Нацгвардейцы насилуют и расстреливают своих жертв там же, где спят и едят

Нацгвардейцы насилуют и расстреливают своих жертв там же, где спят и едят

Массовые захоронения жертв украинских карателей на Донбассе: силовики насиловали и расстреливали своих жертв там же, где пили и спали. Среди нацгвардейцев полно бандеровцев и садистов.

Это — шок для всех, кто готов видеть факты беспристрастно. Шок, ибо не укладывается в голове, что такое возможно сейчас и в Европе, чуть западнее Ростовской области.

В ямах со связанными сзади скотчем руками — наши братья и сестры, расстрелянные карателями. Мы говорим: военное преступление. А у тех, кто убил, — мотив — битва за Украину и война. Им говорят, что с российской армией, но на деле убивают они своих. Своих расстреливают и своих закапывают. И даже не воюющих на другой стороне, а безоружных людей, просто селян. И жгут дома, где квартировались до отступления.

С обеих сторон воюют и православные. То есть не униаты с Запада, протестанты и филаретовские раскольники, а с Востока — воины Московского патриархата. Это было бы слишком просто. В том-то и драма, кошмар словно повторившегося опыта гражданской войны, что православные — с обеих сторон. Допустим, по церквям прямой наводкой палят, пожалуй, униаты. Но по крайней мере уж точно не православные палят по храмам. Но все остальное! У всех ведь свербит: "Не убий". А тут — война. И что? Тогда для начала нужно понять, справедливая или нет. И есть ли у войны хоть какие-то нравственные правила?

Первым понятие "справедливой войны" предложил еще в IV веке один из отцов христианской церкви — Святой Августин. По ходу истории войны становились предметом все более глубокого осмысления. И что сегодня? Стоит прислушаться к Православной Церкви. По крайней мере, это единственный институт в Отечестве, что занимается проблемами добра и зла уже более тысячи лет. И вот, что сегодня говорит наша Церковь: "Признавая войну злом, Церковь не воспрещает своим чадам участвовать в боевых действиях, если речь идет о защите ближних и восстановлении попранной справедливости. Тогда война считается хотя и нежелательным, но вынужденным средством. Православие во все времена относилось с глубочайшим почтением к воинам, которые ценой собственной жизни сохраняли жизнь и безопасность ближних. Многих воинов Святая Церковь причислила к лику святых, учитывая их христианские добродетели и относя к ним слова Христа. Нет больше той любви, как если кто положит душу и волю за друзей своих".

Понятно, что чрезмерную жестокость Церковь не поощряет. Более того, потеря нравственного облика сражающегося человека говорит о безнравственности и несправедливости его целей, заставляет задуматься о природе такой войны. Если битва идет не с праведным гневом, а со злобой, похотью и алчностью, что подвигают на зверства, то такую войну нельзя ничем оправдать. Это уже преступление.

Впервые термин "военное преступление" появился в 1945 году. По итогам Нюрнбергского процесса немецко-фашистских генералов за военные преступления повесили или упрятали в тюрьмы. Впрочем, и потом военных преступлений хватало.

В 1969 году американские войска расстреляли всех мирных жителей южновьетнамской деревни Сонгми, а само поселение сожгли. Жестокие этнические чистки шли в ходе распада Югославии. Военные преступления совершали американцы во время наземной операции в Ираке. Сейчас там головы отрезают уже им. Военное преступление.

Теперь вскрываются факты неоправданной и чрезмерной жестокости уже в ходе гражданской войны на востоке Украины. Не признать такое военным преступлением, не расследовать — значит, превратить это в норму, в нравственно приемлемую практику. Тогда где остановиться? И во что превратится наша цивилизация?

Срока давности военные преступления по международному праву не имеют. Это значит, что преступников будут преследовать до конца дней. Уликами станут и кадры военных корреспондентов, работающих в зоне гражданской войны на Украине.

Сегодня

Вы можете получать оповещения от vesti.ru в вашем браузере