Новая этика отменяет позор

Фото: соцсн

Говорят, в Москву прилетели зяблики. Не видела. Но раз говорят, что прилетели — весна не за горами.

Еще один верный признак весны — под моими окнами на лавочке снова появились школьники — своего рода зяблики. Каждый год по весне я наблюдаю, как они подходят к лицею, что наискосок от моего дома, куда их родители отправляют к первому уроку. Встречаются там, а дальше поворачивают на 90 градусов и идут в мой двор.

Чем наша лавочка им так приглянулась — не знаю. Но сидят, галдят о чем-то своем, весеннем. Поддразнивают, слушают музыку, заигрывают. Покуривают, конечно. Порой весь день сидят, а иногда посидят-посидят, да в лицей пойдут. Учиться, значит. С опозданием.

Все эти годы я думаю: неужели учителям все равно или они не знают, где их ученики? Почему их не отловят и не отправят в класс? Хотя какая школьной администрацией может быть применена технология к прогульщикам или опаздывающим? Как загнать их обратно в школу, если они ответят — не хотим? И выгнать из школы учащегося сегодня довольно сложно — запрещено это. Да и статистика испортится. Насколько мне известно, лицей наш из передовых.

Поэтому в моем дворе так и будут сидеть прогульщики.

А в одной из московских школ в эти дни история произошла. Началась она, правда, чуть раньше. Как следствие, на стене появилось административное объявление: "Сегодня, 22 марта, на первый урок опоздали 67 человек! Позор!". Школьники в долгу не остались и сверху (чтобы не было сомнений, кто в этой ситуации прав) разместили "алаверды": "Школа — ГУЛАГ. Опоздание — преступление. За что сидишь? Да вот на урок опоздал".

Фотография этих двух листовок появилась в Сети. И, по традиции, их начали бурно обсуждать. Обсуждать, особо не вникая в ситуацию, высказывая свое мнение, исходя из отношения к школе, учителям, ученикам, к своим детям, которые "тоже вынуждены вставать, учиться, подчиняться".

А ведь у появления объявлений есть предыстория. Дети (хотя довольно трудно называть детьми старшеклассников) регулярно и систематически опаздывали на уроки: у одних весна, другие не хотят учиться вообще, третьим не нравятся отдельные предметы. В итоге случилось собрание, на котором школа и школьники договорились, что опозданий не будет. На паритетных условиях обсудили меры борьбы.

Собрание прошло накануне 22 марта, когда 67 человек, проигнорировав свое собственное слово, нарушили договор.

После чего и появились объявления. Одно за другим.

Частное, казалось бы, дело.

Но незначительное происшествие в одной из малозаметных школ стало поводом для мегаобсуждений в социальных сетях. Взрослые люди принялись анализировать, разбирать, препарировать администрацию и учителей, выражая негодование их мелочностью. Дескать, ученики опаздывают потому, что учитель не смог заинтересовать своим предметом (здесь почему-то вспоминается модное слово виктимблейминг, когда жертву изнасилования упрекают в том, что она вела себя недостаточно скромно и провоцировала насильника. Еще один довод в защиту опозданий — раннее начало занятий. Да и вообще стоит ли учиться в школе, в будущем пригодится максимум один-два предмета).

Вызывало недовольство неумение преподавательского состава подстраиваться под учеников, под новую этику, запросы, времена. Нетолерантность. И что школа прибегла к эмоциональному шантажу. Отстаивалось также законность права на опоздания ("я тоже всегда опаздываю, пусть меня ждут", "мало ли какие у учеников могли быть причины")...

Мало кто задумался о том, что провинившиеся в требовании приходить вовремя учителя и администрация пришли без опозданий. Что едва ли не единственная обязанность подростков — учиться. А когда школьники по одному заходят в класс, прерывая урок, они не только отвлекают преподавателя, но зачастую сбивают с мысли отвечающего в этот момент одноклассника. И для учителя это дополнительная, очень тяжелая нагрузка.

Если же говорить о преступлении против свободы личности, личная свобода заканчивается там, где начинается свобода других. Это не говоря о том, что опаздывая, они нарушили договор, нарушили данное ими слово.

Но и этого мало. Негативную реакцию на самом деле вызвало не само объявление, а слово позор. Оказывается, это эмоциональный шантаж, давление, попытка пробудить такую эмоцию как стыд, являющуюся сегодня атавизмом. Оказалось, что в данный исторический момент воззвание к стыду (по сути, к разуму homo sapiens) считается архаизмом и отражает взгляды людей, ушедших в небытие.

