Российские благотворители рассказывают о Докторе Лизе

С момента крушения самолета Ту-154 Минобороны РФ, разбившегся под Сочи, с того времени, как опубликовали списки погибших, одно имя упоминать опасались. До последнего сохранялась надежда, что исполнительный директор фонда "Справедливая помощь", член совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Елизавета Глинка, известная всем как Доктор Лиза, осталась на земле. По некоторым данным, она не прошла паспортный контроль. Как написала на своей странице в Facebook директор фонда "Подари жизнь" Екатерина Чистякова: "Лиза собиралась, но нам сказали на неделе, что вроде берут только лекарства, а она остается. Дай Бог, чтобы так и было. Ждем".

Ждали, надеялись, молились о чуде даже когда Министерством обороны были опубликованы списки погибших. В частности, директор Международной русской благотворительной ассоциации мира и единства Василий Ермаков написал: "Ты только вчера мне звонила. Что там СМИ несут о гибели, об авиакатастрофе, ты при чем?" — так продолжалось до тех пор, пока информацию о гибели Елизаветы Петровны не подтвердил ее муж Глеб Глинка.

На своих страницах в социальных сетях (как и на ее странице) друзья Доктора Лизы, представители благотворительности, близкие выражают соболезнования. Вспоминают о ней, ее служении. "Доктор Лиза, светлая Вам память! Это невосполнимая потеря для всей нашей страны. Лиза была святая. Плачу горькими слезами", — одним из первых выказал свое горе председатель совета благотворительного фонда "Нужна помощь" Митя Алешковский. "Больно. И не хочется верить. Больно за всех. Но Лиза Глинка, она еще со времен ЖЖ была человеком, рядом с которым просто хотелось быть. Хоть редко, но рядом", — написала актриса и режиссер Юлия Ауг.

О своей личной и общей для всей страны беде горюет журналист Туся (Наталья) Ким: "В те недолгие минуты пока сохранялась надежда, что Лиза не прошла паспортный контроль, пока слала ей СМСки, писала в мессенджере, представляла, как скажу ей, не полетевшей "Ну, с днем рождения, Лиз".

Маленькая и хрупкая, средоточие заряда такой мощности, что хватило бы на сотню самых энергичных людей, на кого ты покинула нас всех, какие сотни людей, детей осиротели, тебя же никто не заменит. Ты отдавала себя им всем, нам всем, и кто теперь впряжется за тебя, кто потянет это вот все?

Вой, вой, боль невозможная, крик в пустоту, физическое ощущение тяжести свалившейся беды, из-под жизней стольких людей выдернули единственную эту подпорку — маленького доктора, несгибаемую Лизу, умевшую заставить поверить в жизнь и то, что кому-то до тебя, любого, больного, кошмарного, сумасшедшего, умирающего, не все равно на этой земле. Ей не было все равно.

Последнее, что написала Лиза в Facebook — памяти Веры Федермессер: "Я жду и верю, что война закончится, что все мы перестанем делать и писать друг другу напрасные, злые слова. И что хосписов будет много. И не будет раненых и голодных детей. До встречи, Вера!"

Вот вы и встретились, прекрасные мои, светлые, лучшие.

Я запомню ее такой — у скорой на Павелецком вокзале. Мой вокзал по средам. И то, чему она меня научила.

Ее слова созвучны воспоминаниям президента благотворительного Фонда помощи хосписам "Вера", дочери основателя Первого московского хосписа Веры Миллионщиковой Нюты Федермессер: "Когда-то мы сидели у мамы дома с Лизой Глинка, ее мужем Глебом, с папой моим. Родители пережили каждый по инфаркту и Лиза приехала с поддержкой и деньгами на лекарства, на отдых. Мама подарила ей кольцо, своё самое красивое, которое папа ей подарил на моё рождение, в благодарность за помощь, чтобы еще раз подтвердить, что они одной крови. Потом, когда Лиза уехала, мы с мамой пытались сформулировать, в чем это их кровное единство, кроме хосписов, но в результате сформулировали, в чем их различие.

Мама сказала, что, если как-то утром она проснётся и выяснит, что от рака больше никто не умирает, то она радостно уйдёт на пенсию, а вот если Лиза утром проснётся и поймёт, что горя в мире больше нет, то она просто не будет знать, как жить дальше.

И еще, когда 12 лет назад в Германии перед тем, как отправиться в операционную, где должны были подтвердить мамин диагноз, мы с ней сидели в палате и я требовала, чтобы она назвала, на кого же опереться, если мамы не станет. Она сначала сказала: не на кого. А потом добавила: если говорить про уют, про домашнюю атмосферу, про круглосуточные посещения, про то, что в хосписе должна быть жизнь и соблюдение человеческого достоинства — то на Глинку.

Я набрала Лизин номер и дала маме трубку: "Петровна, слушай, я сейчас серьёзно говорю, ты должна меня заменить, не сдать хоспис, если я умру, поняла?"

Лиза с первого дня была членом правления фонда "Вера".

У мамы в кабинете всегда стояла, стоит, Лизина фотография. Лиза около танка. В Косово. Неукротимая, неумолимая, непреклонная, сложная, бесстрашная, всегда там, где страшнее всего, где больше всего нужна помощь: в бывшей Югославии, в Донецке, в Сирии, с бездомными у вокзала, с умирающими в хосписе.

И последняя ее публикация на Facebook в годовщину маминой смерти заканчивается словами: "До встречи, Вера".

О совместной работе с Елизаветой Глинка вспоминает пресс-секретарь рок-групп "Машина времени", "Браво", "Воскресение" Антон Чернин: "Я чуть-чуть общался с ней во время подготовки концерта АВМ и Светы Сургановой во дворе Иностранки. Того самого, который мог быть сорван до последнего момента, даже и у дверей библиотеки протестовали какие-то дурики с камерой, но ситуацию спасли, продавили две потрясающих женщины: Екатерина Юрьевна Гениева и Елизавета Петровна Глинка. Обеих уже нет. Энергии там хватило бы на руководство крупной корпорацией или министерский пост. И ума тоже, но вот сердце было повернуто в другую сторону. Теперь надо сохранить фонд, не дать ее делу рассыпаться без своей основательницы. Прецеденты есть".

"Господи, слов нету. Страшно и невозможно поверить. Особенно страшно для всех, кто остался, потому что как мы будем без них? С Доктора Лизы для меня во многом вообще все началось, когда кормили бездомных. И потом Лиза постоянно что-то передавала от фонда нашим бабушкам и дедушкам. Сразу вспоминается, как она утешала меня, реву-корову, после прямой линии с президентом, когда мне страшно важно было сказать и я не смогла. Лиза тогда объясняла, что надо не реветь, а действовать — и все получится. И просто даже знать, что она рядом, что она есть — уже огромное счастье и силы. И теперь страшно и непонятно, в голове не укладывается. Мы-то как теперь, без нее? Пусто", — вспоминает Доктора Лизу директор фонда "Старость в радость" Лиза Олескина.

Сегодня