Всемирно известный экономист, трейдер, автор теории "черного лебедя" Нассим Талеб рассказал в интервью Алексею Бобровскому о современных тенденциях в мировой экономике, состоянии мировых элит, а также о роли средств массовой информации в жизни общества.
- Господин Талеб, если следовать вашей теории, то "черного лебедя" ждать нельзя, невозможно. Иначе это уже не "черный лебедь". Но так получилось, что сегодня мы это понятие используем активно и ждем этих "черных лебедей". Таким образом это уже не "черные лебеди", а нечто другое?
- Совершенно верно. Вся суть понятия "черного лебедя" сводится к антихрупкости, то есть, как вещи реагируют на раздражители, внешние факторы, и как их можно классифицировать. Что же касается "черного лебедя", по сути с помощью антихрупкости я и раскрываю понятие "черного лебедя".
Я просто помогаю людям понять, что существуют труднопредсказуемые события, понять, где и как они происходят. Люди абсолютно неверно понимали "черного лебедя", думая, что надо устраивать охоту на "черных лебедей" и действовать в этом ключе. Должна быть высокая степень непредсказуемости события. Но все относительно. Вот, например, если вы голосуете за Дональда Трампа, то для вас его избрание позитивный "черный лебедь". А, если вы ненавидите Трампа, то негативный. Все зависит от вашей точки зрения. Так что для многих одно событие негативный "черный лебедь", то для других – нет. Все зависит от того, какое положение в системе вы занимаете.
Например, если вы исламский фундаменталист, то для вас ИГИЛ позитивный "черный лебедь". Для христиан, таких, как я, для православных из Леванты, это негативный "черный лебедь". Так что все определяется тем, чью сторону вы занимаете.
Подобная точка зрения справедлива и в отношении экономического кризиса. Для меня, например, кризис 2008 года, поскольку я был готов к нему и завязан на нем в финансовом отношении, стал позитивным "черным лебедем", для других – нет. Возьмем другой пример. Индейка, заколотая мясником. Это событие – негативный "черный лебедь" для самой индейки, но отнюдь не для мясника. Так что нужно учитывать точку зрения, чтобы понять, является ли событие черным лебедем или нет, позитивным или же негативным.
- Применяя вашу логику, можно сказать, что для русских Крым стал "черным лебедем", только в позитивном контексте?
- Это позитивный? Я не имею понятия. Единственное, что могу сказать, крымские вина отличные. И это было для меня открытием.
- Что может быть сегодня интересной бизнес-идеей, с точки зрения понятия форсайтинг?
- Прежде всего я не экономист. Экономист – это тот, кто рассуждает об экономике. А я непосредственный участник экономической жизни. Я не знаю ответа на этот вопрос. Могу лишь порекомендовать избегать тех активов, которые подвержены влиянию кредитной ставки. Когда она равна нулю и не может опуститься больше, чем на несколько пунктов. Так что активы не могут расти.
- Может быть, медицина?
- Не знаю. Могу рассуждать лишь о том, что есть в моем портфеле. Так что про медицину ничего не знаю. Плюс ко всему, с медициной есть одна сложность. Есть много стран, например, Индия или Россия, где ситуация специфическая. В этих странах можно получить какую-то медицинскую услугу за очень небольшие деньги. При этом в США она будет стоить огромных денег. Операция иногда может стоить 20 тысяч долларов в США и 18 тысяч долларов во Франции или Турции, но всего лишь 7 тысяч в Индии. Так что здесь возможны арбитражные сделки. Примером таких сделок был медицинский туризм. Но в связи с ростом цен на медицинские услуги в США, у медицинского туризма могут появляться альтернативные варианты. Например, субподряд. Сейчас Индия этим и занимается.
В этом секторе могут возникать новые варианты. Точно не знаю, но мне кажется, будущее за арбитражными операциями, за игрой на разнице стоимости активов на разных рынках. Мне довелось сравнивать цены на медицинские слуги для одного пожилого родственника, которому требовалась операция. Я рассматривал варианты, где и как ее провести.
Я понял, что разница в стоимости услуг в разных местах не оправдана. Как трейдер по арбитражным сделкам, могу сказать, что, если цена за один и тот же продукт составляет 10 долларов здесь и 1 доллар в другом месте, то выбор, как правило, падет на место, где товар стоит 2 доллара.
