Языки пламени вырываются на несколько метров, два этажа в огне. Деревянные перекрытия столетнего дома вспыхивают, как спичка. Огонь тушат с земли, с автолестниц, с соседних зданий, но он вновь и вновь разгорается. Полностью выгорели два этажа. Те квартиры, что не тронул огонь, затоплены.
Дом 12 на Никитском бульваре называют звездным – здесь живут певица Любовь Казарновская, актриса Ингеборга Дапкунайте, брат художника Никаса Сафронова. "Он был свидетелем. Сначала шло очень много дыма, а потом вдруг пошел огонь., будто заливали ведрами бензина", – рассказал художник.
Пожар начался в квартире дочери дирижера Юрия Башмета Ксении, ей с детьми удалось выбежать. 8 человек – те, кто жил этажом выше – спастись не смогли.
Всю неделю к дому на Никитском бульваре люди несут цветы, детские игрушки и лампадки – у второго подъезда возник стихийный мемориал. Все жертвы жили в коммуналках на 6-м этаже. В 48-й квартире погибла целая семья – трое взрослых и два ребенка, мальчики Тимоша и Даня, 5 и 7 лет.
Предварительная причина пожара — короткое замыкание. Жильцы винят старую проводку и бездумные перепланировки. Квартира, где начался пожар, когда-то была коммунальной. Прежний хозяин ее полностью перестроил. Очевидно, что во время ремонта была нарушена система вентиляции, и скорее всего, именно поэтому дым и угарный газ скапливался наверху.
"Там есть элементы дранки, этому материалу сто лет – просто как вата воспламеняется. Этот хаос должен был рано или поздно привести к последствиям", – считает Азарий Лапидус, заслуженный строитель России, заведующий кафедрой технологии и организации строительного производства МГСУ.
Почти весь центр Москвы — это старые дома с деревянными перекрытиями, которые пережили не одну перепланировку.
"Это носило массовый характер. Если брать расселенную коммуналку – жить в тех условиях невозможно. У человека есть деньги, он хочет жить в чем-то хорошем. Зачастую сносились все перегородки. Были прецеденты – провалился пол у человека, который влепил себе громадную ванну", – рассказал директор агентства недвижимости Константин Барсуков.
В доме на Авиамоторной коммерсанты перестроили полэтажа под сауну. Железные балки, деревянный брус, бумага и доски — все, что отделяет один этаж от другого.
"Стены состоят из дранки. Любая искра — и дом вспыхнет, как кусок бумаги. Весь дом такой. Никто мне, кажется, не успеет. Заживо тут гореть можно", – говорит жительница дома Лариса Назарова.
Саввинское подворье на Тверской. Дом — памятник архитектуры, построен еще до революции. Теперь здесь жилье вип-класса за 85 миллионов рублей. Деревянные перекрытия продавцы выдают за железобетонные – так дороже. За шикарным интерьером, скорее всего, та же старая труха, которая может вспыхнуть, как спичка.
"Это колоссальная проблема, она касается всей центральной части Москвы, – подчеркивает Азарий Лапидус. – Это было хаотичное переделывание, вплоть до того, что если человеку не нравился газ, он мог у себя в квартире отрезать газ".
После пожара на Никитском бульваре эксперты призывают проверить все дома с деревянными перекрытиями, но сделать это практически невозможно – чтобы обойти тысячи квартир, инспекторам понадобятся годы.
