Дмитрий Киселев, гендиректор информационного агентства "Россия сегодня" и ведущий программы "Вести недели", рассказал BBC о своих взглядах на объективную и нейтральную журналистику, пропаганду и положение Великобритании в политическом мире. Корреспондент ВВС в Москве Стивен Розенберг беседовал с Киселевым на медиафоруме "Новая эпоха журналистики: прощание с мейнстримом", прошедшем в Москве в начале июня.
- Была одна интересная вещь, которую вы сказали – о том, что эра нейтральной журналистики закончилась. Что вы имели в виду?
- Да, в этот момент я вспоминал фильм ВВС "Тайные богатства Путина", когда фотографию Путина трансформировали в некую графику черно-белую, при этом опуская уголок рта, опуская бровь, заостряя ему нос и, так сказать, помещая некую демоническую искру в глаза. Это напоминало мне пособие по театральному гриму для злодея.
Это был фильм ВВС. Я проделал то же самое с английской королевой в своей телевизионной программе, представив тот же прием.
Я считаю, что это было, конечно же, не в заявленных традициях компании, например, беспристрастности. Это была пристрастная журналистика. Поэтому учимся у Би-би-си.
- То есть вы хотите сказать, что ВВС не является примером нейтральной журналистики?
- Да, я тогда назвал ВВС помойкой. А ВВС ответила, что судиться со мной не будет.
- А как насчет вашей журналистики? Она нейтральная?
- Нет, как и журналистика ВВС, моя журналистика тоже не является нейтральной. Я считаю, что время дистиллированной журналистики, безусловно, прошло. Она невозможна даже теоретически, поскольку в огромном море информации отбор информации уже субъективен, либо соответствует редакционной политике. Это первая фаза нарушения нейтральности. Вы не можете сказать обо всем. Избирательность – уже не нейтральность.
Второй этап: называние. Вы называете кого-то шпионом, а кого-то разведчиком. Вы называете кого-то террористом, а кого-то ополченцем. Это тоже уже отсутствие нейтральности. Поэтому (смеется), извините, этого уже нет.
- То есть, если я, как журналист ВВС, скажу вам, что я стараюсь быть объективным и смотреть на ситуацию в целом, и давать разные точки зрения, то, по вашему мнению, это неправда?
- Я тоже показываю разные стороны. Например, вчера я показывал Ходорковского телемост из Лондона в своей программе. О том, что Ходорковский вместе со своим другом Чичваркиным хотят стать вместо Путина. Но это не значит, что я нейтрален при этом. Это не значит, что мне нравится Ходорковский. То, о чем вы говорите, что вы показываете разные точки зрения и то, что вы объективны, это просто миф, это большой обман, это большая пропаганда, это часть ее.
- Но никто не говорит мне, что писать и как расставлять акценты в моих сюжетах.
- Мне тоже никто не говорит (смеется), что писать или кого как портретировать. Вот и все. Мы же говорим о журналистике вообще, а не о каждом из нас. Если вы хотите поговорить о вас, я с удовольствием поговорю о вас. Либо вы хотите поговорить обо мне лично, о моем авторском стиле, мы можем обсудить и это.
- Мария Захарова сказала одну интересную вещь: "Я пропагандист, но я поддерживаю объективную журналистику". Вы считаете себя пропагандистом?
- Вы неправильно цитируете Марию Захарову. Она действительно сказала, что она пропагандист, но в том смысле, что… Ну, вообще, что такое пропаганда, скажите мне, есть ли определение у этого слова? Оно звучит как в ваших устах, так и в устах тех, кто пользуется этим словом (я лично им не пользуюсь) как некое ругательство. А на самом деле пропаганда – это просто попытка что-либо объяснить. Это просто представление точки зрения. Вот и все.
И достаточно последовательное представление точки зрения – ну, наверное, это можно назвать пропагандой. Но тогда давайте договоримся, если я занимаюсь пропагандой, то и вы тогда тоже занимаетесь пропагандой. А если вы не занимаетесь пропагандой, а занимаетесь профессиональной деятельностью, то и я занимаюсь профессиональной деятельностью, мы занимаемся одним и тем же, мы коллеги. Поэтому не надо тыкать пальцем и говорить, что вы там шпионы, а мы разведчики.
- Одно из определений пропаганды – это распространение информации, которое смещено на то, чтобы отражать одну конкретную политическую точку зрения. Это то, чего я не делаю.
- То есть, вы хотите сказать, что у Великобритании нет политических взглядов, что Великобритания аполитична? Конечно же, у Великобритании есть своя политика, она легко, собственно, формулируется, поэтому тогда, если вы рассказываете о политике Великобритании, значит вы пропагандисты. Мы сейчас будем долго жонглировать понятиями, это бессмысленно. Лучше поговорить о чем-то существенном в журналистике.
- Одна вещь, которую я услышал сегодня, и которую можно часто услышать в Москве, это то, что Россия обвиняет Запад в информационной войне против Москвы. Но нет ли и обратной ситуации – той, что Россия начала информационную войну против Запада и обвиняет ЕС, НАТО и Америку в подрыве России?
- Я лично не говорил об информационной войне, говорили участники нашей конференции, участники из 30 стран мира. Мы пригласили коллег из 30 стран мира, и, наверное, они это чувствуют, к ним лучше обратиться. А я про информационные войны, если вы обратили внимание, не говорил. Мы предоставляем альтернативную информацию, альтернативную по отношению к мейнстриму.
К сожалению, Великобритания утратила свой суверенитет по отношению к США, не осталось даже нюансов суверенитета, вообще ничего, даже никакой детали самостоятельной политики по отношению к США. Как и журналистика ВВС, моя журналистика тоже не является нейтральной. Я считаю, что время дистиллированной журналистики, безусловно, прошло.
Просто американцы поглотили вас политически, нравственно, морально и военно, поэтому вы, с моей точки зрения, представляете мейнстрим в том смысле, что это информационное обеспечение однополюсного мира, то есть, американского доминирования в мире. Пристроились, пригрелись и думаете, что вам от этого будет хорошо. Вот это я, собственно, и называю мейнстримом, когда одна страна разрушает другие страны без всякого на то предлога, например, Ирак.
И вы, Великобритания, в этом участвовали, позорно, я считаю, под предлогом того, что там есть оружие массового поражения, и Саддам Хусейн связан с "Аль-Каидой" (запрещена в РФ). Потом выяснилось, что Саддам Хусейн не связан с "Аль-Каидой" и оружия массового поражения там не нашли. Вы совершили совместное преступление. В этом смысле вы подельники настоящие. То же самое вы делали вашей авиацией в Ливии, вы разрушили государство. Потому что американцы стимулировали.
И вот журналистика, которая обеспечивает информационное сопровождение стране, которая называет себя исключительной, и которая говорит, что правила должна создавать лишь она и никто другой; стране, которая считает, что она имеет право (и американский президент это формулирует) на одностороннее применение силы — вот это информационное сопровождение мы и называем мейнстримом.
Поэтому мы сейчас видим много людей, много наших коллег, которые, естественно, выступают против него, которые, как и Россия, выступают за многополюсный, многоцветный и многоукладный мир, где Япония – японская, Англия – английская, между прочим, Китай – китайский, а Греция – греческая. Каждая страна имеет права на свой уровень развития, на свою культуру, и, так сказать, необязательно быть в плавильном тигле американской модели.