- Мы живем в информационном мире. Зачастую именно средства массовой информации определяют, о чем мы говорим, о чем мы думаем. В таком информационном мире есть место понятию "черный лебедь"?
- Для начала, говоря об информации, давайте забудем о понятии "черного лебедя". В промежутке между Второй Мировой Войной и 1999-м или, скажем, 2005-м годом информация поступала по одностороннему каналу. Было телевидение. И люди пассивно потребляли информацию. Так что тон в обществе задавали журналисты и главные СМИ. Они могли делать с обществом все, что пожелают, навязывать ему свое мнение. Что сегодня происходит с Дональдом Трампом?
Главные СМИ потеряли свою монополию. По сути ситуация развернулась на 180 градусов. Люди активно выражают свое мнение в социальных сетях. На самом деле мы вернулись в прошлое, когда люди вели дискуссии на Тайм сквер. Это крайне важно, потому что такой поворот полностью уничтожил власть главных СМИ в США. И это имеет грандиозное значение, потому что теперь какой-нибудь Джо Смит из маленького американского городка может иметь собственное мнение о глобализации и его продвигать. Мне кажется, впервые со времен зарождения демократии мы снова вернулись в те времена, когда на первом месте стоит маленький человек. Даже, если мы обратимся к Древнему Риму, когда он был республикой, мы увидим, что демократия изначально была рассчитана на образованный класс общества, который мог все контролировать и считать себя равными между собой. В этом заключалась основная идея. Народ ненавидел римский сенат.
Сегодня демократия все больше обращается именно к человеку. И поэтому она разрушает класс, как я их называю, хоть и образованных, но глупцов. Класс тех, кто сидит в Вашингтоне. Это очень мощный сигнал, так как он изменит общую картину. Элита станет больше похожа на обычных людей.
- Крупнейшие средства массовой информации, такие как The Wall Street Journal, Bloomberg, Reuters, CNBC, Financial Times определяют основную повестку дня. Они нашли Brexit, так они нашли Грецию. И это в какой-то момент стало проблемой?
- Нет у них никакого влияния. Мы видели, как они боролись с Brexit и проиграли, как они боролись с Дональдом Трампом изо всех сил и проигрывают. Уже не важно, выберут Трампа или нет. Они все равно проиграют. Все СМИ на него набрасываются, а эффекта особого нет.
Хорошим примером является Индия, когда все главные СМИ были против Нарендра Моди, но весь народ за него.
В конце концов, к власти придет сильный лидер. Ведь люди хотят видеть у власти сильного лидера, а не какого-то бюрократа. Как в Римской империи, люди не думали, что император человек закона. Массы его при этом обожали и ненавидели сенат. Потому что император давал людям хлеба и зрелищ, именно того, чего они хотели. Люди скорее обращались к императору, чем к сенату. Так что в результате появятся сильные лидеры, как в Индии, где правит Моди, отличный сильный лидер, знающий, как исправить недостатки системы.
Если вы хотите увидеть, как СМИ манипулируют событиями, возьмите пример сирийской войны. Алькаида взрывает здание в Нью-Йорке, бомбит США и в то же время СМИ убеждают нас, что это некая умеренная Алькаида, умеренные фундаменталисты. Наступит момент, когда элита больше не сможет лгать. И я знаю, что 90% американцев считают, что Саудовская Аравия и Катар государства зла, которые финансируют войну в Сирии. В то же время оставшиеся американцы, скромное меньшинство, продолжают играть в игры.
СМИ нарисовали картину сирийской войны, в которой есть героические гуманитарные работники и злые диктаторы. Я знаю, что творится в Алеппо, потому что я сам оттуда. Это лишь одна сторона медали. Но в конце концов, социальные СМИ вытащат правду наружу. И мы увидим, как это произойдет. Так что, думаю, победа или поражение Трампа ничего не изменят, потому что следующий президент будет полностью зависеть от социальных СМИ.
- Можно ли сегодня прогнозировать будущее на рынке, учитывая, что мы живем в этом самом информационном мире, где власть СМИ очень велика?
- Нет, рынки всегда было сложно прогнозировать. Разве, что хорошие инвестиции можно найти. Если вы хотите прогнозировать поведение рынков, то вы можете составить поминутный прогноз предложения. И вам понадобятся большие, мощные компьютеры с хорошим откликом в несколько мили секунд. Но, если вы хотите понять, как функционирует мир, то не думаю, что такая биржевая атмосфера вам поможет. Мир непредсказуем. И, как бы нам не казалось, что мы знаем, куда движется хрупкость, все, что хрупко, в конце концов разобьется. И думаю, что скоро кое-что разобьется.
