Тема:

Судьба Святой Софии 1 месяц назад

Митрополит Иларион о поправках, храме Святой Софии и расколе в православном мире

Верховный суд Турции разрешил президенту Эрдогану изменить статус собора Святой Софии в Стамбуле. Турецкие власти собираются превратить один из самых известных православных храмов в действующую мечеть. Что может предпринять Русская Православная Церковь? Об этом митрополит Иларион рассказал в интервью телеканалу "Россия 24".

- На этой неделе завершилось голосование о внесении поправок в Конституцию. За их внесение высказались 78 процентов проголосовавших. Это, нужно сказать, даже больше, чем прогнозировали социологические опросы. Я знаю, вы тоже голосовали. Насколько вообще священники проявили себя на этих выборах, есть ли данные у РПЦ о явке священнослужителей?

- Мы не собирали специально данные о явке священнослужителей, но нам известно, что большинство архиереев и священнослужителей приняли участие в голосовании. А тот высокий результат, который был достигнут, объясняется, прежде всего, тем, что люди изучали эти поправки — они были своевременно опубликованы и носили разнообразный характер. И я думаю, что многие из тех, кто проголосовал, обращали внимание на какие-то конкретные поправки. Вот, например, для верующих людей совершенно особая значимость заключается в том, что в Конституции теперь упоминается вера в Бога. И это тот пункт Конституции, который объединяет все традиционные конфессии Российской Федерации. Когда поправки еще формировались, под председательством святейшего патриарха Кирилла собрался Межрелигиозный совет России, который включает представителей православия, ислама, иудаизма и буддизма, и Межхристианский консультативный комитет, который включает представителей христианский конфессий нашей страны. Это было совместное заседание, и на этом заседании обе организации совместно приняли решение о том, что необходимо просить о включении этой поправки в Конституцию. И также, конечно, обсуждалось там и тоже единогласно было принято решение о том, что необходимо вносить в Конституцию пункт о браке как союзе между мужчиной и женщиной. Вот если бы даже только две эти поправки были, все равно все верующие нашей страны за них проголосовали бы. Это, конечно, огромное большинство нашего населения. Но там было и много других поправок, в том числе тех, которые гарантируют индексацию пенсий, и это очень важные поправки, именно потому они и получили такую широкую поддержку.

- Владыка, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган 15 июля собирается совершить первый почти за 100 лет намаз в храме Святой Софии. И на этой неделе прошло голосование, где должны были отменить решение кабинета министров 1934 года о признании этого памятника истории архитектуры музеем. Иными словами, если голосование "за", то теперь это мечеть, и там действительно можно проводить намаз. Как было заявлено на голосовании, решение объявят в течение двух недель. Есть ли у вас информация, может быть, по своим источникам, каким, скорее всего, будет это решение? И нужно ли ждать какой-то объединенный ответ от православных церквей мира на это?

- Судя по той пропаганде, которая велась в Турции, речь идет о решении превратить храм Святой Софии в мечеть. Если такое решение будет окончательно принято, конечно, это вызовет большую скорбь у православных христиан всего мира. Потому что храм Святой Софии является общехристианской святыней, и мы не можем, конечно, пересматривать то, что происходило в прошлом, когда Константинополь пал под натиском турецких войск и превратился в Стамбул, и храм Святой Софии был превращен в мечеть. Это факт прошлого. Но нельзя забывать о том, что почти тысячу лет до этого это был именно христианский православный храм, он был построен как таковой императором Юстинианом. Это был главный храм всей Византийской Империи, тот самый храм, где послы князя Владимира участвовали в богослужении, а потом вернулись и рассказали, что не знали, где были – на земле или на небе, что такой красоты нигде больше не бывает. Это храм, который, конечно, после того, как был превращен в мечеть, с христианской точки зрения был осквернен. В частности, были сбиты мозаики со священными изображениями, и те мозаики, которые сейчас в храме имеются, сохранились чудом, потому что были замазаны штукатуркой – их раскрыли только в новейшее время. Какова будет судьба этих мозаик, как будет функционировать это здание, если оно будет снова превращено в мечеть? И почему турецкое руководство с неуважением относится к чувствам миллионов христиан, миллионов православных верующих? Все эти вопросы сейчас мы не можем не задавать. И мне кажется, что то решение, которое было принято Мустафой Кемалем Ататюрком в 1934 году, было направлено на то, чтобы всех примирить, чтобы здание функционировало именно как музей, открытый для каждого. Поэтому мы с большим сожалением и с большой скорбью воспримем, если такое решение будет окончательно принято, если храм будет превращен в мечеть.

- Очевидно, что это такая пощечина наследникам Византии со стороны светских властей Турции. Какой будет реакция Русской Православной Церкви, подготовила ли РПЦ ответ?

- Мы уже озвучивали нашу позицию, и от нее не откажемся. Нельзя сейчас возвращаться к временам Средневековья. Мы живем в многополярном мире, в многоконфессиональном мире, и нужно с уважением относиться к чувствам верующих. Понятно, что Турция в настоящий момент – страна с преобладающим мусульманским населением. Но я очень хорошо знаю Стамбул, и там нет недостатка в мечетях. Прямо рядом с храмом Святой Софии находится Голубая мечеть, которая является действующей, ее можно посетить. И в чем необходимость именно сейчас превращать храм Святой Софии в мечеть, нам непонятно. То есть нам понятно, что это вызвано внутриполитической ситуацией в Турции, что президент Турции в данном случае становится на сторону тех, кто призывает к превращению храма в мечеть. Но мы считаем, что этот акт в сегодняшних условиях является недопустимым нарушением свободы вероисповедования, и это не только внутреннее дело Турции, как сейчас говорят многие турецкие чиновники. Это памятник общехристианского значения, общемирового значения, это мировой памятник культуры, и мы с большой скорбью воспринимаем то, что сейчас происходит вокруг этого христианского храма.

