Тема:

День Победы 2018 6 лет назад

Парад Победы: авиация отработала, несмотря на холод и болтанку

Спасская башня – вот откуда съемочная группа "Вестей в субботу" вела обратный отсчет к параду. Мы рискнули – в определенный момент сняли камеру со штатива и показали то, что до сих пор никто не показывал.

Спасская башня — вот откуда съемочная группа "Вестей в субботу" вела обратный отсчет к параду. Мы рискнули — в определенный момент сняли камеру со штатива и показали то, что до сих пор никто не показывал.

Что же было внутри Спасской башне и на ней самой? Сверху – понятно — рубиновая звезда. Установлена в 1937 году. Ниже — готический верх с курантами. Он возведен в 1624 году, а основание — это 1491-й. Работа мастера Фрязина. А что там сейчас? :Наш материал — о пункте управления авиацией, который работает там в дни парадов. Но в прошлом году на 9 мая шел снег. Соответственно, авиация не полетела. Довольно холодно было и в этот раз. Но все-таки шансы были выше.

Сто десять ступенек нужно преодолеть, чтобы попасть в пункт управления. Лестница – бетонная. Наверное, совсем современная. Кладка, похоже дореволюционная. Гусарев, скорее всего, была фамилия владельца фабрики-поставщика Спасской башни.

Когда попадаем на следующий этаж, то уже в семь утра там беготня. Куда же все бегут? В самом, наверное, заветном помещении Спасской башни — склад всяких очень нужных вещей. И главное — только здесь можно согреться. На самом деле жалко, что здесь нет градусника, потому что, честно говоря, все-таки холодно. Ну, вот и чай.

В прошлом году в это время шел снег. В этот раз было, как минимум, ясно. На Спасской башне еще на рассвете развернули флаг ВКС. Прямо под курантами.

- Я попрошу оператора попрошу отвлечься на часы. Видно, который час на Спасских? Сейчас — 7:25, и у вас уже первые самолеты взлетают?

- Да, у нас уже работают, — говорит Вячеслав Осенин, полковник, начальник службы, главный инспектор-штурман ВКС.

- Через четыре минуты?

- Да, через четыре минуты взлетают уже разведчики погоды, уже начинаем работать. Как вы видите, на Красной Площади еще никого нет, а авиация уже работает. Здесь разработаны маршруты полетов, по которым авиация должна взлететь со своих аэродромов и собраться в определенной точке в конкретное время. И уже все вместе войти в район Красной площади.

- Вы перекрываете московское воздушное пространство на время полетов?

- Да, перекрываем. На время тренировки и проведения парада.

- По согласованию с гражданскими?

- Конечно. И стараемся не препятствовать работе гражданских аэропортов.

Отдельной строкой — про позывные. Есть "Подснежник", "Початок" и даже "Завитушка". А еще "Гобой" и более привычные "Байкал" и "Алмаз". Но эта точка – "Башня". И через несколько часов все группы летят на нее. Еще точнее, они последовательно полетят друг за другом.

На сколько будет перекрыто воздушное пространство для гражданских самолетов? "Пятнадцать, максимум тридцать минут", — говорит Осенин.

Здесь же снаружи был генерал-лейтенант Сергей Дронов, заместитель главнокомандующего ВКС. На груди — еще и советский орден Красной Звезды. Он, оказывается, еще и в ВВС СССР был легендарной личностью.

- А правда, что у вас орден Красной Звезды за то, что вы, как недавно курсант, на брюхо посадили самолет, будучи тоже курсантом?

- Да, это событие 80-х годов, когда я заканчивал училище в Ейске. На втором курсе такой же самолет, только Л-29, предшествующая версия, — отметил Дронов.

- После этого просто сам Бог велел и парадом заведовать.

- Оказываем здесь помощь, содействие, руководим.

Генерал, впрочем, наш разговор прервал — военные авиаторы пошли встречать своего главкома, генерал-полковника Сергея Суровикина. Погода была солнечная. Но еще с утра в это 9 мая поднялся, ох, какой ветер!

Соловьи в Тайницком саду. В этот раз они пели на солнце, хотя и сильном ветру. Даже флюгеры на Историческом музее развернулись. А уж как буквально вытянулся президентский штандарт: на куполе первого, Президентского, корпуса. Но видимость была отличная.

- В прошлом году, по-моему, седых волос у всех прибавилось?

- Да, такой погодой.

- Я стоял наверху. Видно, как взлетают самолеты из Шереметьево. А до аэропорта отсюда, наверное, километров двадцать?

- Нет, побольше.

Действительно, со Спасской хорошо было видно не только Сити, но и те объекты, которые находились по линии движения авиации над городом: шпиль гостиницы "Пекин" на Маяковской и даже дома на Ленинградском шоссе. Это, как мы узнали в прошлом году, — неформальный критерий совсем хорошей видимости. И все-таки было очень холодно.

- А все-таки спокойнее визуально наблюдать? Могли бы здесь сидеть в тепле и уюте.

- Нет, там все видно и слышно. Конечно, там удобнее.

- А что должно быть слышно?

- Ход парада, наземную часть, чтобы время точно высчитать, когда выходить самолетам.

С генерал-лейтенантом Сергеем Дроновым мы говорили уже во время парада.

- Сергей Владимирович, "нам с неба видно все, ты так и знай"?

- Конечно, видно. С неба видно все прекрасно.

- "Коробочки" идут по струночке, а ваши-то как лететь будут?

- Это наши "коробочки" идут. Это идет. Это Воронеж, наш военный учебный центр наш.

- Так вы и по земле можете…

И вот они уже подлетают.

Когда авиационная часть парада была уже завершена, наконец-то спрашиваем: что такое "лево пять" и "лево десять"? "Это немножко курс меняли. Ветер сильный боковой, сносит, немножко подносило близко к зрителям", — поясняет Руслан Барилов.

- Болтает? Прямо видно?

- Да.

- Мне казалось, так хорошо пролетели?

- Нет, это не из-за этого. Воздух возмущенный, много самолетов. Здесь болтанка, возмущение воздуха.

Еще одна важная деталь про Кремль и авиацию. Многие, наверное, слышали, что в годы Великой Отечественной в Кремле был пункт противовоздушной обороны. Наблюдательный пункт располагался на колокольне Ивана Великого. А где был командный пункт? Трудно поверить, но им был Царь-колокол. Это, конечно, свидетельствует об изобретательности Кремлевского полка.

Но это и пример того, как даже Кремль оказался под прямой угрозой. Не будем об этом забывать никогда! Да, 9 мая мы празднуем День Победы, но путь к ней пролегал через чудовищные трагедии, через гибель миллионов наших соотечественников. Любая война — это кровь. В нашем случае — огромная кровь. И не было такого, что сегодня была война, а завтра мы оказались в Берлине. Помнить надо все.