Битва за Сирию: взгляд с линии фронта

Власти Сирии сообщают о новых успехах в борьбе с террористами. В Дамаске говорят о скором окончании войны. Как передает сирийское агентство САНА, в экономической столице страны Алеппо ликвидированы десятки боевиков. В окрестностях Дамаска уничтожена база террористов, а в городе Хама правительственные войска конфисковали большую партию оружия.

Уже полтора года в Сирии идет война. Бесконечная череда спецопераций, побед и отступлений, противостояние правительственных сил и вооруженной оппозиции — с оружием в руках и в эфире мировых телеканалов. Бои местного значения обсуждают за пределами страны, так как итог этой войны повлияет не только на будущие Сирии. Ситуация здесь колет мир на две части. Это, безусловно, очередной внутренний конфликт с глобальными последствиями. Съемочная группа ВГТРК 2 месяца провела на передовой вместе с военными сирийской армии и жителями горячих точек, чтобы ответить на непростые вопросы: с кем сражается сирийская армия? За что воюет вооруженная оппозиция? И почему в этом конфликте так много заинтересованных сторон.

Это специальное подразделение объехало всю страну, они были в Хаме и Хомсе, в Алеппо и Идлипе, теперь вот в пригороде Дамаска. Кажется, они не снимали бронежилеты уже несколько месяцев. В арсенале группы автоматы Калашникова, крупнокалиберные пулеметы, гранатометы, но главное – опыт. Его можно было бы принять за отчаянную храбрость, если бы не спокойствие, с которым эти люди заходят на территорию подконтрольную противнику – бойцам вооруженного крыла сирийской оппозиции.

Это один из спальных районов Дамаска – Тадамун. Он несколько недель жил по законам оппозиционных сил. Многие жители успели покинуть свои дома и переехали к родственникам, кто не смог сбежать заперлись в своих квартирах. Несколько дней на этих узких улицах шли бои, военные продвигались крайне медленно и осторожно. Об этом говорит даже характер разрушений. Из танков по зданиям прямой наводкой не били, делали ставку на мобильные группы захвата.

Сразу после того, как правительственные силы взяли под контроль этот район, местные жители показали военным массовое захоронение. В этом строительном котловане обнаружили 9 трупов. Свидетели рассказали, что людей убили бойцы так называемой свободной армии. За что расстреляли жителей окраины Дамаска, не знает никто.

"Я видел со своего балкона как боевики расстреливали людей и сбрасывали в эту яму, меня тоже заметили и пришли надели на голову мешок, хотели убить, но когда узнали что я маленький человек – отпустили", — вспоминает местный житель.

Среди погибших и сброшенных в котлован родственники и соседи опознали четверых, все они жили в близлежащих домах. Три женщины – преподаватели местной школы, один мужчина. Его боевики похитили, у родных требовали выкуп – десять автоматов или деньги. Но ни того, ни другого у родственников не было. В результате мужчину просто убили и сбросили в яму.

На кадрах, которые сняли сами активисты свободной армии недалеко от приграничного города Идлип мужчину наказывают за лояльность правительственным силам и особенности веры. Без суда и следствия его расстреливают за то, что не разделяет взглядов оппозиционеров — он сторонник действующего правительства – и за то, что мусульманин — шиит, а не суннит.

Боевики оппозиции вообще много снимают. Они выкладывают любительское видео в Интернет. И тут ролики можно разделить на две категории: первая для западного зрителя — это, как правило, заявления с комментариями на английском и отчеты об успехах в борьбе с правительственными силами. Вторая категория – радикальная религиозная пропаганда.

После каждого выстрела звучит хвала Аллаху, после каждого теракта — радостные возгласы. На видео запечатлены коллективные молитвы салафитов – борцов за чистоту ислама. В Сирии в рядах вооруженной оппозиции – нетерпимые джихадисты, готовые убивать не только за политические предпочтения, но и за религиозные взгляды.

Это известный французский хирург, один из основателей организации "Врачи без границ" Жак Береш. Он только вернулся из тяжелой командировки. Во втором по значимости сирийском городе Алеппо Береш работал в полевом госпитале оппозиции, лечил бойцов свободной армии. В его чемодане простые хирургические инструменты, скальпели, зажимы, щипцы. Большая часть ранений – пулевые и осколочные, поэтому такого набора вполне достаточно. Как только хирург вернулся домой, он рассказал о своих пациентах. Большая часть боевиков, которые оказались на операционном столе Береша – иностранные наемники.

