Без суда и следствия: финский Минздрав преследует русских родителей

Уполномоченный при президенте России по правам ребенка Павел Астахов пообещал помочь семье Вероники Стопкиной, которая живет в Финляндии и у которой местные соцработники забрали сына. Методы финских органов опеки Астахов назвал жестокими и чрезмерно агрессивными. Он также обратил внимание на то, что подобные истории в Финляндии не редкость.

Она – русская с эстонским паспортом. Он – гражданин Финляндии. У Вероники Стопкиной и Раймо Хикеля годовщина свадьбы. Но они не за праздничным столом, а перед монитором компьютера. Почти всей семьей. Она едва сдерживает слезы, рассказывая о том, как 10-летний сын Томас в конце ноября пошел в школу и домой больше не вернулся. Родителям пришло уведомление, что ребенка забрали представители социальных служб.

"Нам сказали, что Томас пошел к директору и пожаловался, что дома его наказывают. Мне он сказал, что обиделся, что мы не повели его на кружки. Я сказала, что школа на первом месте, надо сделать уроки, а потом кружки", — говорит Вероника Стопкина.

Теперь Томас находится в частном детском доме. Во время встреч с родителями и телефонных звонков плачет, жалуется на то, что плохо кормят, говорит, что чувствует себя как в тюрьме.

"Ему нечем заняться. Показал полотенце, а оно  грязное. Постель не меняют. Ищет место на подушке, чтобы лечь – очень грязная, противно. Очень хочет кушать, но боится сказать об этом", — вздыхает Вероника. Финские соцработники посчитали, что ребенку будет лучше в таких условиях, чем в большом благоустроенном доме вместе с родителями, братьями и любимой собакой.

По законам Финляндии, забрать ребенка из семьи могут без суда и следствия, если возникнет хоть малейшее подозрение, что ему угрожает опасность. Шлепок приравнивают к избиению, строгую беседу — к жестокому обращению, отказ исполнить детский каприз — к издевательству. Это происходит всегда, когда дело касается граждан России или людей с русскими корнями. Правозащитники, в том числе и финские, говорят: это бизнес, построенный на русофобии.

"Частный детский дом получает за сутки за каждого нового ребенка несколько сотен евро. Поэтому в данной ситуации Томас – мальчик, выгодный для частного детского дома. И власти  делают все для того, чтобы он жил в детском доме как можно дольше.  Из документов сразу понятно, что мама русская. В Финляндии у финского Минздрава есть рекомендации преследовать именно русских родителей, которые, по версии финского Минздрава, якобы избивают своих детей регулярно", — отметил Йохан Бекман, правозащитник, публицист.

Только за последние четыре года в Финляндии из семей, где хотя бы один из родителей – с российским паспортом или русскими корнями, финские соцслужбы забрали более 70 детей. Иногда обвинения просто абсурдны. Вы слишком сильно любите своего сына, заявили одной из женщин. А Александру Фомину с 10-летней дочерью разлучили после того, как девочка рассказала учителям, что мама отказывается покупать ей велосипед и собаку.

На Альбину Касаткину пожаловалась новая жена бывшего мужа – якобы бьет детей. Ни одного синяка, но звонка оказалось достаточно. Сына и дочь от матери увезли в тот же день.

У Анастасии Завгородней забрали всех четверых детей, потому что один из них в школе обмолвился, что папа отшлепал.

Что касается Вероники Стопкиной, она хоть и не россиянка, ждет помощи именно из России.

"Несмотря на то что Вероника формально не является гражданкой РФ, она является русской по происхождению. И мы не можем оставлять без внимания такую просьбу. Если мы помогаем сирийским, украинским гражданам, почему мы не можем помочь Веронике?! Опять проявлена чрезмерная агрессивность и необъективность в отношении русскоязычной семьи. Людей лишают возможности видеть своего ребенка. Это противоречит Конвенции по правами ребенка", — заявил Павел Астахов.

Вероника до сих пор не может понять, почему ее разлучили с сыном. Томас просит забрать его домой и присылает открытки.

Сегодня