90% американцев считают, что Саудовская Аравия и Катар - государства зла, которые финансируют войну в Сирии. И лишь кучка из 10% населения продолжает играть в игры и верить в картинку, нарисованную официальными СМИ о ситуации в Алеппо.
- Совершенно верно. Вся суть понятия "черного лебедя" сводится к антихрупкости, то есть, как вещи реагируют на раздражители, внешние факторы, и как их можно классифицировать. Что же касается "черного лебедя", по сути с помощью антихрупкости я и раскрываю понятие "черного лебедя".
Я просто помогаю людям понять, что существуют труднопредсказуемые события, понять, где и как они происходят. Люди абсолютно неверно понимали "черного лебедя", думая, что надо устраивать охоту на "черных лебедей" и действовать в этом ключе. Должна быть высокая степень непредсказуемости события. Но все относительно. Вот, например, если вы голосуете за Дональда Трампа, то для вас его избрание позитивный "черный лебедь". А, если вы ненавидите Трампа, то негативный. Все зависит от вашей точки зрения. Так что для многих одно событие негативный "черный лебедь", то для других – нет. Все зависит от того, какое положение в системе вы занимаете.
Например, если вы исламский фундаменталист, то для вас ИГИЛ позитивный "черный лебедь". Для христиан, таких, как я, для православных из Леванты, это негативный "черный лебедь". Так что все определяется тем, чью сторону вы занимаете.
Подобная точка зрения справедлива и в отношении экономического кризиса. Для меня, например, кризис 2008 года, поскольку я был готов к нему и завязан на нем в финансовом отношении, стал позитивным "черным лебедем", для других – нет. Возьмем другой пример. Индейка, заколотая мясником. Это событие – негативный "черный лебедь" для самой индейки, но отнюдь не для мясника. Так что нужно учитывать точку зрения, чтобы понять, является ли событие черным лебедем или нет, позитивным или же негативным.
- Применяя вашу логику, можно сказать, что для русских Крым стал "черным лебедем", только в позитивном контексте?
- Это позитивный? Я не имею понятия. Единственное, что могу сказать, крымские вина отличные. И это было для меня открытием.
- Что может быть сегодня интересной бизнес-идеей, с точки зрения понятия форсайтинг?
- Прежде всего я не экономист. Экономист – это тот, кто рассуждает об экономике. А я непосредственный участник экономической жизни. Я не знаю ответа на этот вопрос. Могу лишь порекомендовать избегать тех активов, которые подвержены влиянию кредитной ставки. Когда она равна нулю и не может опуститься больше, чем на несколько пунктов. Так что активы не могут расти.
- Может быть, медицина?
- Не знаю. Могу рассуждать лишь о том, что есть в моем портфеле. Так что про медицину ничего не знаю. Плюс ко всему, с медициной есть одна сложность. Есть много стран, например, Индия или Россия, где ситуация специфическая. В этих странах можно получить какую-то медицинскую услугу за очень небольшие деньги. При этом в США она будет стоить огромных денег. Операция иногда может стоить 20 тысяч долларов в США и 18 тысяч долларов во Франции или Турции, но всего лишь 7 тысяч в Индии. Так что здесь возможны арбитражные сделки. Примером таких сделок был медицинский туризм. Но в связи с ростом цен на медицинские услуги в США, у медицинского туризма могут появляться альтернативные варианты. Например, субподряд. Сейчас Индия этим и занимается.
В этом секторе могут возникать новые варианты. Точно не знаю, но мне кажется, будущее за арбитражными операциями, за игрой на разнице стоимости активов на разных рынках. Мне довелось сравнивать цены на медицинские слуги для одного пожилого родственника, которому требовалась операция. Я рассматривал варианты, где и как ее провести.
Я понял, что разница в стоимости услуг в разных местах не оправдана. Как трейдер по арбитражным сделкам, могу сказать, что, если цена за один и тот же продукт составляет 10 долларов здесь и 1 доллар в другом месте, то выбор, как правило, падет на место, где товар стоит 2 доллара.
- Мы живем в информационном мире. Зачастую именно средства массовой информации определяют, о чем мы говорим, о чем мы думаем. В таком информационном мире есть место понятию "черный лебедь"?
