10 000 000 детей "из пробирки" - не Божий промысел?

фото EPA

Сегодня весь мир впервые отмечает День ВРТ — вспомогательных репродуктивных технологий, позволивших познать радость появления на свет собственного ребенка огромному количеству людей, еще недавно приговоренных диагнозом "бесплодие". Инициатором стала Российская ассоциация репродукции человека.

Мировое сообщество репродуктологов (IFFS) поддержало эту инициативу. Отныне 25 июля специалисты ВРТ (вспомогательных репродуктивных технологий) и их пациенты будут отмечать создание нового направления в лечении бесплодия.

Поддержала идею и Луиза Браун — ровно 40 лет назад появившийся первый младенец "из пробирки", ознаменовавший рождение новой области медицины.

Английских ученых Роберта Эдвардса и Патрика Стептоу, посмевших соперничать с самим Богом, приподнявших завесу таинства, церковь готова была предать анафеме, а Нобелевский комитет удостоил премии.

Но самое главное — за прошедшие с тех пор годы родились 10 миллионов малышей, имеющих, по словам Владислава Корсака, "одну особенность — они очень желанные. Им уделяется повышенное внимание, потому что по пути к ним родители преодолевали большие эмоциональные затраты и материальные".

Это наблюдения Владислава Корсака, врача, ученого, президента Российской ассоциации репродукции человека (РАРЧ), выступившего с инициативой отмечать всем миром День ВРТ.

Доктор Корсак развенчивает мифы, связанные с теми, кого называют "дети из пробирки".

- Владислав Станиславович, в каких странах больше всего проводят процедур ВРТ?

- В Японии. За 2017 у них было сделано около 500 тысяч. Это доступно, оплачивается, такая потребность у населения. На самом деле не общее число выполненных циклов важно, а число циклов в расчете на 1 млн населения. Среднее значение этого показателя среди европейских стран — 1500 циклов, в Дании и Бельгии около 3000, Норвегии, Исландии, Греции, Словении, Эстонии более 2000, но в Австрии и Италии около 1000, в Португалии и на Мальте еще меньше.

- А в России?

- По данным подготовленного к печати последнего отчета Регистра ВРТ РАРЧ — 839 циклов на 1 млн. В пролом году правительством было решено довести этот показатель до 1000 циклов

- Насколько верны мои ощущения: сейчас гораздо чаще начали прибегать к ЭКО? Даже в моем самом обычном окружении человек 7 не могут справиться сами и готовы прибегнуть к ЭКО.

- Только не к ЭКО, а к вспомогательным репродуктивным технологиям. Надо именно этот термин использовать. Собственно, и праздник называется Всемирный День ВРТ, включающий преимплантационную генетическую диагностику наследственных болезней, криоконсервацию — сохранение эмбрионов и половых клеток, донорские программы, суррогатное материнство и другие методы и программы, то есть целый комплекс. Лечение бесплодия с помощью ВРТ стало доступнее у нас в стране (число циклов ежегодно увеличивается), как и во всем мире. Во многих странах есть очередь на эту процедуру, потому что бюджет здравоохранения ограничен, получается, если ты хочешь сделать это бесплатно, то ты будешь стоять в очереди, в Англии, в Испании это 3 года. В России очередей на лечение за счет средств ОМС нет. Это результат государственной поддержки этого вида медицинской помощи.

- 25 июля 1978 года, когда в Великобритании с помощью искусственного оплодотворения появилась девочка Луиза Джой Браун, стало началом счастья для многих-многих бесплодных семей. Это частая медицинская проблема. Мировая статистика говорит о том, что бесплодна 1 из 6 пар. Так, у женщин образуются нормальные яйцеклетки, но они не могут попасть в матку из-за непроходимости фаллопиевых труб. Именно эта проблема была у матери Луизы Браун. С тех пор родились 10 млн детей, но до сих пор такой способ решить проблему кто-то называет "небогоугодным", а саму процедуру ЭКО даже некоторые врачи не рекомендуют делать, потому что "каждая попытка — минус три года жизни матери".

