Заложники компьютера: Boeing не рассказал летчикам про третьего пилота

Заложники компьютера: Boeing не рассказал летчикам про третьего пилота

Российские конструкторы могут создавать не только лучшее в мире оружие. Совсем недавно успешно прошло летное испытание третьего опытного самолета МС-21-300 ОКБ Яковлева и корпорации "Иркут" — с дальностью полета до 6,5 тысячи километров. Предназначен для внутренних и международных рейсов.

На рынке МС-21-300 имеет все шансы стать реальным конкурентом для французских Airbus A220 и 320 и американского Boeing 737 MAХ. До настоящего момента Airbus и Boeing были лидерами в этой нише и фактически конкурировали между собой. Однако позиции Boeing сильно пошатнулись после крушения в Эфиопии 10 марта самолета Boeing 737 MAХ. Погибли 157 человек. Полеты этой модели Boeing запретили в десятках стран мира, в том числе и на родине — в самих США.

Новейший Boeing 737 MАХ в небе не увидеть. Из-за тотального запрета летают только проверенные годами машины предыдущих поколений и, конечно, конкурент — Airbus. Авиакомпании тем временем спешно перекраивают полетные планы.

За экстренным приземлением всех находящихся в воздухе Boeing 737 MAX в Америке следили в прямом эфире. Теперь надежда и опора мировой авиаиндустрии — в отстойниках аэропортов. Многие пассажиры вздохнули с облегчением.

На месте крушения в Эфиопии обнаружили узлы стабилизатора, с помощью которого лайнер либо набирает высоту, либо снижается. Оказалось, что механизм был сильно отклонен в сторону крутого пикирования, хотя прошло всего 6 минут после взлета.

В таком же странном положении обнаружили и стабилизатор новейшего Boeing авиакомпании Lion Аir, который разбился в октябре прошлого года в Индонезии на 12-й минуте полета. В кабинах рухнувших лайнеров будто боролись за штурвал. Нос самолетов то поднимался, то резко опускался. И так — около 20 раз. Пока Boeing не вошел в землю.

Есть подозрения, что экипаж пытался справиться с новой компьютерной системой MCAS. Сейчас эту ситуацию летчики по всему миру пытаются смоделировать на тренажерах.

Предварительные выводы неутешительны: при поиске спасительного решения счет идет на секунды, и в этой схватке летчики, как и пассажиры, становятся заложниками компьютера. Причем изначально о существовании этой системы — MCAS — производитель летчикам даже не сказал.

В Boeing это как раз рекламировали авиакомпаниям как большое преимущество — мол, в новой модели 737-го органы управления, по сути, такие, как на предыдущих самолетах. А значит, можно сэкономить на подготовке летчиков. В итоге, к примеру, американские пилоты переучивались на новые Boeing по iPad — за 56 минут.

И только после первой катастрофы в Индонезии представители Boeing, наконец, рассказали, что в кабине незримо присутствует третий — электронный — пилот. Летчики были в ярости от того, что их держали в неведении. Экипаж Ethiopian Airlines по этому поводу даже прошел специальную тренировку, но она почему-то не помогла.

"Boeing больше не безопасны. В сертификате самолета указано, что он безопасен для полетов, а мы не знаем, почему он падает с неба", — сказала Мэри Скиаво, авиационный аналитик.

С решением запретить полеты новейших Boeing в США тянули до последнего. Дональд Трамп выпустил запрет, когда 737 МАХ приземлили уже полсотни стран.

"Boeing — невероятная компания. Она работает сейчас очень напряженно. И надеюсь, очень быстро найдет ответ. А пока эти самолеты останутся на земле", — сказал американский президент.

Решение принималось на высшем уровне, ведь Boeing — с оборотом более 100 миллиардов долларов — одна из основ экономической и военной мощи США. Компанию создал в Сиэтле в 1916 году сын немецкого эмигранта Уильям Боинг, заболевший авиацией лесопромышленник, знания которого в обработке древесины очень пригодились в изготовлении первых деревянных гидропланов — как их называли, "летающих лодок". Но по-настоящему "взлетела" компания на военных заказах во время Второй мировой войны. Бомбардировщики B17 и B29 тысячами отправлялись в Европу. Boeing сбрасывали атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки.

Гражданские самолетами вплотную занялись только в середине 50-х. Сегодня Boeing строит и истребители, и спутники, и боевые беспилотники. Входит в пятерку крупнейших подрядчиков Пентагона. Неудивительно, что исполняющий обязанности министра обороны США Патрик Шенахан — выходец из Boeing.

За все время после авиакатастрофы в Эфиопии глава корпорации Деннис Мюлленбург лично так и не выступил с комментариями. Лишь выпустил заявления и коротко отписал в Twitter. Несмотря на запрет на полеты, производство 737 MAX Boeing останавливать не намерен. От авиакомпаний получены заказов на более чем 5 тысяч машин. Установить причину катастрофы должны помочь черные ящики.

Примечательно, что власти Эфиопии отправили их на расшифровку не в Америку, а во Францию. Там собирают извечного конкурента Boeing Airbus. Два производителя-гиганта, по сути, поделили мировой рынок пополам, но не исключено, что после случившегося произойдет его новый передел.

То, что американский Boeing вот уже второй раз рухнул, унеся сотни жизней, — примета современной культуры. Она в том, что человечество волею нескольких стран и корпораций все больше передоверяет решения о жизни и смерти тому, что мы сегодня называем искусственным интеллектом.

Корпорация Boeing — военная корпорация. Гражданские самолеты для нее — побочный продукт. Развитие военных технологий все больше опирается на искусственный интеллект, и именно ему делегируется все больше полномочий по принятию решений. Ведь подлетное время ракет все сокращается, а значит, искусственный интеллект, поставленный на дежурство, должен как можно быстрее распознать характер вдруг возникшей угрозы, отсечь возможные ошибки и отреагировать. За человеком все еще последнее слово, но все движется к тому, что "умная машина" будет брать на себя все больше и больше, делая нас заложниками ее решений, как это случилось недавно, когда произошла катастрофа с Boeing.

При этом у любой "умной машины" нет эмоций. Эмоции, чувства — это то, чему компьютер обучить пока не удается. И это главное преткновение в создании полноценного искусственного интеллекта. Но если гора не идет к Магомету, а Магомет в таком случае идет к горе, то и человек, идя навстречу компьютеру, в современном мире становится все менее эмоционален.

Можно назвать это черствостью или эмоциональной тупостью, что, в общем-то, близко. Куда может завести эта тенденция, в то время как технологии уничтожения становятся все более изощренными, а эмоций при этом становится все меньше, при том что все больше мы доверяемся машине, думать страшно.

Есть ли выход? Да. На международном уровне нужно договариваться об искусственном интеллекте — о правилах совместной разработки и совместного использования — не во вред друг другу. Пока звучит как утопия, но надо спешить. На личном уровне не будем отказываться от эмоций и прелестей жизни офлайн, больше интересуясь культурой. Культурой прошлого и культурой настоящего. Тогда нас будет не "хакнуть".

Сегодня