Пострадавшая за Милу Йовович каскадерша объяснила, почему хочет огромную компенсацию

Каскадер, которая потеряла руку во время съемок фильма "Обитель зла", через суд требует беспрецедентную сумму в качестве компенсации: в рублях это 180 миллионов.

Оливия Джексон, исполнявшая трюки за известную актрису Милу Йовович, мчалась на мотоцикле и врезалась в кинокамеру. Как была организована безопасность на съемочной площадке? И часто ли вообще каскадёры калечат себя во время выполнения профессиональных трюков?

Европейские газеты выходят со скандальным заголовком: известная представительница киноиндустрии, дублировавшая звезд Голливуда первой величины, требует от своей съемочной группы возместить беспрецедентную сумму ущерба. Больше 2 миллионов фунтов стерлингов — это около 180 миллионов рублей.

Британская подданная Оливия Джексон подала гражданский иск. Она просит наказать виновных в ошибке, допущенной на съемочной площадке шестой части "Обители зла".

Речь идет о 10-секундном эпизоде, из-за которого Оливия едва не лишилась жизни. В 2015 году по задумке режиссера во время так называемой панорамы от земли к лицу актрисы дублер Милы Йовович верхом на байке на огромной скорости врезалась в камеру, установленную на операторском кране.

"Я ехала к камере, которая двигалась мне навстречу, — рассказала позже исполнительница каскадерских трюков Оливия Джексон. — Когда я приближалась, она должна была подниматься надо мной. Но они просто не подняли камеру вовремя, и я влетела в нее".

17 дней Оливия провела в коме. Она получила чудовищные травмы головы, разрыв артерии и переломанные ребра. Врачам пришлось ампутировать ей левую руку. 37-летняя фотомодель и спортсменка чудом выжила. Оправившись от травм, она обратилась в Верховный суд Гаутенга (это в Южно-Африканской Республике, где проходили съемки).

В исковом заявлении описала мотивы: ДТП произошло из-за того, что съемочная группа, в отличие от нее, думала слишком медленно, не успев убрать с траектории операторский кран.

В московской школе каскадеров говорят: подобный иск редкость, по крайней мере, для российского кино. Ведь в наших контрактах практически исключена возможность судебных разбирательств из-за травм на площадке.

Каскадер, постановщик трюков Игорь Панин поясняет, что в России контракт вообще никак не защищает каскадеров – о своей безопасности они должны заботиться сами.

При этом Панин, работавший в США, вспоминает: за океаном контракт подразумевает обязательную страховку — до одного миллиона долларов.

Как правило, этим возмещением семья (либо сам каскадер) покрывают ущерб. Очевидно, что случай с британской исполнительницей трюков — исключительный. Хотя бы потому что была допущена обидная — едва не ставшая роковой — ошибка.

В музее московской школы каскадеров сохранился операторский кран советских времен: за подъем стрелы отвечала целая команда.

Голливудский фантастический хорор же снимали на современном оборудовании, а в состав съемочной группы этого конкретного 10-секундного эпизода входили два человека.

Поэтому в числе основных ответчиков в деле Оливии Джексон — водитель автомобиля и оператор, который контролировал подъем стрелы с помощью электроники.

Ни для кого не секрет: то, что происходит на съемочных площадках, очень далеко от того, что мы видим на экране. Дубли снимают целыми днями. Актеры и члены команды ошибаются.

Юристы обращают внимание на то, что сама возможность происшествия может быть прописана в контракте, ведь каскадеры понимают, какие риски они несут. Поэтому обосновать в суде претензию на такую огромную сумму может быть крайне сложно.

Однако Оливия Джексон, вернувшаяся с того света, сдаваться не привыкла. Рассмотрение ее иска в африканском суде назначено на начало 2019 года.

Сегодня