Тема:

Снос самостроя 2 месяца назад

Москву освобождают из тисков самостроя

Столица России продолжает чистить перышки. На Пушкинской площади — знаковое событие — снос "стекляшки", построенной на тротуаре у входа в метро в 90-х. Лишь сейчас стало понятно, как такие малые архитектурные формы засоряют Москву.

Звон стекол громче рева техники. Первым делом расправившись с витринами, экскаваторы дотягиваются до прозрачной крыши, но под обманчиво хрупкой маской скрывается надежный железобетонный каркас, и становится ясно: "Пирамиду" строили на века.

Колонны даже не сразу поддаются ковшу бульдозера. Этот архитектурный монстр словно из последних сил цепляется за московскую землю, в которую успел так прочно врасти за 20 лет. Но вот его наконец удалось сокрушить. И это не просто демонтаж, а слом целой эпохи.

Эпохи наглости и вседозволенности. Ее символом стала как раз "Пирамида", которую демонстративно воткнули прямо на Тверской. Что называется, "центрее" только Красная площадь. Кстати, именно там, в музее Ленина, был офис владельца "Пирамиды", дружившего с сыном бывшего мэра Юрия Лужкова. Дружба, очевидно, и стала залогом успешного бизнеса.

Стандартная схема 90-х: город выделял участки под некапитальное строительство, но связи власти и бизнеса тогда были прочнее бетона, везде где можно и нельзя рос самострой.

Оказалось, некоторые владельцы самостроя до сих пор живут в 90-х. Они и сейчас пытались решить проблему привычным способом.

"Те времена давно прошли. Каких-либо поблажек ни для кого нет", — заявил Алексей Немерюк, руководитель Департамента торговли и услуг Москвы.

Это необходимая любому мегаполису генеральная уборка, когда вычищают вредителей, паразитировавших на теле города. А как еще назвать сомнительные торговые шанхайчики? Мимо таких много лет ходил коренной москвич музыкант Сергей Мазаев.

"Мне приятно видеть, например, газетный киоск, который стоит здесь, нет никакого скопления людей, каких-то заинтересованных лиц, какие-то "крыши", кто-то с кого-то получает", — признался он.

Но, пожалуй, главный и совершенно потрясающий эффект — то, что город возвращается к самому себе, открывая заново так быстро и незаслуженно забытые и забитые торговлей места.

"Раньше ничего этого не было. Все было открыто, а сейчас заставлено какими-то ларьками. Думаю, облик Москвы теряется на фоне ларьков", — считает одна из москвичек.

Многие с трудом вспомнят, а целое поколение и не знает, как на самом деле выглядит вход в метро на Пушкинской и какой просторной была сама площадь.

"Чистые пруды" — это, пожалуй, главное открытие. Место знаковое, одухотворенное, литературное. Между двумя фото разница всего три года. История была перечеркнута напрочь.

Тиски самостроя, в которые был с двух сторон зажат вестибюль станции метро "Чистые пруды", разжались. Здание, которое является памятником архитектуры 1935 года, наконец снова по праву стало доминантой площади. Теперь все, как было задумано, когда даже дышалось иначе и здесь, и в городе вообще.

Это ощущение удивительным образом сохранили кадры хроники. Недавней. Москва 80-х. В ней столько воздуха, столько изящества. Утопающая в зелени летящая арка у метро "Кропоткинская". Ее крылья потом словно прибили к земле пристроенные ларьки. Теперь их снова нет. Станция метро "Сокол". Подступы к ней много лет блокировал целый торговый лабиринт — эту шелуху наконец очистили.

К метро теперь можно не только свободно подойти, но и рассмотреть в деталях здание, каким его задумывали архитекторы братья Яковлевы, например, облицовку фасада подмосковным известняком или изящную фонтанную чашу из полированного гранита. Теперь главный вопрос: что будет на освобожденных площадях?

"Мне бы очень хотелось, чтобы был красивый сад, чтобы были фруктовые деревья, люди бы гуляли и получали удовольствие", — отметил народный артист России Борис Клюев.

Архитектурные бюро уже предлагают идеи. На этих участках не будет строительства — основное решение уже принято — только благоустройство. "Эпоха пирамид" закончилась. Москва снова может вздохнуть свободно.

Сегодня