• USD
    69.7114
  • EUR
    77.6376
  • IMOEX
    2750.24
  • RTSI
    1247.61
  • DJA
    8271.8
  • NASDAQ
    9552.05
  • BRENT
    38.6
  • ГАЗПРОМ
    198.72
  • Газпрнефть
    337.5
  • Роснефть
    378.7
  • АЛРОСА
    69.02
  • Сбербанк
    203.66

Глобальная экономика нуждается в слабом долларе

Global Look Press

Крупные экономики должны заключать валютные соглашения, чтобы стабилизировать доллар, особенно на фоне распространения пандемии COVID-19, предотвратив быстрый рост по отношению к другим валютам, что спровоцирует призывы к протекционистским мерам.

В 1985 году доллар США взлетел. США, Западная Германия, Япония, Франция и Великобритания встретились в отеле Plaza в Нью-Йорке в воскресенье в сентябре, когда рынки были закрыты. Эти 4 страны согласились поднять свои валюты, чтобы снизить доллар.

Были необходимы многосторонние действия, чтобы перестроить стабильность обменного курса и противодействовать сильному доллару в начале 1980-х годов. Это было особенно важно для Западной Германии и Японии — двух бывших противников, которые поглощали рост промышленного производства в США.

Бывший министр финансов США Джеймс Бейкер III собрал совещание. Он выразил обеспокоенность ростом протекционистских настроений в сфере промышленных интересов США по поводу дефицита платежного баланса в США и профицита, объявленного Японией и Германией. Основой встречи послужили тесные отношения Бейкера с президентом Рональдом Рейганом. Идея Бейкера противоречила политике Рейгана, которая заключалась в контроле над инфляцией с помощью сильного доллара. Но президент выслушал эту идею, ему понравилось, что протекционизм в долгосрочной перспективе сулит скорее вред рынкам, чем поддержку внутренних интересов.

Сегодня мировая экономика столкнулась с еще более ужасной ситуацией, с пандемией COVID-19. Она дестабилизировала мировые рынки и укрепила доллар против других основных мировых валют за несколько недель. Несколько лет страны наслаждались более дешевыми долларами.

По сути, новое соглашение Plaza Accord необходимо даже больше, чем в 1985 году, чтобы смягчить волатильность рынка. Тем не менее стоит учесть множество изменений за последние 35 лет, которые могут помешать этому:

  • Сейчас мировые рынки капитала намного глубже, сложнее, чем в 1985 году. Кроме того, они намного лучше интегрированы благодаря цифровизации.
  • Основное направление для многих стран сейчас, в том числе и для США, — это односторонность, а не многосторонность.
  • Китай, экономика которого поддерживается долларами, не согласится на обесценивание своих огромных долларовых резервов.

Во-первых, то, что касается рынков капитала, долларовые кредиты составляют 14% от всего небанковского мирового ВВП по состоянию на 2018 год. На самом деле в мире больше банкнот по $100, чем по $1, причем 80% — за пределами США. Облигации, займы и платежи по всему миру номинируются в долларах. Это не столько доллары, которые причитаются США, сколько соглашения, заключенные между различными сторонами, которые полагаются на доллар как на самую стабильную валюту. Финансовое бедствие, вызванное коронавирусом, привело к задержке платежей в долларах. В ближайшее время можно ожидать многочисленных дефолтов. Доллары нужны, причем быстро, в противном случае стоит готовиться к обесцениванию местной валюты. Кризис не уберег от волатильности так называемые валюты-убежища, японскую иену и швейцарский франк. Во время кризисов кредиторы стремятся минимизировать риск. Кроме того, такие валюты, как норвежская крона и канадский доллар, которые получают большую часть поддержки от стабильных цен на нефть, быстро обесценились на фоне войны Саудовской Аравии и России за сокращение добычи нефти перед лицом снижения спроса.

