Состоявшийся внеочередной пленум ЦК КПРФ, без всякого сомнения, можно назвать историческим. В том смысле, что, пожалуй, впервые со времен поздней КПСС стали предметом гласности порядки, сложившиеся в Коммунистической партии, пишет "Независимая газета".Состоявшийся внеочередной пленум ЦК КПРФ, без всякого сомнения, можно назвать историческим. В том смысле, что, пожалуй, впервые со времен поздней КПСС стали предметом гласности порядки, сложившиеся в Коммунистической партии. Как известно, в результате внутрипартийной борьбы в КПСС кандидат в члены политбюро Борис Ельцин стал в итоге президентом России, пишет "Независимая газета".
КПРФ противоестественным образом сочетает в себе коммунистическую форму (символы, флаги, атрибутика, портреты) и националистическое содержание, сокрытое под патриотическими лозунгами. Эта "двугорбость" КПРФ стала причиной того, что партия доминирует на двух достаточно разных электоральных полях, неся при этом различную функциональную нагрузку. Нынешний Зюганов - это Морис Торез (один из основателей французской Компартии) и лидер французских ультраправых Ле Пен в одном лице.
Монополизируя левый электоральный фланг, КПРФ, по сути, является тромбом на пути развития партийных институтов. Именно поэтому потерпели поражение многочисленные социал-демократические проекты. Невелики шансы на успех и у нынешних социал-демократов Горбачева и Титова. С другой стороны, обосновавшись на национал-патриотическом электоральном поле, КПРФ сдерживает развитие таких "политических уродов", как нацистские и фашистские организаций. И пока это так, ни "баркашовцы", ни "лимоновцы" не могут рассчитывать на успех во время выборов. И эту блокирующую и, в общем-то, положительную функцию КПРФ надо учитывать.
Нет необходимости лишний раз утверждать, что партия Зюганова находится в системном кризисе. Впереди руководство КПРФ ожидает череда скандалов, в том числе и в самых отдаленных партячейках. После персональных дел на федеральном уровне процесс поиска врагов среди "своих" получит продолжение в региональных и местных организациях. В каждой парторганизации КПРФ найдется свой "Зюганов", свои "Селезневы, Губенко и Горячевы". Не исключено, что, восстановив, к примеру, в партии Светлану Горячеву, уссурийская организация коммунистов, конечно же, расправится с "зюгановцами", тогда как московская организация, возглавляемая Куваевым, непременно "вычистит" из своих рядов всех "селезневцев".
Из недавнего прошлого все это напоминает борьбу между "горбачевцами" и "лигачевцами", которая активно шла в КПСС в конце 80 - начале 90-х годов. Тогда в результате этой борьбы не только развалилась Компартия, но и распалось союзное государство. Конечно, проводить аналогии - значит способствовать развитию мании величия у лидеров КПРФ, тем более что политический вес современных коммунистов не идет ни в какое сравнение с имевшимся влиянием у КПСС даже на излете этой организации. Вместе с тем одно обстоятельство все же не мешало бы учитывать.
В последние годы правления КПСС в демократической среде активно шли споры о том, что возникнет на ее месте, какие партии и политические движения станут зародышами будущей многопартийности. Тогда накануне последнего съезда КПСС даже дискутировалась последовательность демонтажа этой "правящей и направляющей силы советского общества" - выходить из партии до съезда или сделать это в ходе его работы. Но КПСС рухнула стихийно, а из-под ее развалин вместо ожидаемой цивилизованной социал-демократической партии появился политический оборотень в виде КПРФ и более ничего.
Судя по последним событиям, имеются серьезные опасения, что российский правящий класс может еще раз наступить на те же грабли. Произойдет обвал КПРФ. А что вместо нее появилось на левом фланге? К примеру, на Украине в результате последних выборов в Верховную Раду влияние Компартии значительно снизилось, тогда как местные социал-демократы и социалисты усилились и составляют ей серьезную конкуренцию. А у нас?
КПРФ противоестественным образом сочетает в себе коммунистическую форму (символы, флаги, атрибутика, портреты) и националистическое содержание, сокрытое под патриотическими лозунгами. Эта "двугорбость" КПРФ стала причиной того, что партия доминирует на двух достаточно разных электоральных полях, неся при этом различную функциональную нагрузку. Нынешний Зюганов - это Морис Торез (один из основателей французской Компартии) и лидер французских ультраправых Ле Пен в одном лице.
Монополизируя левый электоральный фланг, КПРФ, по сути, является тромбом на пути развития партийных институтов. Именно поэтому потерпели поражение многочисленные социал-демократические проекты. Невелики шансы на успех и у нынешних социал-демократов Горбачева и Титова. С другой стороны, обосновавшись на национал-патриотическом электоральном поле, КПРФ сдерживает развитие таких "политических уродов", как нацистские и фашистские организаций. И пока это так, ни "баркашовцы", ни "лимоновцы" не могут рассчитывать на успех во время выборов. И эту блокирующую и, в общем-то, положительную функцию КПРФ надо учитывать.
Нет необходимости лишний раз утверждать, что партия Зюганова находится в системном кризисе. Впереди руководство КПРФ ожидает череда скандалов, в том числе и в самых отдаленных партячейках. После персональных дел на федеральном уровне процесс поиска врагов среди "своих" получит продолжение в региональных и местных организациях. В каждой парторганизации КПРФ найдется свой "Зюганов", свои "Селезневы, Губенко и Горячевы". Не исключено, что, восстановив, к примеру, в партии Светлану Горячеву, уссурийская организация коммунистов, конечно же, расправится с "зюгановцами", тогда как московская организация, возглавляемая Куваевым, непременно "вычистит" из своих рядов всех "селезневцев".
Из недавнего прошлого все это напоминает борьбу между "горбачевцами" и "лигачевцами", которая активно шла в КПСС в конце 80 - начале 90-х годов. Тогда в результате этой борьбы не только развалилась Компартия, но и распалось союзное государство. Конечно, проводить аналогии - значит способствовать развитию мании величия у лидеров КПРФ, тем более что политический вес современных коммунистов не идет ни в какое сравнение с имевшимся влиянием у КПСС даже на излете этой организации. Вместе с тем одно обстоятельство все же не мешало бы учитывать.
В последние годы правления КПСС в демократической среде активно шли споры о том, что возникнет на ее месте, какие партии и политические движения станут зародышами будущей многопартийности. Тогда накануне последнего съезда КПСС даже дискутировалась последовательность демонтажа этой "правящей и направляющей силы советского общества" - выходить из партии до съезда или сделать это в ходе его работы. Но КПСС рухнула стихийно, а из-под ее развалин вместо ожидаемой цивилизованной социал-демократической партии появился политический оборотень в виде КПРФ и более ничего.
Судя по последним событиям, имеются серьезные опасения, что российский правящий класс может еще раз наступить на те же грабли. Произойдет обвал КПРФ. А что вместо нее появилось на левом фланге? К примеру, на Украине в результате последних выборов в Верховную Раду влияние Компартии значительно снизилось, тогда как местные социал-демократы и социалисты усилились и составляют ей серьезную конкуренцию. А у нас?
