Олег Кожемяко: крушение "Дальнего Востока" - урок для капитанов

Траулер "Дальний Восток", который на неделе потерпел крушение в Охотском море, был приписан к Невельску на Сахалине. Подробнее о трагедии в интервью программе "Вести в субботу" рассказал временно исполняющий обязанности губернатора Сахалинской области Олег Кожемяко.

- Олег Николаевич, я для начала представлю вас. Вы сейчас временно исполняющий обязанности губернатора, приехали из Амурской области, вроде бы далеко от всего. Но если кто забыл, Олег Николаевич был антикризисным губернатором в Корякском автономном округе перед тем, как он вошел в состав Камчатского края. Это зона Охотского моря, и тематика ему прекрасно известна. Но, с другой стороны, он приехал сейчас на Сахалин, что называется, с чистого листа и как никто имеет возможность говорить, в том числе, нелицеприятную правду, которую не решился бы сказать чиновник, связанный с местными элитами. Олег Николаевич, на совещании с премьером вы сказали, что главная причина трагедии – это халатность экипажа и капитана. Не могли бы вы поподробнее объяснить, в чем дело?

- Безусловно, мы связывали с капитаном нарушение правил безопасности мореплавания, когда в нижних танках, где должно находиться топливо или балласт воды для остойчивости судна, находился минимальный запас топлива – 57 тонн при норме 250. Не была закачена вода, что привело к потере остойчивости – она стала отрицательной. В результате подъема трала с рыбой, он порядка 80 тонн, где-то при повороте произошел крен, зачерпнули иллюминаторами, они, как правило, открыты по бортам, в цеху переработки и в машинном отделении, и судно начало крениться, начало набирать воду. Я думаю, что это и произошло в течение получаса- минут 40. Трагедия стала уже необратимой. Те, кто успел надеть спасательные жилеты, надеть гидрокостюмы, те спаслись. Кто-то находился на своих постах, в машинных отделениях, в других каютах. Эта трагедия, я думаю, для опытных капитанов — хороший урок. К сожалению, морские уставы иногда пишутся такими трагедиями, пишутся кровью.

- Олег Николаевич, существует версия о том, что помимо халатности, вернее, к халатности привела элементарная жадность судовладельцев. Однако перед тем как задать вам этот вопрос, хочу уточнить еще одну деталь. В первые часы после трагедии говорилось о том, что, возможно, причиной было столкновение с чем-то. Сначала говорили – со льдом, но льда в том районе не было, потом возникла вообще безумная версия — столкновение с подводной лодкой, и ее, естественно, опровергло Министерство обороны. Не просто естественно, а проверив, опровергло. Никакого столкновения нет. То есть на данный момент основная версия — это все-таки действия экипажа, а не столкновение, да?

- Ну, вы знаете, что Охотское море – это внутреннее море, там не может быть подводных лодок, и там постоянно работают рыбаки. Если бы там были подводные лодки, такие столкновения происходили бы довольно часто. Далее. "Дальний Восток" – это судно повышенного ледового класса, и любые столкновения с дрейфующим льдом или с чем-то могли привести к деформации, трещинам, но не к таким катастрофическим последствиям, какие произошли с ним после того, как оно перевернулось. И быстро затонуло.

- Теперь давайте вернемся к теме судовладельцев. Вот эту недогруженность, проблему с балластом многие объясняют тем, что судовладельцы подвигли капитана к тому, чтобы побольше брать рыбы, поменьше топлива, не соблюдать правила, взять экипаж в полтора раза больше, состоящий из нелегалов, дабы повысить прибыль. Что мы вообще знаем о судовладельце? Там ведь какая-то непонятная цепочка одного ООО на другом ООО?

- Компетентные органы сейчас разбираются в правоустанавливающих документах, кто был владелец и на каких правах судно ему принадлежало. По тем документам, которые у нас есть, — это компания "Магеллан", судовладелец Филиппов – известная на Сахалине фамилия. Во всяком случае, известна фамилия его отца – долгие годы он возглавлял компанию "Тунайча". То, что касается количества членов экипажа на судне, конечно для судна такого класса это порядка 100-110 человек максимум по регистру. Но если у них не было разрешения регистра, если не было надстройки для пассажиров на баке, то это, конечно, грубейшее нарушение, и где-то, видимо, произошла дозагрузка. Но это все предположение. Думаю, что Следственный комитет и компетентные органы по прибытию в порт Корсаков судна опросят оставшихся в живых свидетелей, членов экипажа и установят истинную причину и следствие того, почему экипаж состояли из 136 человек.