"Это действительно странно и вызывает недоумение. Они открыто говорят, что, когда будет свергнут режим Башара Асада, они сделают все, чтобы прийти к власти и создадут исламское государство, живущее по законам шариата. Многие из них французы, причем очень молодые, настроенные фанатично и в таком вот ключе размышляющие о своем будущем", — недоумевает Жак Береш.

Хирург оперировал граждан Ливии, Афганистана, Пакистана и Алжира, были пациенты и с французскими паспортами. По словам врача, многие из них называли своим кумиром и образцом для подражания Мохаммеда Мера – террориста, который совершил массовые убийства в Тулузе и Монтобане. Есть и наглядное доказательство слов известного французского врача — кадры спецоперации в экономической столице Сирии Алеппо. В результате боевых действий правительственные силы уничтожили десятки наемников. Среди убитых – гражданин Турции, в его вещах символика Аль-Каиды — черная повязка с так называемой "шахадой" – свидетельством, что нет Бога кроме Аллаха.

"Бандиты очень плохо относились к нам, обыскивали нас, угрожали. Они украли мою соседку с двумя детьми, одному мальчику пять лет, второму 4 года. И до сих пор их не нашли. Весь священный праздник Рамадан прошел для нас в страхе" – рассказывает жительница Аллепо.
В городе, пожалуй, до сих пор самая напряженная обстановка: бои то затихают, то разгораются с новой силой. Для вооруженной оппозиции этот экономический центр мог бы стать плацдармом для крупномасштабного наступления, близость к границе с Турцией облегчает переброску бойцов и оружия к месту боевых действий.

В Алеппо возобновились активные боевые действия, военные освобождают район за районом. В городе продолжается снайперская война. Огневые точки противника уничтожают при помощи крупнокалиберных пулеметов.

Вот так — на джипах с пулеметами в кузове мобильные расчеты правительственных сил передвигаются по кварталу, плотным огнем они прикрывают пешие подразделения. Снайперы пользуются даже короткими паузами для того, чтобы сменить позиции. Там, где огонь особенно плотный, военные используют бронетехнику. Почти все перекрестки здесь простреливаются, передвигаться здесь можно только под прикрытием брони.

Снайперская война здесь длится с первых дней противостояния, все высотные здания в городе – потенциальные огневые точки. Ночью на крышах дежурят военные, на кадрах, снятых прибором ночного видения, стрелок и наводчик меняют позицию. Большинство убитых в Алеппо солдат сирийской армии — жертвы снайперов.

Дети помогают Наталье собирать вещи. Она гражданка России, но супруга сирийца и прожила здесь почти двадцать лет. Когда только начинался кризис, бежать не собиралась. Когда стало понятно, что идет война, – надеялась, что это не надолго. Но, когда по телевизору увидела убитых наемников, купила билеты на Родину.

"Сидели до последнего. Наш русский авось нас всегда спасал — мы на него надеялись очень сильно, мол, а вдруг нас обойдет стороной, потому что в нашем городе было все спокойно – везде война шла, но как то это было далеко и не со мной", — вспоминает Наталья Бумагина.

Муж Натальи остался в Алеппо, говорит, что не смог уехать. Пока здесь война, бежать не по-мужски. "В Алеппо – очень опасно, каждый день взрывают, каждый день убивают, а для меня моя семья – это жизнь, поэтому я настоял, чтобы жена и дети уехали. Когда все закончится, они вернутся и наша семья воссоединится, а пока им лучше в России", — объясняет свою позицию супруг Натальи.

В Алеппо и окрестностях по данным военных несколько тысяч боевиков. Они воюют и с правительственными силами и с мирными жителями, которые не поддерживают оппозицию. Каждый день на вертолетах из города вывозят раненых и беженцев, но мест всем не хватает.
Семья Хасан снова не смогла улететь из сотрясаемого взрывами Алеппо: они провожают уже шестой вертолет. Пушха — дочь погибшего сирийского офицера.

"Ему выстрелили в голову несколько дней назад на заправке. После того, как папу убили, наша семья сбежала, мы добрались до госпиталя и военные привезли нас сюда. Теперь ждем возможности улететь, страшно, что убьют бандиты", — говорит она.

Шараху нет и 14, он сын офицера полиции. Когда об этом узнали боевики, его кинули в подвал. Вот так уговаривали сотрудничать, передавать информацию о правительственных силах, почти уговорили.

"Я наврал, что согласен шпионить, и только тогда меня отпустили. Пошел и рассказал все отцу, и он меня спрятал", — рассказывает мальчик.

Вот чего боятся больше всего и от чего бегут. Мощные самодельные взрывные устройства террористы заложили недалеко от госпиталя Аль-Хаят, школы и городского стадиона. Суммарная мощность взрывчатки – более тысячи килограмм в тротиловом эквиваленте. Теракт разрушил десятки зданий. Сразу после этой кровавой акции боевиков некоторые западные средства массовой информации поспешили сообщить, что люди погибли в результате авиаударов правительственных сил. Опровержения так и не последовало.

