Однако ENI действует вопреки мировым тенденциям, так как многие компании, которые планируют добывать нефть на других месторождениях Арктики, отказываются от лицензий или не используют их, так что в результате срок действия лицензий истекает. При этом, они отказываются от проектов, среди причин называя высокие риски и высокую стоимость разработки.
Важное влияние оказали кампании по защите окружающей среды, а также все более высокий уровень осведомленности о климатических проблемах по всему миру, а также политическая воля по защите окружающей среды.
Динамика стоимости нефти Brent в рублях ( 25 июля)
Так как разведка и добыча в Арктике являются очень дорогостоящими, а риски довольно высоки, при этом сложившиеся на рынке условия являются крайне неблагоприятными, то возникает логичный вопрос: почему такие компании, как Shell, ENI и другие продолжают работу над арктическими проектами?
Основная причина – ресурсный потенциал. В Арктике располагаются огромные запасы нефти и газа.
Согласно оценке Геологической службы США на 2008 год, в Арктике располагается 22% мировых неразведанных запасов углеводородов: в целом 90 млрд баррелей нефти, 1 670 трлн куб.футов природного газа и 44 млрд баррелей газоконденсата.
Shell стала первой компанией, которая поняла это. Компания вложила $6 млрд в свои арктические проекты, и в итоге серьезно пострадала из-за задержек в реализации этих проектов, включая отказ от буровых работ в Море Бофорта после того, как буровая установка села на мель в 2012 году.
Затраты на охрану окружающей среды также очень высоки. Организации по защите окружающей среды, такие как Greenpeace и National Resource Defense Council, заявляют, что нет ни одного безопасного способа вести добычу природных ресурсов в Арктике.
Кандидаты в президенты США от Демократической партии согласны с ними. Так, Хиллари Клинтон, Мартин О∎Мэлли и независимый кандидат Берни Сандерс – все они выступают против добычи в Арктике.
Конечно, обещания, данные во время предвыборных кампаний, не являются точными показателями того, как будет меняться политика государства после выборов. Однако компаниям следует прислушаться и принять во внимания их заявления.
Более того, учитывая грядущий саммит в Париже, на котором будут обсуждаться меры по охране окружающей среды, важно отметить, что существует множество аргументов в пользу отказа от рискованной добычи углеводородов в Арктике.
Низкие цены на нефть и, что более важно, высокая волатильность на рынке, являются еще одним важным фактором. Даже такая опытная в освоении Арктики компания, как Statoil, начала ощущать давление. Эта норвежская компания заявила, что в этом году она не будет бурить новые скважины в Баренцевом море.
При этом, компания вела активную деятельность в Арктике в 2014 году.
В какой-то момент у ENI было 89 лицензий на добычу в море Бофорта и Чукотском море, однако срок действия многих лицензий истек, а компания так и не начала бурить.
В Гренландии несколько компаний, включая Statoil и Engie, вернули свои лицензии. Высокие затраты, отсутствие инфраструктуры, климатические вопросы – это лишь немногие факторы, которые сделали добычу в этом регионе особенно сложной.
Британская компания Cairn Energy также не добилась коммерческого успеха после двухлетней кампании, что также повлияло на решения других компаний, планирующих добыче в этом регионе.
Тем временем, в Норвегии появляется все больше тех, кто выступает против бурения в Арктике.
Христианско-демократическая и Либеральная партии выступили против попыток правительства позволить компаниям буреть в неразведанных участках Арктики.
В целом же, Норвегия с оптимизмом смотрит на ситуацию, принимая во внимания тот факт, что компании смотрят на цены в долгосрочной перспективе.
Однако Shell планирует начать коммерческую добычу не раньше 2030 года. И большинство лицензий, которые будут выданы Норвегией на добычу в Арктике, буду также иметь долгосрочный характер. А к тому времени многое может измениться.
