении этих организаций, многие аналитики признаются, что мир стоит на пороге чего-то вроде "Хельсинки-2" или "Ялты-2". когда, возможно, уже в новом составе надо сесть и договориться, разработать новую архитектуру взамен той, которая была после Второй Мировой войны. В Кремле есть такая задумка, такая амбиция или лучше подлатать имеющуюся систему?

- Это достаточно сложный вопрос. Журналисты любят такие броские слова, как "Хельсинки-2", "Ялта-2". Но вы правы в том, что мир действительно нуждается в новой современной полицентричной архитектуре. БРИКС это активно обсуждает. Причем обсуждает, как ни странно, не только собираясь вместе. Я бы хотел напомнить об одной, может быть, малозаметной детали: третий год подряд "двадцатка" начинает работу с одного и того же мероприятия — заседания фракции БРИКС. "Пятерка" БРИКС собирается и решает, что она будет делать в рамках "двадцатки". Что касается ШОС, то президент об этом говорил, будет запущена очень важная процедура — начало присоединения к ШОС двух таких крупных стран, как Индия и Пакистан.

- Ядерных стран теперь. Официально этого не скажешь, но де-факто.

- Обе из них ядерные, хотя ШОС — это не НАТО, хотел бы подчеркнуть, и не собирается становиться НАТО. ШОС — это тоже прежде всего региональная экономическая организация.

— Это получается такой регион, границы которого трудно определить.

- Это фактически глобальная организация. Тем не менее она тоже занимается вопросами экономики, но несколько под другим углом, потому что участники разные.

- Что, на ваш взгляд, необходимо: новый миропорядок или аккуратное реформирование существующего положения дел?

- Я всегда за эволюцию, а не за революцию. Потому что результаты революции, как мы видим по практическому опыту, выходят из-под контроля. "Ялту-2" нельзя сделать, если этого категорически не будут хотеть наши западные партнеры. А мы живем в реальном мире.
 

Сегодня