- Это глупости, ни на чем не основанные домыслы. Нужно понимать, что наши возможности вмешаться в природу ограничены.

Природа устроена так, что на старт каждый месяц выходят несколько фолликул, и дальше у них начинается соревнование. В естественном процессе побеждает один, то есть зрелого состояния достигает один фолликул, остальные отмирают и больше в репродукции не участвуют. То, что удается нам — это стимулировать все фолликулы "бежать". Это искусство медицины — как стимулировать развитие всей когорты фолликулов. Поэтому стимуляция ничего не крадет у яичников женщины, она реализует только ситуацию, когда созревают все фолликулы, вышедшие на старт.

- Второй миф, который находится рядом, — вмешиваемся в божье дело.

То, что может сегодня биология и медицина, это имитировать условия, которые существуют у женщины в организме. Встреча сперматозоида с яйцеклеткой происходит в маточной трубе — при определенной температуре, в особой по химическому и газовому составу жидкостной среде. Эти параметры нам известны и они могут быть воспроизведены с помощью культуральных сред и аппаратуры – "инкубаторов". Все, что мы можем осуществить, это обеспечить условия на период оплодотворения на период раннего развития эмбриона — на 5-6 дней, пока он не связан с материнским организмом и "путешествует" по маточной трубе в полость матки. Мы сегодня способны только создать комфортные условия для свидания яйцеклетки со сперматозоидом. Процесс оплодотворения – слияние генетического материала сперматозоида и яйцеклетки, формирование генома будущего ребенка – естественный процесс, к которому человек не имеет отношения и влиять на него не может. Даже, когда сперматозоид введен в цитоплазму яйцеклетки (процедура ИКСИ), процесс оплодотворения — собственно зачатие, которое включает формирование из ядра яйцеклетки женского пронуклеуса, содержащего материнскую половину хромосом, а из сперматозоида – мужского пронуклеуса с отцовской половиной и их слияние (формирование генома будущего ребенка) происходит без вмешательства человека автономно. Это остается таинством, к которому мы не имеем отношения. Поэтому, когда церковь говорит, вы вмешиваетесь в божье дело, отвечаю — не далее, чем устроить свидание мужской и женской половых клеток, больше ничего.

- Еще из аргументов противников ЭКО: у детей, появившихся в результате искусственного оплодотворения, не рождаются дети.

- И это не правда, как доказала Луиза Браун. В 2007 году она родила мальчика. Так же, как и наша первая Лена Донцова, ей сейчас — 32, у нее сын. Другое дело, что популяция людей, страдающих бесплодием, — это наследственный признак. Наиболее частая причина — воспалительные заболевания. Но есть и природные склонности. И если бы была какая-то патология, то не было бы никакого государственно оплачиваемого лечения.

- Вы много лет занимаетесь репродукцией. Можете ли сравнить, как относились к ВРТ раньше, в начале вашей деятельности, и как сейчас?

- Тогда это было недоступно. Кто-то искал выходы сам. А сегодня в женской консультации вам говорят, что нужно идти на ВРТ и выдают направление. Это стало доступно в нашей стране. Это победа. О том, что нужно оплачивать лечение бесплодия, впервые сказал Путин в 2007 году. После это подтвердил Медведев в такой форме, что граждане имеют право на выбор клиники и врача вне зависимости от формы собственности и местонахождения. После этого прошло много лет, и в 2013-м по программе ОМС началось лечение. Сегодня это обязательное медицинское страхование, лечение оплачивается. Как я вам уже рассказал, очередей на ВРТ нет, есть очереди в клинику, когда человек хочет попасть в конкретную. А клинике выдали определенное число квот и они кончились. Когда к нам приходят и говорят, что мы хотим к вам, мы направляем в Комитет по здравоохранению, и ставим их в нашу очередь.

- В каких случаях женщине назначают процедуру ВРТ?