- А в Черногории является ли внутренним делом то, что происходит вокруг Сербской Православной Церкви? Там продолжаются многотысячные митинги, и вы неоднократно говорили об этом, даже обращались из нашей программы лично к Джукановичу? Почему черногорские власти не реагируют на то, что происходит вокруг канонической церкви?

- Черногорские власти решили создать свою собственную карманную церковь. Церковь, которая будет находиться в границах черногорского государства и которая своим существованием будет подкреплять независимость Черногории. Точно с такой же концепцией выступал бывший украинский президент Порошенко, который почему-то считал, что в независимом государстве должна быть независимая церковь. Хотя, например, существует Римская Католическая Церковь, глава которой проживает в Ватикане, а церковь при этом имеет свои епархии и структуры во всем мире. Почему-то никто не говорит, что надо отделить эту церковь от Рима. Даже в Китае сейчас достигнут компромисс между Ватиканом и властями о том, что избрание епископов будет утверждаться в Риме. И никто не говорит, что это вмешательство во внутренние дела. Поэтому сама по себе постановка проблемы в Черногории является ложной, ошибочной и опасной. Она уже взорвала черногорское общество, и те крестные ходы, которые совершаются в течение всей весны, а теперь уже и летом, даже несмотря на введенные меры, связанные с карантином, показывают, что черногорское общество недовольно этим решением. А решение это с самого начала было дискриминационным, потому что принят закон о фактической национализации церковной собственности, причем эту церковную собственность после национализации государство может передать какой угодно структуре, в том числе и не канонической Черногорской Церкви, которая является крайне немногочисленной, не пользуется никаким авторитетом, но на базе которой, по-видимому, черногорские власти пытаются создать национальную церковь. Попытки диалога между Сербской Православной Церковью в Черногории и черногорским руководством пока не увенчались успехом. Черногорское руководство не хочет слышать доводы верующих, и эта взрывоопасная ситуация не на пользу ни черногорскому государству, ни народу Черногории. Поэтому мы очень надеемся на то, что президент Черногории откажется от этой пагубной тактики, что не будет повторять ошибку, совершенную бывшим президентом Украины Порошенко, и что он даст возможность канонической Черногорской Православной Церкви, которая находится в составе Сербской Православной Церкви, нормально действовать и развиваться.

- Владыка, раз уж мы заговорили об украинских раскольниках. Непризнанная Украинская Церковь и ее самопровозглашенный патриарх Филарет теперь от Константинополя требуют новый томос. Мы в прошлом году много программ посвятили тому, что происходит на Украине, и тому самому томосу, от которого должна была зависеть жизнь этой новой структуры, а теперь получается, что, в общем-то, от этого томоса ничего не зависит. Потому что, как признается сам Филарет, томос, полученный в прошлом году, на самом деле не делает украинскую церковь независимой, а подчиняет ее Константинополю. Есть ли у них шанс получить какой-то новый томос? И то, что происходит, не нивелирует ли этот томос сам по себе? Ну, получат они еще один, второй, третий, что изменится в жизни этой церкви?

- Все это говорит о том, что украинские раскольники окончательно запутались в той авантюре, которая была совершена при помощи тогдашнего президента Украины Порошенко, который добился от патриарха Варфоломея томоса. Но этот томос действительно создает некую ущербную полуавтокефальную церковь, причем создает ее на базе раскольников, не имеющих канонического рукоположения. Соответственно, все то, что происходит в этом сообществе сейчас, это естественное следствие того, что произошло. Неканонические раскольнические сообщества везде имеют тенденцию к расколу. Сначала может существовать одна группа, потом их станет две, потом их станет три и так далее. Вот Филарет на протяжении более получетверти века боролся за так называемую автокефальную церковь, а когда дело дошло до предоставления томоса, то его просто отодвинули в сторону. Ему что-то там пообещали, якобы устно, потом это не выполнили, главой этой структуры стал другой человек, Филарет обиделся и провозгласил свою прежнюю структуру существующей. То есть налицо уже раскол в расколе. Но мы знаем и в истории много ситуаций, когда создавались расколы и потом начинали делиться. Когда-то в Греции был один старостильный раскол, а сейчас там уже 8 или 9 групп раскольников. Поэтому здесь нет ничего удивительного. Я думаю, что для Константинопольского патриархата эта история закрыта, а вот для Православной Церкви по всему миру — нет. Потому что под давлением Константинополя эту раскольничью структуру признали некоторые иерархи Александрийского Патриархата и Элладской Православной Церкви, а другие православные церкви не признают эту структуру. То есть раскол, который появился на Украине по чисто политическим причинам, из-за действий патриарха Варфоломея сейчас становится уже общеправославным расколом. И это проблема, с которой всем нам придется иметь дело до тех пор, пока она не будет решена. Единство всемирного православия сегодня нарушено из-за антиканонических действий патриарха Варфоломея. И мы молимся о том и надеемся на то, что этот раскол будет уврачеван.