Во-вторых, с односторонним подходом приходит протекционизм. Страны пытаются сдерживать этот процесс самостоятельно. Однако требуется скоординированное руководство. Президент США, реализующий крайне односторонний подход, стремится напрямую влиять на экономическую политику. При этом он подорвал доверие различных государств, которые, как он считает, злоупотребляют рынками США. При этом Рейган в 1985 году позволил Бейкеру самостоятельно вести многосторонние переговоры. Массовых кредитных своп-линий, контрактов, недавно открытых Минфином США, чтобы снизить риски и помочь странам с долларовыми займами, недостаточно, чтобы остановить волну спроса. В системе просто не хватает долларов, чтобы снизить всю долларовую задолженность. Сюда можно включить суверенные и корпоративные долларовые долги таких стран, как Индонезия или Нигерия, которые впоследствии были проданы на мировых рынках. Эти облигации приобрели инвесторы не только в США, но и в Великобритании, Сингапуре, Дубае и Китае.

В-третьих, у Китая больше валютных резервов, чем у любой другой страны в мире. По последним подсчетам, они составляют около $3 триллионов. Вообще говоря, иностранная валюта — синоним доллара США: 62% мировых резервов выражены в долларах, 20% — в евро. Это не отвечает интересам Китая в том, что касается дальнейшей девальвации юаня. Китай, не являющийся участником Plaza Accord 1985 года, сегодня вторая по величине экономика в мире. Его обширные долларовые резервы помогли стране справиться с финансовыми кризисами лучше, чем другим странам. Большая часть этого появилась во время финансового кризиса в 1997 году, когда у большинства азиатских стран не было достаточно долларовых резервов. Тем не менее такое соглашение маловероятно.

На этот раз развивающиеся страны копят доллары. У многих развивающихся стран, таких как Нигерия, Ливан и Турция, гораздо более высокое соотношение долларового долга к резерву.

Замедление: рост международной торговли уже замедлялся, когда началась пандемия COVID-19, вызвавшая протекционистские настроения и стремление копить доллары США.

Ничто не успокоит мировые рынки больше, чем обесценивание доллара США, стабилизация и повышение курса других валют. Многосторонний подход, реализуемый горсткой ведущих министров финансов при поддержке сильного финансового руководства США, может успокоить мировые рынки.

Сегодня в G20 гораздо больше участников, многие из которых не настроены на компромисс. Евро ЕС, преемника французского франка и немецкой марки, не было в 1985 году. Кроме того, цифровой мир позволяет мгновенно переводить валюту любого типа. Любое внезапное движение рынка привлечет не только спекулянтов, но и контроль за капиталом со стороны правительств в отношении долларовых активов и национальной валюты. Это трудное время пандемии и краха цен на нефть требует компромисса и многосторонних действий. И все это наряду с сотрудничеством президента США, который занимает позицию "Америка прежде всего".

Чтобы быть точным, соглашение Plaza Accords стало отличным рецептом для того, чтобы снизить в краткосрочной перспективе неконтролируемую силу доллара. Именно то, что мир испытывает сейчас. Луврское соглашение 1987 года в Париже остановило 18-месячное падение доллара, которое усугубляли спекулянты. И снова G5 согласилась обменивать свои валюты, сохраняя компромисс между плавающей и фиксированной валютной системой. Япония была признана мировой финансовой державой во время Plaza Accord. Рост иены с 250 иен до 150 иен за $1 за несколько месяцев привел к "пузырям" активов и фискальному неэффективному управлению. В конечном итоге начались стагнация роста и "потерянное десятилетие" 1990-х годов для японской экономики. Тем не менее реальной целью обоих соглашений была Западная Германия.

Бесконтрольно растущий доллар вызовет хаос на развивающихся рынках, рост инфляции, обвал валют и снижение конкурентоспособности США. Возможно, соглашение 1985 года стало последней великой инициативой многостороннего контроля над господством доллара.

Сегодня

Вы можете получать оповещения от vesti.ru в вашем браузере