Тема:

Ситуация на Украине 17 часов назад

"Русская весна": чего хотели и что получилось

Донбасс вспоминает начало "русской весны". Четыре года назад киевские власти, занявшие почти всю Украину в результате госпереворота, начали гражданскую войну на юго-востоке Украины против тех, кто не готов был покориться бандеровцам. Одним их первых удар на себя принял городок Славянск в Донецкой области.

"Когда все начиналось, я не осознавал, насколько это серьезно, насколько это будет долго. Как все думали, планировали, что все будет по крымскому сценарию. Во всяком случае, людям так хотелось, чтобы мы, как крымчане, проголосовали и отделились, жили счастливо", — вспоминает Владимир Жога, командир батальона "Спарта".

Дорога домой. Дорога на город Славянск. Трасса Донецк – Константиновка – Славянск. Эта дорога еще ведет и на позиции в районе донецкого аэропорта, где продолжают сражаться бойцы из славянского ополчения.

Владимир Жога после гибели Моторолы теперь командует батальоном "Спарта". Бойцы единогласно выбрали себе комбата. А тогда, в апреле 2014-го, 19-летний славянский паренек помогал строить баррикады, развозил на блокпосты продовольствие — так постепенно и влился в отряд легендарного командира.

Автомат Моторолы — уже музейная реликвия.

Ежедневный служебный доклад начальника штаба комбату. Майор Артем Жога — еще и родной отец своего непосредственного командира. Они всегда были вместе. Успешно вели в Славянске семейный бизнес, открыли сеть рыбных магазинов. Когда пришла война, вместе ушли в ополчение и начали новую жизнь, с чистого листа. Вместе с Моторолой мотался по позициям на джипе с пулеметом и почти сразу получил первое ранение.

"Это была авантюра, которая, я думаю, принесла даже больше плодов, чем ожидалось. Они смогли сплотить ополчение, своим примером показать другой части мужского населения, что нужно это делать, нужно сопротивляться и объединяться", — отметил Даниил Безсонов, начальник пресс-службы Вооруженных сил. Бывший следователь и выпускник Киевской академии внутренних дел присоединился к славянскому ополчению в конце апреля. Одним из мотивов стало убийство майдановцами его отца.

В апреле 2014-го маршрутки Славянска ехали долго. Развозили поднявшийся город по окраинам строить баррикады. Подвозили ящики с коктейлями Молотова. Все, как на Майдане. Это был единый порыв. Баррикады строили голыми руками из подручных материалов. В ход шли стволы деревьев и покрышки.

Тогда на баррикадах Славянска было больше икон, чем огнестрельного оружия. Впрочем, некоторые приходили с охотничьими двустволками и берданками.

А майданные власти стягивают войска в Донбасс, пытаясь окружить Славянск железным кольцом из бронетехники. Мирное население пытается перекрыть дороги.

Ярослав Аника был одним из офицеров украинской бронегруппы 25-й аэромобильной бригады, которую и направили в Донбасс. "Люди выходили на митинги, не давали поездам двигаться дальше на восток", — вспоминает Аника.

В Краматорске женщины встали перед колонной украинских десантников. "Мы никогда не допустим здесь вооруженных действий. Зачем нам война?! Нужно разоружить ребят, пусть они едут обратно", — призывали они.

"Просто обычные женщины с детьми, мужчины, старики встали на дороге и не дали нам никуда ехать. Бросили все свои дела, встали и сказали: мы больше никуда не поедем", — рассказал Ярослав Аника.

Переговоры с украинскими военными вел народный мэр Славянска Вячеслав Пономарев.

Солдаты еще и сами не понимают, что происходит. Демонстрируют людям пустые магазины от автоматов. Ополченцы уговаривают командира сдать технику, и под российским флагом колонна переезжает в Славянск.

У славянского ополчения появились боевые машины пехоты, бронетранспортеры и самоходная минометно-артиллерийская установка "Нона". Ярослав Аника и еще 15 украинских десантников решили остаться в Славянске. Остальные, сдав оружие, уехали из города.

"Это был тяжелый выбор, потому что я ношу форму с 15 лет. Учился, офицером был. У меня были довольно серьезные перспективы. Но стрелять по своим землякам, по мирным жителям я не собирался. И основная причина, по которой я остался, — это не для того, чтобы там воевать, а для того, чтобы так, глядя на меня, поступили многие, чтобы война на Донбассе не началась", — говорит Аника.

Те, кто ушел из Славянска, потом засели в окопах на Карачуне, где стояла телевышка, и обстреливали из минометов мирный город, который с горы был как на ладони.

Кажется, что "русская весна" в Донбассе — время навсегда ушедших романтиков. Их мечтам так и не суждено было сбыться. Гражданская война длится уже дольше, чем шла Великая Отечественная. Но если бы они тогда промолчали, если бы прогнулись, то, возможно, утратили бы нечто большее, то, что называют национальным самосознанием, которое даже там, в большой России не у всех и не везде сохранилось.

Сегодня