- Для начала, говоря об информации, давайте забудем о понятии "черного лебедя". В промежутке между Второй Мировой Войной и 1999-м или, скажем, 2005-м годом информация поступала по одностороннему каналу. Было телевидение. И люди пассивно потребляли информацию. Так что тон в обществе задавали журналисты и главные СМИ. Они могли делать с обществом все, что пожелают, навязывать ему свое мнение. Что сегодня происходит с Дональдом Трампом?
Главные СМИ потеряли свою монополию. По сути ситуация развернулась на 180 градусов. Люди активно выражают свое мнение в социальных сетях. На самом деле мы вернулись в прошлое, когда люди вели дискуссии на Тайм сквер. Это крайне важно, потому что такой поворот полностью уничтожил власть главных СМИ в США. И это имеет грандиозное значение, потому что теперь какой-нибудь Джо Смит из маленького американского городка может иметь собственное мнение о глобализации и его продвигать. Мне кажется, впервые со времен зарождения демократии мы снова вернулись в те времена, когда на первом месте стоит маленький человек. Даже, если мы обратимся к Древнему Риму, когда он был республикой, мы увидим, что демократия изначально была рассчитана на образованный класс общества, который мог все контролировать и считать себя равными между собой. В этом заключалась основная идея. Народ ненавидел римский сенат.
Сегодня демократия все больше обращается именно к человеку. И поэтому она разрушает класс, как я их называю, хоть и образованных, но глупцов. Класс тех, кто сидит в Вашингтоне. Это очень мощный сигнал, так как он изменит общую картину. Элита станет больше похожа на обычных людей.
- Крупнейшие средства массовой информации, такие как The Wall Street Journal, Bloomberg, Reuters, CNBC, Financial Times определяют основную повестку дня. Они нашли Brexit, так они нашли Грецию. И это в какой-то момент стало проблемой?
- Нет у них никакого влияния. Мы видели, как они боролись с Brexit и проиграли, как они боролись с Дональдом Трампом изо всех сил и проигрывают. Уже не важно, выберут Трампа или нет. Они все равно проиграют. Все СМИ на него набрасываются, а эффекта особого нет.
Хорошим примером является Индия, когда все главные СМИ были против Нарендра Моди, но весь народ за него.
В конце концов, к власти придет сильный лидер. Ведь люди хотят видеть у власти сильного лидера, а не какого-то бюрократа. Как в Римской империи, люди не думали, что император человек закона. Массы его при этом обожали и ненавидели сенат. Потому что император давал людям хлеба и зрелищ, именно того, чего они хотели. Люди скорее обращались к императору, чем к сенату. Так что в результате появятся сильные лидеры, как в Индии, где правит Моди, отличный сильный лидер, знающий, как исправить недостатки системы.
Если вы хотите увидеть, как СМИ манипулируют событиями, возьмите пример сирийской войны. Алькаида взрывает здание в Нью-Йорке, бомбит США и в то же время СМИ убеждают нас, что это некая умеренная Алькаида, умеренные фундаменталисты. Наступит момент, когда элита больше не сможет лгать. И я знаю, что 90% американцев считают, что Саудовская Аравия и Катар государства зла, которые финансируют войну в Сирии. В то же время оставшиеся американцы, скромное меньшинство, продолжают играть в игры.
СМИ нарисовали картину сирийской войны, в которой есть героические гуманитарные работники и злые диктаторы. Я знаю, что творится в Алеппо, потому что я сам оттуда. Это лишь одна сторона медали. Но в конце концов, социальные СМИ вытащат правду наружу. И мы увидим, как это произойдет. Так что, думаю, победа или поражение Трампа ничего не изменят, потому что следующий президент будет полностью зависеть от социальных СМИ.
- Можно ли сегодня прогнозировать будущее на рынке, учитывая, что мы живем в этом самом информационном мире, где власть СМИ очень велика?
- Нет, рынки всегда было сложно прогнозировать. Разве, что хорошие инвестиции можно найти. Если вы хотите прогнозировать поведение рынков, то вы можете составить поминутный прогноз предложения. И вам понадобятся большие, мощные компьютеры с хорошим откликом в несколько мили секунд. Но, если вы хотите понять, как функционирует мир, то не думаю, что такая биржевая атмосфера вам поможет. Мир непредсказуем. И, как бы нам не казалось, что мы знаем, куда движется хрупкость, все, что хрупко, в конце концов разобьется. И думаю, что скоро кое-что разобьется.
