Тема:

"Новая волна" 87 месяцев назад

Лара Фабиан: для меня русский язык – что-то особенное

Дмитрий Копылов

Читайте нас в Telegram

На конкурс "Новая волна" приехала французская звезда Лара Фабиан. После официальной пресс-конференции певица дала эксклюзивное интервью корреспонденту Вести.Ру.

- Вы поете на разных языках - французском, итальянском, португальском. Какой язык, на Ваш взгляд как вокалистки, самый "певучий", а какой вообще не пригоден для пения?

- Я не думаю, что существует такой язык, на котором вообще нельзя петь. Мне кажется, что все зависит от того, что человек вкладывает в язык, на котором поет. А какой самый мелодичный? Конечно, английский имеет прекрасный ритм. Но для меня самым мелодичным языком все-таки является итальянский. Он лучше всех сочетается с музыкой. Именно итальянский я люблю больше всего за его потрясающий ритм.

- А русский?

- Для меня русский язык - это что-то особенное, совершенно отличающееся от других. Я не улавливаю его суть и не понимаю его, но когда я слышу, как на нем поют, например, Валерия или Филипп, то понимаю, что он действительно прекрасен. Для меня музыка и язык неразрывны. Возможно, из-за того, что музыка идет от сердца. Можно услышать и исполнителя, который поет на итальянском языке, но если он поет неискренне, то и музыка не звучит. Поэтому я думаю, что дело не в том, на каком языке петь, а в том, кто и как поет.

- Если любой язык пригоден для пения, какой язык самый сложный? Может быть, китайский? Или какой-то специфический диалект?

Однозначно, китайский. Я пробовала петь на нем, и у меня ничего не получилось. Я разучивала песню с переводчиком слово за словом, и все чувство музыки ушло. Я не могла на нем петь, я разговаривала. Так что на китайском, действительно, было ужасно сложно петь. Но, в конце концов, у меня получилось.

- А почему Вы не пели еще на русском языке?

- Приходите на мой концерт в Кремль, и Вы услышите как я пою на русском. Правда, это пока секрет.

- Вы часто говорили, что являетесь человеком мира, не принадлежащим к определенной нации. В последнее время Вы часто бываете в России. Чувствуете ли Вы здесь себя как дома или все-таки в гостях?

- Вы знаете, это забавно, но я действительно начинаю ощущать себя здесь как дома и кое-что понимать. Я чувствую определенную связь между страстью, что есть у итальянцев, и той драматичностью, которая присуща русской душе. И я чувствую в себе связь с этой душой. Например, когда вы сидите за столом, то вскакиваете каждые три минуты, чтобы поделиться с кем-то, поблагодарить кого-то. И так же ведем себя и мы на юге Италии. Я уже много лет такого не видела, традиции постепенно уходят. А здесь, в России, я чувствую настоящее тепло и страсть, даже в определенной степени драму. И мне это нравится. Мне всегда нравятся драмы.

- Вы давали концерты в Москве, Петербурге и Екатеринбурге. Различаются ли эти города? Может быть, Москва больше похожа на Милан, Петербург - на Рим, а Екатеринбург, скажем, на Сицилию?

- Я бы так не сказала. Это то же самое, что сравнивать Юрмалу с Сен-Тропе. Я думаю, что каждый город абсолютно неповторим. Особенно Москва! Насколько она грандиозна, величественна, какая особенная здесь архитектура. Я не могу сравнить ее ни с одним другим городом. И энергетика везде совсем разная. Когда вы идете по улицам Москвы, Санкт-Петербурга или Киева, то ощущаете абсолютно разную энергетику. Поэтому я не могу сравнивать эти города с другими. Они по-настоящему уникальны.

- Несмотря на то, что Вы никогда не пели на русском, когда сегодня на пресс-конференции журналисты задавали Вам вопросы на русском языке, вы понимали их без переводчика. Неужели за те восемь лет, что Вы приезжаете в Россию, Вам так хорошо удалось выучить русский язык? Или Вы специально занимаетесь с преподавателем?

- Я два месяца провела на Украине, снимаясь в фильме. Днем и ночью все вокруг меня говорили на русском языке, и я открылась ему. Я вообще люблю языки и разговариваю на нескольких. И мне кажется, что если я действительно серьезно займусь изучением русского языка, то мне удастся его выучить, пусть я и не буду говорить на нем бегло. Все-таки русский язык - один из самых сложных в мире. Но я уже начинаю кое-что понимать, какие-то отдельные выражения.

- Но Вы действительно добились больших успехов. Ведь вопросы Вам задавали сложные. И Вы сразу понимали, о чем идет речь.

- Действительно? Мне бы хотелось на это надеяться. И что со временем я стану говорить еще лучше.

- Зрители говорили мне, что приехали на Новую Волну только ради Вас и Анны Нетребко. Удалось ли Вам - двум дивам - пообщаться?

- Да, мы пообщались. Она действительно настоящая дива. Я говорю это не из лишней скромности. Ее мастерство и вокальные данные полностью отличаются от стиля поп-исполнителей. Мы не занимаемся классическим вокалом, но ее голос действительно производит на меня невообразимое впечатление.

- А общались ли Вы не как две дивы, а просто как женщины, как мамы?

- Пока у нас такой возможности не было из-за нехватки времени. Мы только успели пожать друг другу руки. Но завтра мы вместе едем домой, и у нас будет возможность поболтать.

- Вы участвовали в "Евровидении" в 1988 году, но не победили. А потом Вы стали мировой звездой. Как Вам кажется, что все-таки главное для артиста: официальные награды или признание публики?

- Каждый этап очень важен. Необходимо полностью осознавать, что ты делаешь. Когда вы находитесь на начальном этапе своей карьеры, как это было со мной, когда я в 17 лет приехала на "Евровидение", это очень важно. Я понимала, что делаю первый шаг в этом бизнесе. Поэтому я ничего не разделяю. Каждый шаг необходим как часть вашего большого пути, и всегда надо отдавать себе отчет в том, чем вы занимаетесь. Это очень важно!

- А был ли в Вашей жизни момент истины, когда вы осознали, что именно к этому Вы и шли?

- Да, конечно, такие моменты были. В первую очередь, это был конкурс "Евровидение". И еще тот момент, когда я подписала свой контракт и начала гастролировать по миру. К этому дню я шла десять лет, и когда я проехала по всему миру, увидела разные страны и разных людей - это было удивительно. Но, честно говоря, я не думаю, что такой ключевой момент в моей карьере уже наступил. Мне кажется, что он еще впереди. Я верю в это. И надеюсь, что Бог меня услышит.

Сегодня