Воспоминания и удивительные фотографии: "Трудности перевода" Виталия Чуркина

Воспоминания и удивительные фотографии: "Трудности перевода" Виталия Чуркина

Книга "Трудности перевода" — это воспоминания Виталия Чуркина, скоропостижно скончавшегося полпреда России в ООН, для которого Украина стала особой темой. Эх, если бы у нас была на руках эта рукопись, когда в мы делали о нем фильм, добавили бы эпизодов!

Однако у нас с вами есть возможность заглянуть на удивительное мероприятие. В Доме приемов МИД России состоялся сбор друзей и сослуживцев Виталия Чуркина, которые и стали первыми читателями новой книги.

В книге — совершенно удивительные фотографии о таких моментах в жизни дипломата и человека Чуркина, которые лишний раз доказывают, какой же у него был широчайший круг знакомств и какой же он был человек, умевший найти "ключик" к очень и очень многим: от державных кабинетов ядерных сверхдержав до тех, кого он встречал в поле, от растерзанной войной бывшей Югославии до глубинки Африки.

Слово — его супруге Ирине Чуркиной, которая после кончины мужа и подготовила рукопись к публикации. Это первое ее интервью после всего.

- Вы целый год готовили это, получается?

- Больше, — отметила Ирина Чуркина. Во-первых, первый год я просто не могла подступить. А потом открыла, стала работать, думать. Оказалось, что гораздо больше усилий требуется, чтобы издать книгу, чем я полагала наивно.

- Много нового вы для себя узнали из этой рукописи?

- Очень много. И самое главное, что я узнала, о чем подумала, — как он берег меня и нашу семью.

Отдельная тема — то, как Чуркин работал с журналистами, будучи сначала пресс-секретарем МИД еще СССР, еще при Шеварднадзе.

- Он был не просто живым. В своей книжке он упоминает мое интервью с Шеварднадзе. 1990 год. Я помню, как я звонила и помощник Шеварднадзе, он же — пресс-секретарь Виталий Чуркин, разговаривал со мной, с сопливой корреспонденткой, которая вообще никто и звать ее никак, и он разговаривал со мной в высшей степени уважительно и заинтересованно, — вспоминает журналист Татьяна Миткова.

- Что совершенно было не в традициях.

- Абсолютно. Для меня это был совершенно фантастический опыт, который я до сих пор забыть не могу. Это на всю жизнь.

Но, конечно, отдельная глава новой книги — рассказ самого Чуркина о том, как, будучи уже полпредом России в ООН, он стал заниматься украинской темой. И, в частности, тем, чтобы Совет безопасности ООН единогласно поддержал Минские соглашения.

"Оставалось лишь гадать, чем была вызвана такая "уступчивость" западных коллег. Для себя я это объяснил тем, что президент Украины Порошенко, вернувшись в Киев, столкнулся с резкой критикой "комплекса мер" со стороны своих политических оппонентов. Поэтому ему было нужно "подкрепить" согласованный им документ поддержкой международного сообщества в виде резолюции Совета Безопасности ООН", — отмечал Чуркин.

Вот это - о лицемерии (но уже применительно к недавним  событиям) мы попросили прокомментировать тех дипломатов, сенаторов, политологов и журналистов-друзей Чуркина, кто собрались на презентацию его книги в Доме приемов МИД.

- Зеленский — лицемерие?

- Мы исходим из того, что у нас есть конкретная задача, над которой мы должны работать, — это реализация минских договоренностей, — подчеркнула официальный представитель МИД РФ Мария Захарова.

- То есть даем ему еще шанс?

- Шанс не просто дан, а он переподтвержден сейчас был в Париже.

- То, что мы видели недавно со стороны Зеленского, — это не лицемерие?

- За этим стоит, может быть, в чем-то желание украинского президента попытаться что-то сделать, умноженное на отсутствие уверенности, что он это может сделать. И это делает проблему по-прежнему очень тяжелой, — считает экс-посол РФ в США Сергей Кисляк.

- Надо дать шанс Зеленскому?

- Надо, конечно дать шанс, — уверен Николай Злобин, президент Цента глобальных интересов в Вашингтоне.

