Тема:

Стрельба в Америке 9 часов назад

Полицейский беспредел: в США отстреливают чернокожих

Автор: Дмитрий Киселёв

7 июля в Америке пятеро белых американских полицейских застрелены из снайперской винтовки — месть за то, что накануне другие полицейские беспричинно застрелили двух черных. Выступая после трагедии, президент Обама признал существование расизма в США. Официальные спикеры от американских силовых структур жалели полицейских и стандартно говорили, что те защищают демократию. При этом никак не оценивали их действия, когда они одного за одним убивали черных ни за что. Американская демократия — это система, в которой полицейские с начала года убили почти пять сотен человек, к концу года будет где-то тысяча.

Генпрокурор США Лорретта Линч теперь говорит, что американское общество перенасыщено насилием, страхом и ненавистью, но ведь изменить это можно, лишь изменив культуру. У американской же культуры есть верхний глянец — это слова, которые произносят политики, журнальные обложки, телевидение и кино, — а есть практика, которая от глянца далека. Теперь в этой практике появилось и новое — расстрел полицейских из снайперской винтовки как месть за убийство черных.

Означает ли это, что и в следующий раз, когда очередной черный в Америке будет ни за что убит полицейским и это будет по случаю задокументировано на видео, что уже обычно, какой-нибудь мститель вновь возьмется за снайперскую винтовку? Поручиться трудно, но то, что этот барьер в американской демократии уже взят, — факт.

Но при этом глянец останется, как останется и эта жеманная политика учить всех и навязывать некий американский идеал тем странам, на чьи ресурсы США замахнулись. В России, по крайней мере, полиция ведет себя иначе. Не всегда идеально, но на круг — на порядок лучше.

Автор: Валентин Богданов

Даллас не отпускает охвативший его страх. 9 июля — новый сигнал тревоги — в полицию пришла анонимная угроза. Через три часа понятно, что она была ложной.

На утро после расстрела у полицейского департамента Далласа возник стихийный мемориал. К вечеру капоты патрульных машин скрылись под десятками букетов. То, что рано или поздно где-то здесь поставят памятник постоянный, сомнений нет. Настолько крупных потерь у стражей порядка США не было со дня терактов 11 сентября.

Не только полиция — на пятнадцатый год атак на башни-близнецы вся Америка впервые с того времени чувствует себя настолько уязвимой.

Рекорд за рекордом. Потрясшая страну атака в Сан-Бернардино меркнет на фоне Орландо. Месяца не прошло, как в гей-клубе "Пульс" Омар Матин расстрелял 49 человек.

Никки Дилли, как и многие американцы, в эти дни пытается понять, что же с ними произошло. "Мне кажется, что наша культура изменилась. Нет ничего хорошего в том, что мы стали выносить приговоры еще до того, как не закончено расследование. Мне также кажется, что наша страна, которая основывалась на библейских ценностях, с которых она начиналась, ушла от них", — считает Дилли.

Исполнение приговора далласским полицейским, которые не имели ровно никакого отношения к недавним убийствам чернокожих, афроамериканец Мика Джонсон назначил на 20:45. В этот момент протестующие против полицейского насилия, шагая вдоль местной Мэйн-стрит, по традиции таких митингов как раз подняли руки, скандируя: "Не стреляйте!"

Шквальный огонь. Пули стучат по мостовой, высекая искры. Кажется, что начался уличный бой и бьют ото всюду. Сраженный огневой мощью полуавтоматической AR-15 падает один офицер. Потом — еще двое. По кучности и точности огня (смертельно ранят лишь полицейских) сначала делают неверный вывод, будто едва ли не целое отделение снайперов.

Джонсон появится на кадрах лишь единожды, видимо, меняя место засидки. Вот он в камуфляже крадется вдоль колоннады паркинга Эль-Сентро колледжа, на верхнем уровне которого на часы займет оборону. Подкравшийся полицейских стреляет ему в спину. Пуля отскакивает от бронежилета. Тактический маневр в стиле вестернов и почти моментальная казнь. В офицера Джонсон почти в упор выпускает несколько пуль.

На ликвидацию стрелка потратят несколько часов. Он будет пугать заложенными по всему городу бомбами, но сам в итоге от бомбы погибнет. Впервые в истории полиции США преступник убит взрывчаткой C4. Обычно ее использует армейский спецназ. К засаде снайпера на крытой парковке послали дистанционно управляемого робота.

