Украинские политики запрещают русский, но сами на нем изъясняются

Автор: Дмитрий Киселёв

Верховная Рада приняла закон, обязывающий общенациональные украинские каналы 75% времени вести эфир на украинском языке. Президент Порошенко закон обещал подписать.

Еще дальше пошёл депутат от Радикальной партии Игорь Мосийчук. Он предложил и вовсе запретить русский язык "в Киеве, Львове, Василькове, Харькове", а на Донбассе пока оставить. Это, по мнению вечно дерущегося депутата, поможет там "отвоевывать души украинцев". А брать пример Мосийчук предлагает с Гитлера.

"Потому что когда Гитлер оккупировал Украину, он к нам обращался не на немецком, а на украинском", — заявил Мосийчук.

Автор: Мария Саушкина

Промзона Киева. Бывшие корпуса мебельной фабрики. Ныне — редакция независимого телеканала Украины NewsOne. Перед эфиром разговариваем о языковых квотах на мову с ведущим главного политического ток-шоу "Субъективные итоги дня" Евгением Червоненко.

"Я ненавижу давление. Если мы встречаемся в Европе с моими друзьями из России, я иногда говорю по-русски. Мы переходим на украинский, и им очень нравится. Мы поем песни, они многие слова уже не понимают, мы дискутируем, но никогда не подходим к агрессии", — сказал Червоненко.

О том, что насильно мил не будешь, — это касается и языка — экс-министр транспорта и связи Украины будет говорить в своей авторской передаче. Часовое ток-шоу без телесуфлера — по-настоящему живой диалог со зрителем.

"Когда война, нужно искать то, что соединяет, а не разъединяет, мы куда будем девать 12 миллионов русскоязычных украинцев? Из 90-х — солдатская причина придраться: все, что запрещено, сладко. Будут ходить и считать не только, сколько тарелок висит, кто с женой сексом занимается, а кто русские каналы смотрит", — считает Евгений Червоненко.

Студия-трансформер, крупнейшая корреспондентская сеть и современная компьютерная графика. Но главное — наполнение, начинка. Этот канал позиционирует себя как независимый. Рейтинги говорят о том, что он — в "тройке" лидеров по просмотрам. Но, что примечательно, его нет в основном пакете, то есть смотрят его через кабельное телевидение, через спутник, и это еще раз доказывает сегодня, что что-либо запрещать просто нет смысла.

После участия Евгения Червоненко в программе ВГТРК "60 минут" реакция последовала незамедлительно. "Идут угрозы, говорят, что признался в любви России, утверждают, что я предал Родину", — сказал ведущий.

Получает угрозы не только Червоненко. Генеральный директор телеканала NewsONE Евгений Мураев признался, что на него оказывают давление и он держится из последних сил.

"Меня никто не заставит продать этот телеканал, потому что он последний свободный. На нас давят, но я не буду объяснять, как", — рассказал Мураев.

Как могут давить на телеканалы вещающие не для тех или не о том, все прекрасно помнят по вопиющей истории вокруг телеканала "Перший". Народный депутат Игорь Мирошниченко врывается в кабинет к главному редактору телеканала Александру Пантелеймонову. Заставляет его подписывать заявление об уходе. Сначала — допрос с пристрастием. А дальше — словно сцена из сериала про бандитские разборки 90-х. Так заслуженный журналист Украины Игорь Мирошниченко донес свою позицию до коллеги и в итоге добился своего.

Закон о квотах на украинский язык дает радикалам новые основания для преследований. Сложная это арифметика — подсчитывать в уме, сколько было произнесено в эфире русских слов, а сколько — украинских. А свести счеты — прийти и дать в морду — очень даже просто. Телеканал "Интер" уже поджигали за вещание на русском, и это сходило радикалам с рук.

Суть — в том, что до сих пор на Украине самые рейтинговые передачи были на русском. Многих уже нет. Последний выпуск программы Савика Шустера на канале "3S TV", в свое время собиравшего у себя в студии всю украинскую элиту. Говорят, теперь он где-то в Европе.

Других оставшихся на Украине русских легионеров телевидения — Евгения Киселева и Матвея Ганапольского — от изучения украинского языка вроде освободили. По некоторым сведениям, они готовят новое ток-шоу на украинском интернет-телеканале "Тонис". Руководство подсчитало, что отведет им ту самую разрешенную долю русского языка в 25%.

Какая доля ждет производство сериалов, которое на Украине зависимо от российских инвестиций, совершенно не ясно. В Киеве специально создали три киностудии, которые заточены на производство сериалов для обоих рынков — российского и украинского.

Одна из них — это огромные российские инвестиции: много сериалов снимается именно в Киеве, и, конечно, если закон о языковых квотах примут, вряд ли можно будет и мечтать о прежних объемах кинопроизводства на Украине. Это будет уже мощнейший удар по целой индустрии, по тысячам людей, которые в ней заняты.

Российские кинокомпании шли на все уступки, чтобы кино российское в глазах зрителя выглядело как украинское. Свежие сериалы переснимали, делали адаптированную для трансляции на Украине версию, чтобы, не дай Бог, не проскользнули российские реалии.

"Я в тупике"! Если этот закон выйдет, по-моему, до конца он все-таки этот не совершен, значит, все должны подчиняться. Это глупо. Зачем ссорить народы? Очень много русскоязычных, которые требуют передачи на своем языке в обязательном порядке. Это и татары, и венгры, и румыны", — отметила Лариса Кадочникова, актриса Русского драматического театра имени Леси Украинки.

Вопросов масса. Прежде всего, к тем же политикам, которым требуется выговориться, причем на русском. На каком еще языке можно объясниться украинским политикам Авакову и Саакашвили?

Главный анекдот — о том, что российские телеканалы теперь будут на всех тарелках Украины, а из кухни телевизор можно выкинуть, депутаты Верховной Рады, похоже, услышали.

"Для начала нормальной, ненасильственной, интеллигентной и интеллектуальной украинизации нужны две вещи: овладение украинским литературным языком, доведенным до общепринятых стандартов политиками, а не суржиком, который портит и русский язык, и украинский, а затем уже и другие научатся", — считает политолог Владимир Скачко.

Такому развитию событий восхитились бы даже писатели-фантасты с их антиутопиями. Джорд Оруэлл свой роман "1984" про общество тоталитаризма писал все-таки как предостережение, а не руководство к действию.