За три месяца в Забайкалье совешено более 170 преступлений против детей

Только за последние три месяца в Забайкальском крае произошло более 170 преступлений, направленных против личности несовершеннолетних. В девяти случаях в результате насилия дети погибли. Почему у семи нянек — соцработников, медиков, педагогов, участковых уполномоченных полиции дитя зачастую остается под присмотром нерадивых родителей?
 

2 января 2013 года стало последним днем жизни для двух братьев пяти и четырех лет с улицы Каменистой в Чите. Сестренкам повезло больше, они выжили в нетопленной бане, где их закрыли от глаз подальше родственники. Дети более 5 часов находились на январском морозе. Евгений, отец погибших детей, рассказывает: "Я нашел. Я по голосу Ксюшу младшую услышал в бане — она плакала. А два ребенка были уже мертвые, я ее забрал".

А в лесу было найдено тело трехгодовалой девочки, пропавшей в июне прошлого года. Ее мать пыталась ввести в заблуждение органы социальной поддержки отговорками, что якобы средняя из трех ее детей в гостях у родственников. Но шила в мешке не утаишь. Нина Богданова, председатель комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав администрации Черновского района г. Читы, отмечает: "Подозрения возникли в том плане, что ребенок-то был очень часто в синяках, как говорят специалисты "Берегини", видно было, что ребенок не в хорошем состоянии и возникли в том плане, что кочует семья-то по краю, и имея трех детей, конечно, нужно о них заботиться".

Мать пропавшей девочки созналась: в июне прошлого года ночью ударила раскапризничавшегося ребенка по голове, а утром в кроватке обнаружила дочку мертвой. В маршрутном такси в хозяйственной сумке вывезла тело дочки пригородный лес и там закопала. Соседи матери-одиночки по общежитию в ночь происшествия никакого шума не слышали и признаков, предвещавших беду, не видели.

По принципу "моя хата с краю, ничего не знаю" живут и в селе Олдонда Борзинского района. 24 января застолье родственников закончилось для полуторагодовалой девочки гибелью. Мать ненадолго оставила ребенка под присмотром своего брата. Он с ролью няньки не справился. Уронил ребенка, а когда понял, что удар был смертельным, попытался сжечь тело погибшей девочки в печи. Андрей Гаджиев, подозреваемый, говорит: "Вообще дикость какая-то, на меня вообще это не похоже, у меня и репутация нормальная. В деревне все. Я не склонен вообще к этому".

Нормальной, считают репутацию семьи и те, кто бывал в ней по долгу службы. Ольга Сазонова, глава администрации сельского поселения "Курундулайское", отмечает: "Чтобы пьяных, я их видела, никогда. Никогда не было. Семья приветливая, обычная рабочая семья, дом большой, техники полный двор. У нас такого хозяйства в крае-то по пальцам перечесть, у них 70 голов КРС, 220 овец они держат. Назвать ее семьей неблагополучной не могу я".

Судя по всему, не вызывала тревоги обстановка в семье и у местного медика. К фельдшеру Марине Пляскиной мама с дочкой не раз приходила на прием. Вот только видела ли медик за заполнением бланков, карточек и отчетов ребенка? Ведь даже наша съемочная группа привлекла внимание специалиста не сразу. Марина Пляскина, фельдшер ФАП села Олдонда: "Марина Николаевна, у вас ребенок давно наблюдался? Как я работать стала. Ребенка я наблюдала с августа месяца. Ребенок всегда был ухоженный, родители следили за ней, никаких врожденных патологий не было, ребенок был здоров, на прививки ходили регулярно".

Лица официальные за рамки своих полномочий не заглядывали. Излишнее любопытство или неравнодушие в Олдонде считается пороком. Односельчане же после трагедии объединились в заговоре молчания. Молча помогают готовить поминальный обед, сопереживают горю родителей погибшей девочки и давно уже забыли, что в семье был еще и сын, в отношении которого мать лишена родительских прав. Мальчика несколько лет тому назад взяли под опеку чужие люди. Где он, что с ним, как сложилась его судьба, ни родители, ни односельчане не знают.

Три истории малолетних детей, погибших в январе в разных районах Забайкальского края. Семьи, в которых они росли, не считались неблагополучными. Кормильцы вроде попивают, но где-то ж работают. А что происходит у них в домах, кто ж знает? Участковые инспекторы полиции наведываются только по сигналу соседей, педагогов, медиков, социальных работников. До того, как живут дети, зачастую никому дела нет. Времена "Аниськиных" давно миновали.

Сергей Лобунько, заместитель начальника отдела организации деятельности участковых уполномоченных полиции и делам несовершеннолетних УМВД России по Забайкальскому краю, считает: "Участковый уполномоченный должен обслуживать участок с населением не более 3 с половиной тысяч человек, а старший уполномоченный не более полутора тысяч человек. В настоящее время должно быть 558 административных участков, в наличии 365 участковых. Около 200 участковых не хватает".

На долю каждого участкового приходится до 15 населенных пунктов. С учетом расстояния между ними по 50 и более километров, подворный обход с профилактической беседой о житье-бытье становится делом нереальным. Вот и попадают под пристальное внимание полицейских только дерзкие нарушители спокойствия. После нашумевших в январе историй гибели детей органы правопорядка активизировали свою деятельность. В Чите организованы внеплановые рейды в семьи, где родители не раз привлекались к ответственности за неисполнение своих обязанностей.

Инспекторы не в первый раз замечают у малышки следы побоев. После проверки мамашу могут не только лишить родительских прав, но и привлечь к уголовной ответственности за жестокое обращение с ребенком. Вразумить таких родителей, защитить детей от насилия могут лишь скоординированные действия всех специалистов — правоохранительных органов, учреждений социальной защиты, медиков, педагогов. И тех, кто живет рядом с детским горем. Пока же Забайкальский край все чаще становиться местом трагических происшествий. В год в регионе неблагополучными родителями признается около 500 человек. Если эта мера не дает эффекта, многих из них лишают родительских прав. И это зачастую спасает детям жизнь.

PS: Пока этот специальный репортаж готовился к эфиру, два новых факта гибели детей потрясли забайкальцев. Тела двух младенцев нашли замерзшими на городских помойках.