"Похоже, был лишь один стрелок. Мы полагаем, что 25-летний Мика Хавьер Джонсон, скорее всего, не связан с какой-либо международной террористической организацией и не вдохновлялся экстремистскими группировками", — заявил Джей Джонсон, министр национальной безопасности США.

Министру нацбезопасности, конечно, удобнее считать своего однофамильца свихнувшимся одиночкой, но факты говорят о другом.

Дом Мика Джонсона во вполне благополучном Меските, где он жил с матерью. Отец стрелка ушел к белой женщине. Отсюда Джонсон уезжал сапером в Афганистан, где сослуживица обвинила его в сексуальных домогательствах — он ни с того ни с сего купил ей нижнее белье. Здесь на заднем дворе по свидетельству соседей оттачивал тактику боя. В общем, пограничная личность снайпера разложена на атомы. Но все это похоже на деревья, за которыми не видно леса.

Даже если Джонсон просто псих — а в сумасшедшие в США сейчас сходу записывают любого, кто стреляет в толпу, потому что так спокойнее, чем записывать в террористы, — то куда деться от содержимого его компьютера и страниц в социальных сетях? Армейский резервист, судя по его Facebook, увлекался идеями афроамериканского национализма. Чаще всего он лайкал посты партии "Черных пантер". В отличие от старой, левой с Анджелой Дэвис эти — настоящие праворадикалы.

Захватило ум Джонсона и движение "Нация ислама". Его причудливая идеология строится на понадерганных из традиционной мусульманской религии представлениях, приправленных национализмом и сдобренных саентолоническими практиками. Ненависть к белым там — базовый принцип. Сторонников немало — до 100 тысяч в одной Америке.

Ненавидел белых, в особенности полицейских, и Джонсон, в чем незадолго до смерти сам признался переговорщику, который уговаривал его сдаться. Повод реализовать задуманное отыскал стрелка сам.

На прошедшей неделе — сразу два убийства черных — в Луизиане и Миннесоте. Сначала в городке Батон Руж наряд, не разбираясь, застрелил торговца компакт-дисками Элтона Стерлинга. На Стерлинга пожаловался по "911" неизвестный, сообщив, что у того пистолет, хотя на кадрах сделанных из припаркованной рядом машины оружие так и не мелькнуло. Зато видно, как коп в упор разряжает пистолет в скрученного мужчину, который неспособен сопротивляться.

Через день — более шокирующая история в местечке Фэлкон Хейтс. В белой майке, на которой расплывается кровавое пятно, — агонизирующий Фернандо Кастил. В окне — полицейский с пистолетом, который пару минут назад остановил его за разбитый стоп-сигнал. На соседнем кресле — возлюбленная Кастила Даймонд Рэйнолдс, сзади — ее четырехлетняя дочка. Девушка включила запись через секунды после выстрела.

Женщину можно было бы понять. Любая съемка в такой момент — лишнее доказательство творящегося беззакония. Но Даймонд Рэйнолдс параллельно выходит в Facebook, начиная прямую трансляцию агонии своего молодого человека.

Протесты по поводу этих убийств не охладили ни обещания ФБР и генерального прокурора, ни выстрелы в Далласе. Черная Америка под лозунгами "Черные жизни тоже имеют значение" встала на дыбы. В Атланте толпа заблокировала федеральную автостраду, которая соединяет две части города. В Финиксе полиция разгоняет участников акции слезоточивым газом. Кипят Лос-Андежелес и Новый Орлеан, Сан-Франциско и Филадельфия, Вашингтон и Нью-Йорк. Где-то — стычки. Почти везде — аресты.

Так заканчиваются восемь лет президентства Барака Обамы, который полагал, что насаждая толерантность всеми способами, может решить противоречия заложенной самой историей американского общества.

Программу натовского турне по Европе Обама сократил, но не отменил. В Даллас он полетит, но после визита на базу ВМС "Рота". Наверное, мог бы и не лететь. Ничего нового в его пятнадцатом выступлении по случаю массового расстрела страна не услышала.

Выстрелы на Мэйн-стрит прозвучали в минутах ходьбы от здания книгохранилища, из которого в 1963-м стреляли в Джона Кеннеди. Обаму и Кеннеди часто сравнивали во время предвыборной кампании. Теперь у Обамы есть свой Даллас. Сам он, конечно, жив и здоров — попали в его утопические идеи. Вместо позабытого "да, мы можем" Америка все чаще слышит разочарованное "нет, мы не справляемся".

Сегодня