Умер Эймунтас Някрошюс – театральный маг, создавший собственный мир

Он жил в Литве, учился в Москве и получил признание во всем мире. Поставил более 30 драматических и оперных спектаклей, каждый из которых становился событием. Ушел из жизни выдающийся литовский режиссер Эймунтас Някрошюс. Человек яркого и неординарного дарования. Его спектакли требовали от зрителей и актеров особой работы ума и сердца и запоминались навсегда глубиной высказывания и силой эмоционального воздействия.

В мире искусства он создавал собственный мир, наделенный загадочными метафорами, спектаклями-притчами. И неважно, где он их ставил, — в Большом театре, Миланской опере или скромном зале в родном Вильнюсе. Эймунтас Някрошюс всегда был больше, чем режиссер: театральный маг.

"Я у него очень многому научился, — признается художественный руководитель Государственного театра наций, народный артист РФ Евгений Миронов. — Театру, которого я не знал до этого, не предполагал, что такое существует. Такой космический театр".

"Он очень на нас влиял, и на меня особенно сильно. Я бы хотел быть похожим чем-то на него. Я не мог понять, как он это умеет, но это загадка. И в том, наверное, его гениальность, что он загадку эту и унес с собой", — говорит художественный руководитель Театра имени Евгения Вахтангова Римас Туминас.

 

Вот его Гамлет стоит, ежась от падающих ледяных капель с люстры. Вопрос "Быть или не быть" перед режиссером не стоял: всегда по максимуму, отдавая всего себя. А это ослепленный безумием Калигула. Спектакли Някрошюса не смотрели, а разгадывали. Даже сами актеры.

"Как режиссер он работает не на уровне сознания, а на уровне гораздо более глубоком. И вот в этом и есть весь Някрошюс. Я была счастлива столкнуться в работе с этой личностью, абсолютно планетарной, космической", — говорит заслуженная артистка РФ Мария Миронова.

Он ставил даже оперу, и это неслучайно, ведь перед тем, как поступить в ГИТИС, он учился в литовской консерватории. Драма и музыка соединились на сцене Большого театра в опере "Макбет".

"Когда на афише появлялось имя Някрошюса, у людей, кто любит и понимает театр, было всегда желание прийти на спектакль. Это могло быть спорно, это могло кем-то не восприниматься. Но это всегда было индивидуально и безумно интересно, потому что у него был абсолютно свой своеобразный, интересный, глубокий, философский и образный взгляд на мир", — говорит генеральный директор Большого театра Владимир Урин.

Громко Эймунтас Някрошюс звучал только со сцены. В жизни минимум слов, интервью. Даже после спектаклей на поклоны не выходил. К публичности, как и ко всему, относился философски.

"Допустим, я люблю футбол. Вы видели когда-нибудь, что после прекрасного матча вышел на поле тренер и поклонился зрителям? Эти часы спектакля принадлежат актерам", — говорил режиссер.

До своего шестьдесят шестого дня рождения режиссер не дожил всего один день.

Сегодня