- Есть четко сформулированные показания. Также есть разные причины, которые можно преодолевать не только с помощью ВРТ. Если лечение не дает результатов в течение года, то нужно направлять на ВРТ. Это действительно для женщин до 35 лет, после 35 лет, если лечение не дает результатов в течение 6 месяцев, то нужно ставить вопрос о направлении на ВРТ.

- Почему кому-то помогают вспомогательные репродуктивные процедуры, а у кого-то так и не получается забеременеть?

Я прочту вам четыре строчки Губермана:

Лучше нет на свете дела,

чем плодить живую плоть.

Наше дело сделать тело,

А душой снабдит Господь.

Дело в том, что человек, конечно, все время ищет в науке объяснение тому, почему не удалось, и он находит. Индивидуальные физиологические возможности в репродукции разные. А причин много. И получается, что индивидуальная склонность к репродукции присутствует. Это особенность конкретного человека. Так же, как одним нужен секс каждый день, а другим — раз в неделю много. Дальше начинают выводить норму, сколько раз в неделю нормально, а сколько ненормально. А норма колоссально вариабельна. Что-то есть такое, на что невозможно повлиять. Но церковь все время рядом. Например, сейчас у нас с работы уходит очень хорошая сотрудница, которую мы очень ценим. Она воцерковленная, и ей батюшка сказал, что то, чем мы занимаемся, это не божье дело. Я говорю: "Пожалуйста, сведите меня с этим батюшкой, потому что он не знает, что такое божье дело, а что нет. Потому что мы в божий промысел не вмешиваемся". Но сотрудница с работы уходит. Это очень хороший человек, которому просто сказали, что не нужно этим заниматься. А у нее еще и муж воцерковленный. Люди не понимают. Они думаю, что если яйцеклетку получили, если в теплый шкафчик поставили, если известен газовый состав, который должен быть в жидкости, то это вмешательство. Но без божьей помощи ничего бы не получилось. Инкубатор – нельзя, но искусственную почку можно? А почему? Потому что это болезнь? Но и бесплодие — болезнь. И это решило общество, что бесплодие – это болезнь. Совершенно уникальная, но болезнь. Диагноз ставится по продолжительности отсутствия беременности. Этой болезни не сопутствует никакое физическое страдание. Человек остается работоспособным. Но государству зачем лечить это? Государству необходимо, чтобы дети рождались. Сейчас приближается демографическая яма. И чрезвычайно важно, что это спровоцированная яма.

Году в 1990 году я впервые поехал в Америку. Тогда начался экономический кризис. Экономика рухнула. И это в одночасье отразилось на демографической ситуации. В Ленинграде в один год родились более 70 тысячи детей, а в следующий – в половину меньше. Что это было? Контрацептивов у нас стало больше? Нет. С контрацептивами тогда были проблемы. Женщины научились предохраняться от беременности? Нет. Это такое торможение в мозгах. Действительно стали, с одной стороны, беспокоиться о недопущении беременности, но, с другой стороны, нам известно такое явление в человеческой физиологии, как аменорея военного времени. Когда началась война, у какого-то количества женщин вообще прекратились месячные. Месячные, репродукция – все встало. Это известный феномен, когда на репродукцию оказывает влияние психологическое состояние. Поэтому в лечении бесплодия участвует психолог. И также известны так называемые мнимые беременности. Когда большое желание женщины родить, иметь наследника приводит к остановке месячных, увеличению живота и ощущению шевеления плода. И сейчас мы действительно перед колоссальной проблемой, потому что люди действительно не рожали. Но может ли лечение бесплодия решить демографическую проблему? Думаю, что нет. Потому что она очень велика и сложна, но отказаться от лечения бесплодия нельзя, потому что, если люди и государство хотят иметь детей – то пусть женщины рожают. Состояние общества, мотивация чрезвычайно важны. К примеру, в Израиле нет никаких ограничений, потому что они мыслят — "если не будем рожать, то нас арабы съедят". И сейчас в обычной израильской семье минимум три ребенка.

Сегодня

Вы можете получать оповещения от vesti.ru в вашем браузере