Украинский президент Петр Порошенко пытается любой ценой спасти свой стремительно снижающийся рейтинг доверия. Согласно последним опросам, за Порошенко готовы проголосовать примерно 26% украинцев. Для сравнения, на последних выборах, из которых он вышел победителем, его поддержали 55%. И вот последний отчаянный шаг украинского президента: он попытался приписать себе освобождение из плена майора ВСУ Андрея Гречанова, которого еще называли "киборгом номер один". Как в реальности происходило освобождение, и какую роль на самом деле сыграл президент Порошенко?
"Настоящий праздник", — так описывает волнительную встречу из плена героя верховный главнокомандующий Украины. Как рассказывает Порошенко, для освобождения майора ВСУ Андрея Гречанова с позывным Рахман он провел гигантскую работу.
Сам майор Гречанов, которого на Украине считают "киборгом номер один", сидит молча. Он-то знает, что предшествовало тому, что президент Украины возомнил минутой своего триумфа.
"Обмен, который произойдет в ближайшие часы, может, сутки, максимум, был организован и состоялся благодаря одному вашему знакомому — Мочанову Алексею, — утверждает глава ДНР Александр Захарченко. — Ни президент Украины, ни другие переговорщики в обмене этого человека так же, как и в обмене нашего майора, не участвовали".
"Никто из высокопоставленных чинов на меня с той стороны до звонка Мочанова не выходил", — подтверждает министр обороны ДНР Владимир Кононов.
Но президента Украины не удержать: в рассказах про свою кипучую международную деятельность он не может остановиться — в них задействованы уже ключевые лица даже с Ближнего Востока. И если бы с Порошенко в Париже поздоровался Обама, наверняка, и он бы стал героем рассказов про эту историю одного обмена. Возможно, Порошенко был попросту навеселе после своего столь утомительного парижского турне, предположат многочисленные зрители.
В разговоре с матерью героя президент сам чуть ли не плачет. Между тем, сам Рахман, находясь в плену столь долгое время, успел рассказать многое, ведь он — один из так называемых "киборгов", засевших в аэропорту и столь прославляемых на Украине. Об обстрелах Донецка с задержанным поговорил корреспондент Дмитрий Петров.
"Раскаиваюсь за свое правительство, — сказал в интервью майор ВСУ Андрей Гречанов. — Хочу сказать, что мы должны отказаться от ведения боевых действий. Мы обмануты. Мы ведем войну не с солдатами Российской Федерации, а с мирным населением. Здесь нет российских солдат, я об этом догадывался раньше. И сейчас подтверждаю: когда нахожусь здесь. Мне показали разрушения в Донецке. Я мог только представить, какие жертвы были после наших артиллерийских ударов по территории Донецка".
Коридоры бывшего управления СБУ по Донецкой области. В некогда помещении архива сейчас содержатся пленные украинские военные. "Поверьте, в плену когда вы сидите, ни Порошенко, ни другие переговорщики вашей жизнью не интересуются", — говорит им Александр Захарченко.
Между тем, Алексей Мочанов — украинский журналист и волонтер АТО , благодаря которому обмен и состоялся, так описал произошедшее на своей страничке в Facebook: "Рахман сидел в плену не в России, как Савченко. И не в Германии, не во Франции. Вполне хватало наших собственных договорных способностей. Но было очень всем важно, кто получит в результате этого обмена выхлоп. Пиар. Баллы. Электорат. Вам шашечки или ехать? Похоже, шашечки".
"Шашечки", запущенные в украинское информационное поле, сработали. Порошенко клюнул. Да так, как никто и не рассчитывал. "Я не ожидал такой реакции на Украине, — признается глава ДНР. — Это информационная война, в которой мы сделали пробный шаг. Такие вещи, как мы сейчас сделали, на них надо будет обращать внимание, и, к счастью, к этому моменту мы имеем ряд других видеозаготовок, и все обмены, которые в последующем будут происходить, я думаю, на них пиариться никто уже не будет".
Сколько именно военнопленных Вооруженных сил Украины находится сейчас в Донецке? Цифру эту озвучивать нельзя, информация секретная, но, как показала недавняя история обмена украинского майора с позывным Рахман, киевским властям гораздо важнее не человеческие судьбы, а политические очки, которые на этом можно заработать. Но, как здесь надеются, долгожданный обмен всех на всех все-таки должен состояться.