Террор теперь главное оружие боевиков во всех районах, которые контролируют силы оппозиции действуют подпольные фабрики по производству взрывчатки. "Эту промышленную кофемолку использовали для того, чтобы измельчать нитрат аммония, то есть аммиачную селитру", – рассказывает эксперт.

На столе блокнот с пошаговой инструкцией по производству бомб. Взрывчатку делают не специалисты, а все свободные от боевых действий активисты вооруженной оппозиции. Здесь были обнаружены заготовки под бомбы разного размера и мощности.

Вот такими поражающими элементами террористы начиняют самодельные взрывные устройства. Это шарики от подшипников. Такое оружие не используют в борьбе с правительственными силами. Самодельные взрывные устройства – способ посеять страх и растерянность. Это последствия теракта в христианском районе пригорода Дамаска. Бомба была заложена в машину такси, которую припарковали на оживленном перекрестке.

Этот взрыв был настолько мощным, что от автомобиля, который террористы начинили взрывчаткой практически ничего не осталось. По оценкам экспертов мощность взрывного устройства более сорока килограмм в тротиловом эквиваленте. К тому же бомба была начинена мелкими поражающими элементами — острыми кусками металла.

Взрывное устройство привели в действие дистанционно, в тот момент, когда мимо автомобиля со взрывчаткой проходила траурная процессия. В этот день здесь хоронили солдат правительственных сил, но большинство погибших и пострадавших — жители близлежащих домов, которые пришли на похороны.

Рада стояла на балконе и разговаривала с соседкой, взрывной волной их отбросило в гостиную. "Мы пили кофе, и я почувствовала страшный удар. В меня полетели осколки, стекло, кирпичи, я потеряла сознание. Очнулась на руках у родственников, мне перевязывали руку. Этот теракт — дело рук наемников, я так думаю, только они могут убивать обычных людей, которые ни в чем не виноваты", — уверена Рада Рекмани.

Это отец 11-летнего ребенка, мальчика доставили в больницу в критическом состоянии. "Мы шли мимо, и тут машина взорвалась, я держал сына за руку. Ему большой осколок попал в живот. Поменьше осколок попал в лицо", — рассказывает отец ребенка.

Ребенка оперировали несколько часов, извлекли осколки, остановили кровотечение. Таху перевели в реанимацию. Спустя неделю — новый теракт, но теперь все погибшие – дети. И опять террористы взорвали припаркованную машину на перекрестке, только бомба была гораздо мощнее. Взрывом разрушены жилые дома. Хасан, инженер, учился в России, потерял маленькую дочь.

"Это игрушка моей дочери, ей восемь месяцев. В чем она виновата? Это революция что ли убить ребенка? Это не революция, это террористы, настоящие террористы, которые живут в Америке, Франции, в Стамбуле. Поздравляю вас с такой революцией", — в отчаянии выкрикивает он.

Теракты в Сирии – теперь часть повседневной реальности. Более того, все чаще боевики выбирают в качестве мишеней – гражданские объекты.

На видео запечатлен подробный отчет о теракте группы "Аль-Фарук". Зафиксированы все стадии подготовки и реализации подрыва госпиталя и блок постов правительственных сил в городе Ксир.

"Лучше нам одновременно подорвать больницу, ударить из гранатометов и напасть на блок-посты – тогда есть шанс уйти. Как ваше мнение?" – обращается к "коллегам" один из организаторов.

Совещание в подземелье. Для того, чтобы убить раненых военных и гражданских, боевики делают подкоп под больницей и блок-постами общей протяженностью пол километра. После долгой подготовки больницу и блок – посты взорвали.

В результате теракта погибло больше мирных жителей, нежели военных, но для бойцов оппозиционных сил – это вполне приемлемый результат. Это ополченцы правительственных сил, почти все здесь еще полгода назад брать оружие в руки не собирались, почти всех на войну привела личная трагедия. Мохаммед проходил срочную службу лет тридцать назад, вернулся в ряды вооруженных сил после того как потерял сына.

"Мой дом здесь неподалеку, месяц назад район захватили боевики, пришли ко мне в дом, меня в это время не было. Хотели, чтобы мой сын пошел с ними и воевал против армии. Сын отказался, он вообще автомат никогда не держал и не собирался воевать ни с кем. Его убили. Как я мог после этого остаться дома", — сокрушается Мохаммед Саиди.

