Меркель заявила, что не помнит спор с Папой о "бесплодии Европы"

9 февраля представитель канцлера Германии сообщил, что Ангела Меркель не помнит о своем звонке Папе Римскому как-то осенью. Это — иллюстрация к чеканной фразе Михаила Жванецкого "в женщине используется все". В нашем случае — в том смысле, что Ангела Меркель использует такое прекрасное женское качество как забывчивость. Она не припоминает, как сразу после выступления Папы Римского в Европарламенте позвонила Понтифику. Зато Папе тот звонок из Берлина запомнился на всю жизнь.

Вот что он рассказал в интервью итальянской газете Corriere della Sera: "Раздался телефонный звонок: "Я — немецкий канцлер Ангела Меркель". Она была рассержена, потому что я сравнил Европу с бесплодной женщиной, неспособной произвести дитя. Она спросила меня, правда ли я думаю, что Европа больше не может иметь детей".

Ясно, что слова Понтифика про бесплодие Меркель спроецировала лично на себя. И она действительно может не помнить о том звонке, поскольку звонила Папе Франциску в состоянии крайнего возбуждения. Такое бывает.

Давно отказавшаяся даже от юбок, канцлерин почему-то отнесла на свой счет красивую метафору Понтифика, что с трибуны Европарламента звучала, конечно же, не так физиологично, как в претензии раздраженной Меркель.

"У граждан расширенного Евросоюза за последние годы выросло недоверие к его институтам, которые кажутся им чуждыми, созданными для производства бесчувственных, если не вредных, правил. Общее впечатление — изношенность и старость. Европа сейчас, словно бабушка, у которой уже ни плодородия, ни трепета. Как результат — великие идеи, что некогда вдохновляли Европу, похоже, потеряли для нее привлекательность, и вместо них теперь бездушная машина бюрократии", — отметил Папа Римский.

Папа говорил о разлитом по Европе одиночестве и нехватке духовного начала. Вообще, точно. Более того, поскольку своих вдохновляющих идей не осталось, то европейская машина все чаще исполняет чужую волю и даже говорит с чужого голоса. Сейчас сигнал Европе — "мочить" Россию, пугать ею, предостерегать ее, обвинять.

Так, президент Франции Олланд попросил Москву прекратить воздушную операцию в Сирии. "Я прошу остановить действия российских сил, потому что тысячи человек были вынуждены покинуть свои дома в результате бомбардировок. Мы должны быть уверенными, что Башар Асад оставит власть", — заявил Олланд.

Такое впечатление, что эту пластинку везде в Европе поставили американцы. Не будучи способными эффективно проявить себя в борьбе с варварским псевдохалифатом или просто не желая этого, США перешли на другое поле боя — словесное. По крайней мере, направили на битву туда своих европейских партнеров по НАТО, другого же они не умеют — разучились. Вот теперь и Олланд вслед за Меркель пытается повесить на Россию еще и беженцев.

Во-первых, пока еще никто документально не подтвердил неточность российских ударов. Во-вторых, статистика говорит, что после начала нашей операции поток беженцев из Сирии сократился. Бомбить террористов мы начали как раз в момент, когда они прямой наводкой уже обстреливали центр Дамаска и готовы были туда ворваться. Если бы Дамаск пал, то число беженцев уж точно увеличилось бы в разы — до новых миллионов. Но это все не в счет. Пластинка крутится.

Сегодня