С последней мыслью, кстати, трудно не согласиться. Сегодня действительно мало кто помнит имена Платона и его ученика Аристотеля. Еще меньше знающих, что они изучали, читавших хотя бы цитаты из их произведений. Между тем именно они одни (по крайней мере, согласно дошедшим до нас источникам) занимались анализом стыда, утверждая, что это разновидность боязни подвергнуться чужому осуждению. Через 2,5 тысячи лет выяснилось, что стыда нет, так что и взывать к нему бессмысленно и даже вредно.

Казалось бы, отрицание стыда типично для подростков, но спорить с его существованием решили люди взрослые.

Дети помладше, совершив проступок, кричат: "Это не я!" Постарше, чтобы избежать переживаний, они начинают убеждать окружающих и самих, что ничего не произошло: "Ну, и что такого? Ничего постыдного в этом нет! И вообще, это вы здесь ГУЛАГ организовали, а мы только..." Специалисты подтвердят: так переводится внимание окружающих на другие явления.

Например, на ГУЛАГ. Слово, может, и не всем известное и понятное, но определенно с ярко выраженной эмоциональной окраской, действительно отвлекающее внимание от самих учеников и совершенных ими проступков и акцентирующее внимание на учителях. Это называется манипуляция. Смещение акцентов было достигнуто еще и размещением объявления о мученичестве учеников выше учительского.

Не случайно я упомянула новую этику. Ее концепция появилась в 1949 году в книге "Глубинная психология и новая этика" Эриха Нойманна, где он рассуждает о слабости существующей системы этических ценностей. Суть теории Нойманна заключается в отказе от деления окружающего мира на "хорошее" и плохое", в освобождении от попыток усмирить злое начало, деструктивные силы, в признании индивидом своей темной стороны и принятии ее. "Современные люди находятся в незавидном положении. Кроме этики, утратившей силу психологического воздействия, они не располагают иными средствами борьбы со злом, которое осуществляет преднамеренное уничтожение мира. Внутренняя неуверенность человека, который полагается на ценности старой, иудейско-христианской этики, но в глубине души сознает их непригодность и в повседневной жизни убеждается в их бессилии, делает такого человека легкой добычей зла". И далее: "Результаты исследования неврозов в случае индивида также применимы к коллективу, а именно: вытесненные комплексы бессознательного разрушают мир сознания. Неясность и запутанность ситуации, которая возникает в результате вытеснения, приводят к более опасным последствиям, чем аскетизм с его ясной и сознательной установкой на подавление".

Учение о "новой этике" выглядит весьма убедительно, если не анализировать его, как это сделала исполнительный директор "Российского общественного движения-Россия" Наталья Холмогорова. Наталья уверена, что "настоящая беда "новой этики", дурные последствия которой могут быть неисчислимы, — это отказ от равенства и "справедливости для всех" как фундаментальной ценности.

"Этика идентичности" заявляет без экивоков, что люди делятся на разные разряды, и одним должно быть позволено больше, чем другим. И поведение их, даже совершенно одинаковое, следует оценивать по-разному.

В каком-то смысле это, возможно, возвращение к феодализму — особенно если будет сопровождаться юридическими и экономическими сдвигами. Но, прежде всего, на мой взгляд, это отказ от фундаментального для нашей культуры понятия гуманизма/человечности. Которое исходит из того, что каждый человек ценен as is, своей индивидуальностью, а не принадлежностью к тому или иному сословию; что по большому счету все мы в одной лодке, есть нравственные нормы, обязательные для всех, и есть вещи, которые нельзя делать никогда и ни с кем. Например, нельзя пытать, нельзя насиловать, нельзя убивать вне ситуаций войны или самообороны — независимо от того, кто перед тобой и за что ты его не любишь. Все мы в каком-то смысле друг другу сограждане, все живем по одним законам. И концепция "привилегированных групп" и "угнетенных групп", которые живут по разным законам и которым разное позволено, именно это пытается отменить".

Нарушать законы данного учебного заведения, потому что ты — в привилегированной группе "ученики", и травить учителей только потому, что сейчас это модно, и потому, что они взывают к разуму, вполне в духе концепции "новой этики" и крайне опасно.

А на зябликов я бы посмотрела.

Сегодня