Народ, победивший во Второй мировой войне - священный народ. Реплика Александра Проханова

Мой отец погиб под Сталинградом в 1943 году. И мама уже вдова с бесцветными от слез глазами повела меня — 6-летнего мальчика на военную выставку, что была развернута в Парке Культуры и отдыха. Я помню эти немецкие бомбардировщики со свастиками, помню тяжелые гаубицы, пятнистые как жабы, помню бронетранспортеры с растерзанными гусеницами. Я помню огромный страшный немецкий танк, огромный как дом, с уступами с выемками с орудием. Этот черный страшный танк был для меня тем, что начало мою семейную беду, что убило моего отца, что принесло горе мне и моей маме, а потом в этом танке, в его бортовине я увидел пробоину. Огромную, могучую пробоину с оплавленными сверкающими белой талью краями. И эта пробоина, эта невидимая пушка была тогда для меня тем, что отомстила за убитого отца. С тех пор, всю мою долгую жизнь я несу в себе этот образ, как образ нашей Победы.

Победа священная, народ, победивший в этой войне — священный народ, он осиян, он окружен святыми таинствами и святыми деяниями. Это священное чувство, этот отсвет святости лежит на всех, кто принимал участие в этой войне, на пехотинце, рядовом или на Генералиссимусе, на командующем взводом или армией. На мальчике, который стоял под открытым небом в морозной степи или морозном поле, и точил гильзы для будущих снарядов и мин. Ему под ноги, чтобы доставал до станка, подставляли табуретку. Все были святы, весь народ был святой народ, святой народ победитель.

И сама Победа сегодня смотрится как великая, нетленная, божественная чудотворная икона. Ее хотели испепелить, чтобы она исчезла бесследно. Но, как во время тяжелых боев, выносят из окружения знамя полка, обмотав его вокруг прострелянной груди, переносят через линию фронта, и там доставая из-под гимнастерки, вновь надевают на древко. И под этим флагом, под этим полковым знаменем вновь собирается воюющий полк, так и победа нашим народом была перенесена через черную пропасть 90-х годов. Она эта икона опять воссияла. Мы ее отмыли, отмолили, оттерли, и она сегодня для нас нетленная ценность, драгоценная сила. Потому что Победа является той чашей, из которой пьет наше молодое государство российское. Она является главной идеологией, главным символом и смыслом сегодняшнего нашего государства. И оно государство, подходит к этому водопою, пьет эту святую, эту живую воду.

Почему эта Победа так драгоценна для нас сегодня, не только своим прошлым, но и своим грядущим? Потому что в этой Победе сконцентрировались великие достижения, великие порывы. Эта Победа олицетворяет в себе общее дело, драгоценное общее дело, как любимое и драгоценное дело, по которому истосковался наш народ. Общее дело, которое соединяет в себе и штрафника, и генералиссимуса, и ополченца, и раскулаченного крестьянина.

Это Победа соединяет в себе все воевавшие тогда народы. И русских, и украинцев, и узбеков, и евреев, и татар. Тогда был один народ. Народ победитель. Это Победа знаменует собой способность нашего народа в дни тягчайших испытаний сконцентрироваться, соединиться для великого порыва, для великого подвига, для великого деяния, для Великой Победы.

Если бы не было этой Победы, во что превратилась бы сегодняшняя планета? Человечество не досчиталось бы множества народов, множества культурных деяний, традиций и школ. Тьма победила бы, поглотила свет, добро навсегда бы сгинуло перед лицом вселенского зла. Но этого не произошло. Победа опрокинула замыслы вселенской тьмы. И ад не одолел света. И опять народ-победитель встал во весь рост, как народ-великан. Героями были все. И те, кого мы до сих пор не знаем и не похоронили, кто лежит костьми под мхами где-нибудь под Тихвином или под Ржевом. И тех, что прошли всю войну, и на Красной площади кидали штандарты немцев к подножию мавзолея.

Героями были те, кто трудился в тылу, стоя у мартена, и те, кто сражался в партизанском тылу и был в подполье в глубоком тылу у немцев. Но война оставила в нашей памяти отдельные списки, отдельные красный синодик, куда были включены великие подвижники и мученики. Это 28 гвардейцев панфиловцев, которые кидались противотанковыми гранатами под танки под Волоколамском, у Дубосеково. Это Талалихин, который направил свой истребитель на немецкий ревущий Юнкерс, собиравшийся бомбить Кремль. Это Гастелло, который нацелил свой подбитый штурмовик на колонну немецких танков. Это Зоя Космодемьянская, мученица, которая с эшафота, истерзанная с петлей на шее продолжала кричать в лицо фашистам, что Победа неизбежна. И Победа будет за нами. Это мученики Молодой гвардии, которых пытали в застенках гестапо, которые выдержали страшные пытки, но не сдались на милость победителей. Это генерал Карбышев, который стоя под ледяной водой, свои силы, своим мученичеством превращал эту ледяную черную воду в живую воду, в святую воду. И как знать, может быть когда-нибудь, не завтра, не через год, но иконописец напишет на большой тяжелой доске образ Карбышева или образ 28-ми гвардейцев-панфиловцев. Над их головами просияет золотой нимб.

Я хочу обратиться к тем, что живет рядом со мной, и к старику, и к мальцу. Я хочу сказать им, ты непросто носитель исторической памяти. Ты, ты — победитель. Ты сам победитель. Почувствуй это, что это ты в 41 году мчался вместе с лыжниками в белых маскировочных халатах навстречу фашистским пулям. Что это ты, ты под Сталинградом провозгласил "За Волгой для нас земли нет". Что это ты в танке Т-34 мчался навстречу немецким танкам, сшибаясь с этими танками в страшном таране. Ты штурмовал Сапун-Гору, ты штурмовал Саур-Могилу. Это ты поднялся по ступеням Рейхстага среди расстрелянных гильз, среди дымящихся стен на эту кровлю. И водрузил Красное знамя, и тебе оттуда, из-под этого красного полотнища открылся весь мир, все континенты, все океаны. Тебе открылось все человечество, которое ты вместе со своими отцами, дедами и прадедами спас от тьмы.

Было два великих святых парада. Парад 1941 года — трагический и могучий парад. И парад триумфальный, парад Победы, парад 1945 года. Нынешний парад повторяет эти два священных парада. Оружие, которое течет по Красной площади, эти могучие танки, эти могучие ракеты, эти могучие зенитные установки, они несут в себе память о том оружии победы, о священном оружии победы, о тех сорокапятках, о тех Т-34, о ППШ, о противотанковых ружьях. Русское оружие свято. И сегодня, когда наши полки проходят по Красной площади, над их головами в небесах идут все, кто воевал на той войне. Все бессмертные сонмища наших воинов, наших святых полководцев, наших бессмертных соотечественников.

Мой отец погиб в 1943 году под Сталинградом у хутора Бабурки. Около этого хутора в 1943 году шли беспощадные бои, там смыкались два фронта. Сталинградский и Донской. И 6-я армия Паулюса пыталась прорвать окружение. Она пробивалась из этого мешка, она рвала это кольцо. И наши войска, наша армия, наше командование в месте прорывов бросало все новые и новые части. И мой отец погиб тогда в ночь перед Рождеством. И мне говорили, что они шли по этому зимнему полю, в которое были вживлены противопехотные мины, и подрывались на этих минах. И я шел по этому полю летней степной жарой. И мне казалось, что рядом со мной в этих стеклянных миражах идет мой отец. Я увидел под ногами заросшую степной травой выемку, воронку от минного взрыва. Наклонился. Тронул ее руками. И положил на дно этой воронки красную гвоздику.