Фундаменталисты не стали изобретать велосипед и избрали уже опробованную тактику в Ираке, Афганистане и Ливии. Они пользуются поддержкой в тех местах, где живут радикально настроенные мусульмане, оборудуют подземные бункеры, делают схроны с оружием. В случае плотного огневого контакта, бросают оружие, чтобы выглядеть мирными жителями. Они же форму не носят, хоть и называют себя бойцами свободной армии.

Это спецоперация всего в 20 километрах от центра Дамаска. Съемочная группа вместе с правительственными силами входит в район боевых действий. Нам удалось увидеть все этапы противостояния. Как говорят военные – контакт. Движение остановлено плотным огнем сил оппозиции. Бойцы открывают огонь на подавление, под прикрытием стрелков передовой отряд специального назначения заходит в тыл к боевикам и ликвидирует снайпера, гранатометчика и автоматчика. У правительственных сил появляется рация, которая настроена на частоту свободной армии. Судя по переговорам, в районе более 40 бойцов вооруженной оппозиции, из которых 10 снайперы.

"Я меняю позицию, ухожу ближе к водонапорному баку на углу. Там движение", — передает кто-то по радиосвязи.

Боевики не знают, что их переговоры прослушивают. Один из снайперов идет на эту крышу. Но здесь его уже ждут. Основные силы военных продвигаются вперед. Уже есть потери. Двое солдат убиты. Оппозиция ведет огонь из минометов. Военные запрашивают поддержку бронетехники. Два танка входят в район и быстро справляются с легкой артиллерией боевиков.

Чем дальше, тем тяжелее. В условиях плотной жилой застройки военные продвигаются медленно, танковая поддержка здесь не используется, бронетехнику отводят. Пешие подразделения перемещаются короткими перебежками от здания к зданию, снова контакт, в одном из домов снайпер.

Это изнуряющая война. Каждую минуту звуки одиночных выстрелов. Все бойцы напряжены, потому что не знают с какой стороны ждать нападения. Огневые точки боевиков подавлены, короткий привал. На улице военных встречают испуганные жители района.

Район зачищен, в эфире на частоте сил оппозиции тишина. Наша съемочная группа идет к уничтоженному штабу боевиков. Но неожиданно даже для военных снайпер открывает огонь. Стрелок отрезает нашу группу от отряда правительственных сил, не дает выйти из укрытия. Хотя конечно видно, что мы гражданские, без оружия, к тому же журналисты.

Минут через десять раздается крик – вперед. Снайпер мертв, мы пробегаем мимо. Взвод правительственных сил отправляется на повторную зачистку. Снайперы делают в стенах по несколько отверстий, причем каждое новое меньше предыдущего. Поэтому военные теряют солдат не только на открытой местности, в результате снайперского огня за один день – семеро погибших и более десяти человек ранены, их вывозят военные врачи.

Боевики возобновляют переговоры по радиосвязи, говорят, что возможности удерживать район исчерпаны, планируют использовать смертника, чтобы прикрыть отступление. Чтобы не рисковать бойцами, офицер приказывает уничтожить последнюю огневую точку из гранатомета.

Спецоперация здесь длилась два дня. Большая часть боевиков была убита. Оппозиция попыталась представить зачистку как нападение на мирных жителей, но среди погибших не было ни одного безоружного. При этом ночью уже другая бригада террористов устраивает минометный обстрел Дамаска. 82- миллиметровые минометы бьют по городу полчаса. Боевики обстреливают спальный район.

В результате этого обстрела, который боевики потом назовут терактом, погибли четыре жителя дома, десятки человек получили осколочные ранения. Ответственность за акцию взяла на себя бригада "Ансар аль-Ислам", очередная банда фундаменталистов под руководством иностранного наемника.

Вообще так называемая свободная армия – это сеть ячеек, которые структурно все больше похожи на обычные террористические организации. На первом плане религия – салафизм – пожалуй, самое радикальное исламское течение. Среди целей – свержение действующего правительства и построение в Сирии шариатского государства. И при всем при этом вооруженная оппозиция продолжают пользоваться поддержкой США, Франции, Великобритании, не говоря уже про Катар и Саудовскую Аравию. Через координационные лагеря в Турции и лагеря беженцев в Иордании боевики получают деньги, оружие, медикаменты для того, чтобы продолжать войну в Сирии.

С трибун же международных организаций продолжают звучать призывы с требованием отставки президента Сирии Башара Асада. Мол, это остановит насилие. Хотя есть примеры Афганистана, Ирака и Ливии, где после падения правительств уровень насилия стал запредельным, а уровень свобод стремится к нулю.

Сегодня

Apple выпустила iOS 8.1

Apple выпустила iOS 8.1

2 часа назад