- Потому что у многих разочарование

- Все нам нужен этот шанс. Думаю, все будут рады, если он максимально реализует то, что он обещал. Но соглашусь, что Зеленский сам еще не знает, что он может, а что – нет. Я думаю, он еще не осознал значение своей роли как президента страны.

- Роли не актерской, а в политике?

- Не актерской, даже не тактической, а стратегической.

- На самом деле у Зеленского было огромное количество возможностей, чтобы дистанцироваться от ошибок прежней власти, хотя бы на этой провокации с моряками. Это — чистой воды провокация, от которой было достаточно легко отстраниться, хотя бы перевернуть, эту страницу. И этого не произошло. В этом смысле, на мой взгляд, Зеленский лишь продолжает повторять те ошибки, а иногда и преступления, которые совершала прежняя украинская власть, — сказал глава комитета Совфеда по международным делам Константин Косачев.

- Что касается сегодняшней оценки тех слов Виталия Ивановича, то история подтвердила их правильность. Абсолютно. А что касается нынешней ситуации, давайте поживем – увидим, — отметил ректор МГИМО Анатолий Торкунов .

- До тех пор, пока существует надежда, у этой надежды должен быть шанс. Слишком высоки ставки, даже не поворачивается язык слово "игра" здесь употребить. Слишком высоки ставки, чтобы упускать эти шансы, которые все-таки существуют, — уверен Константин Косачев.

- Зеленский лицемерит или он искренен в своих желаниях хоть что-то сделать?

- Я думаю, что даже он не ответит на этот вопрос. Потому что у него нет достаточного опыта, он слишком долго был актером, примерял чужие маски, чужие роли, чужие слова. И сегодня, может быть, он даже сам не понимает, где он лицемерит. У него подстерта грань между лицемерием и личностью. И ему, конечно, надо стать политической личностью. Ею он еще не является, — подчеркнул Николай Злобин.

- На мой взгляд — я же не дипломат – Зеленский — просто дилетант, — сказала Татьяна Миткова.

- В книге целая глава посвящена Украине, которая, к сожалению, не перестает быть актуальной. Как он все это воспринял на человеческом уровне, все эти события 2014 года?

- Очень переживал, — вспоминает Ирина Чуркина. – Так же, как очень многие люди в нашей стране и на Украине.

Еще когда "Вести в субботу" выпустили фильм о Чуркине, многие "непогруженные" спрашивали: а что же это он вне дебатов был так любезен с теми, кто вообще-то является так называемыми западными партнерами? С той же постпредом США в ООН Самантой Пауэрс? Слово — тем, кто знает этот мир изнутри.

- Нам жить на этой планете всем вместе. И я думаю, что он как настоящий дипломат исходил из того, что надо убеждать, надо иметь все больше и больше друзей и все меньше и меньше врагов. Даже удивительно: неприятели, казалось бы, после того как произошел трагичный уход, очень поддерживали, говорили очень правильные слова, и отношение было очень внимательное. И до сих пор поддерживают эту связь нашу и его память, — отметила Ирина Чуркина.

— Потрясающая история про sms с Самантой Пауэр, я считаю. "Из Киева она прислала мне sms: если меня еще раз спросят, каков на самом деле Виталий Чуркин, я брошусь в Днепр"? – рассказывал Чуркин.

- Я не думаю, что Саманта была врагом, — сказал Сергей Кисляк.

- Не была, но пикировались они здорово.

- Безусловно. Но Виталий отличался вообще такой открытостью и способностью устанавливать контакты. Мы с ним вместе работали в молодости, и я много это видел сам и на себе ощущал его обаяние как человека.

- В посольстве в Вашингтоне времен Добрынина вместе работали?

- Вместе. Виталий умел устанавливать контакты, будучи сам уважительным к собеседнику и вызывая уважение к себе. Если Вы посмотрите мемуары всех, кто с ним сталкивался, они все, как бы они ни ссорились, ни спорили в зале заседаний, как о человеке говорят о нем примерно одинаково. И это правда.

- Конечно, мы должны будем всегда помнить об этом человеке как о том, кто останется навсегда в летописи нашей дипломатии, — заявил глава МИД РФ Сергей Лавров.

Сегодня

Вы можете получать оповещения от vesti.ru в вашем браузере