Урбанисты предугадывают потребности горожан. О последних трендах в области градостроительства и новых подходах к благоустройству "Вести.Недвижимость" рассказала основатель градостроительного бюро Master'splan Юлия Зубарик.
— Как вы оцениваете результаты благоустройства в Москве? Есть ли достижения?
— Я считаю, что в центре Москвы вопросы благоустройства проработаны очень детально. Самое главное достижение – парк "Зарядье". Впечатляет, что город отдал самую дорогую площадку не под жилье, коммерческую инфраструктуру, а под зеленую зону, и вложил в ее развитие бюджетные деньги.
Еще один позитивный опыт – программа "Моя улица". Хотя ее критиковали на старте, сейчас можно сказать: программа себя оправдала. Отзывы о ней только хорошие, и я лично очень довольна. Можно было бы переориентировать эту программу на жилые кварталы, которые разъединены промзонами, железными дорогами и пр. Это поможет наладить пешеходные связи – из одного района можно будет пройти пешком в другой. 20-30 минут ходьбы – комфортное для человека расстояние.
— А какие текущие программы импонируют?
— Очень важная работа – развитие и благоустройство набережных Москва-реки. В первую они осваиваются в рамках реорганизации бывших промзон, к которым у горожан нет доступа. Например, наша компания работает над проектом планировки на Шоссейной улице – бывший промышленный участок (15 га) как раз находится на Москва-реке. Мы открываем берег для жителей, делаем променад, бульвар и только за ними проектируем жилые дома, социальные объекты.
— Может ли в Москве, как в Питере, река стать градообразующим фактором?
— В Петербурге соотношение воды и дорог примерно 50 на 50. У нас, конечно, такого нет, однако это не значит, что не надо заниматься рекой. В мире самые дорогие квартиры продаются у воды. Даже с точки зрения потребителя, если ресторан открывается у реки – он быстро становится популярным. Надо этим пользоваться.
— Какие мировые практики благоустройства и городского планирования вы бы рекомендовали России?
— Первое, что приходит в голову – концепция парка High Line на месте железнодорожных путей в Нью-Йорке. В Москве тоже есть железнодорожные пути, которые не эксплуатируются, но при этом, например, разрезают городскую ткань, нарушают взаимосвязь между районами. Этот опыт может пригодиться для проектов реорганизации промзон.
А в Европе меня всегда восхищали небольшие площади – благоустроенные, озелененные и при этом созданные в условиях плотной застройки. У нас в Москве это тоже можно сделать. И не только в центре, но и в промзонах, где строится жилье – там обязательно нужно предусмотреть 10% озелененных территорий. Этот подход подтверждает логику европейских маленьких площадей.
— Сейчас много говорят о создании комфортной городской среды. Но все-таки люди разные, как сделать так, чтобы комфортно было всем?
— Увы, всегда есть опасность конфликта интересов. Например, Бронная улица в Москве раньше ассоциировалась с тихим центром, здесь жила интеллигенция. А потом из нее сделали практически пешеходную зону. Контингент остался тот же, однако улица стала одной из самых тусовочных в городе. Получилось так, что люди, которые работают по соседству или приходятвечером отдохнуть, здесь счастливы. А те, которые были счастливы раньше, потому что здесь тихо, испытывают дискомфорт. Сделать счастливыми всех – в этом и заключается искусство градостроителей.
— На ваш взгляд, готовы ли наши соотечественники к переменам?
— Абсолютно. Люди хотят красивую, комфортную среду, и город отвечает на этот запрос. Может быть, я сужу со своей точки зрения, ведь мы — планировщики, градостроители – находимся на передовой. Однако еще лет пять-семь лет назад градостроительство и урбанистика былина втором плане, на первом – архитектура. А сейчас все наоборот, мы диктуем новые тенденции. Я считаю, что нужно начинать не с архитектуры, а с градостроительства – не с красивого здания, а с правильного планирования территории.
— Как дело обстоит в регионах?
— У москвичей новые градостроительные подходы очень востребованы, а вот про регионы в целом такого сказать еще нельзя. Хотя есть отдельные примеры – в частности, преуспевает Казань.
Кстати, в прошлом году прошел всероссийский конкурс лучших проектов создания комфортной городской среды в малых городах. В этом году он тоже будет. Москва всегда была законодательницей моды. Надеюсь, что московская тенденция переберется в регионы, что абсолютно реально.
И мы тоже работаем в этом направлении. Например, в рамках фестиваля "Открытый город", который проходит под эгидой Москомархитектуры для студентов профильных вузов, наша компания проводит воркшопы на тему малых городов России. Мы возьмем два города, которые участвовали в конкурсе в прошлом году, но по какой-то причине не выиграли, и переосмыслим результаты конкурса. Наша цель – не просто позаниматься со студентами, а выйти с новыми проектами на очередной конкурс.
— Остался ли потенциал для дальнейшего благоустройства в Москве?
— Думаю, программа благоустройства, так или иначе, охватит весь город. Новые подходы лучше реализовывать в глобальных проектах. А у Москвы их сейчас два – реновация и реорганизация промзон. Я считаю, что благоустройство – одно их ключевых условий для их реализации.