- Вы чуть ранее упомянули очень важную деталь: с недавних пор Охотское море стало внутренним морем России. Ведь еще совсем недавно, до изменения в международном праве, там был сектор, который не принадлежал никому — международный. Вот, собственно говоря, там, насколько я понимаю, и гнездились многочисленные рыболовецкие суда — не только России, там и Тайвань называют и кого только не называют. Но коли теперь это внутреннее море, то с правоприменительной точки зрения возможные нелегалы, которые были на "Дальнем Востоке" и которые, по рассказам моряков, есть на очень многих российских судах, нелегалы из Индонезии, из Вьетнама, которых нанимают за копеечные деньги, вообще имели право там работать? Я к тому, что они не были оформлены по российскому законодательству, допустим, были взяты в иностранном порту, но работая в российском внутреннем море, не нарушали ли они закон автоматически?

- Конечно, нарушали, если эти нелегалы не оформлены никаким образом на работу на предприятии, если на них не выделено квотирование, на них не предусмотрены спальные места. На любом судне количество членов экипажа непосредственно соизмеряется с возможностью спальных мест, то есть, с наличием коек в каютах, и под это выстраивается класс судна. Каким образом, я не могу утверждать, но там прошел перегруз этих нелегалов. Я думаю, что по прибытию мы выясним. Но, если это произошло, конечно, это грубейшее нарушение. Тогда уже, бесспорно, вина судовладельца тоже будет в этом плане значительной.

- Возможно, очень велик шанс, что эти нелегалы-иностранцы, не очень владеющие русским языком, представляют реальную физическую опасность на борту любого корабля. Ну, вот опять же, а как здесь поступать? Ведь этот перегруз, о котором вы упомянули – имеется в виду, что корабль российский, даже работающий во внутреннем российском Охотском море, заходит в иностранный порт или в море встречается с другим кораблем, загружает к себе на борт этих нелегалов. И все. Как это вообще можно проконтролировать?

- Ну, вы знаете, везде есть службы. Корабль должен проходить и контрольные точки, и порт отхода. И в последующем – в период добычи рыбы – там есть инспекторы, моринспекция, которая приходит, пограничники во время перегруза приходят. Может быть, он просто не успел дойти до этой точки и работал. Мне трудно об этом сказать, легально они или нелегально находились. Я думаю, что в ближайшие дни мы это узнаем. Вопрос в том, что, если они находились нелегально, то судно такого класса рассчитано на спасательные плоты именно под экипаж 110 человек, и на жилеты, соответственно, на гидрокостюмы, на все средства спасения. Если там лишние члены экипажа, то, конечно, проблемы при таких катастрофах возникают. Просто людям не во что одеться, некуда сесть. И спастись, не зная языка. Это только вносит сумятицу в период, когда нужно покидать судно организованно. Хотя по предварительным данным, эвакуация проходила организованно, насколько ее можно было в той ситуации организовать.

- Очень важная деталь. Олег Николаевич, возвращаясь к началу нашего разговора, где я сказал, что вы человек для Дальнего Востока отнюдь не новый, но на Сахалин сейчас пришли с чистого листа. На первые же дни вашей работы там пришлась эта история, которая обнажила столько, как выяснилось, очевидных проблем, до сих пор замалчивавшихся. Какими сейчас будут ваши первые действия как временного исполняющего обязанности губернатора, когда действительно начнется следствие? Оно должно идти своим чередом. Здесь не надо, понятно, вторгаться в работу следственных органов. Но вы как высший администратор острова на что хотите сейчас первым делом обратить внимание, кого вызывать на доклад, на консультации, чтобы начинать наводить порядок в этой области?

- Рыбаки – люди довольно компетентные и наиболее подготовленные. Потому что именно рыбакам приходится 24 часа в сутки в течение 6 месяцев находиться в море. Они понимают, насколько вопросы безопасности мореплавания, вопросы подготовки к экспедиции важны для них. Потому что это их судно. И это море, в котором проводят многие половину своей жизни. Поэтому рассчитывать им особо в первый период, если случается что-то по недосмотру, не на кого. Поэтому экипажи дружные, сплоченные. И сахалинские рыбаки — это, в общем-то, отменные мореходы и отменные добытчики. Те случаи, которые возникают, в том числе, из-за нерадивости, может быть, судовладельцев и неподготовленности экипажа, конечно, уже стали у нас предметом рассмотрения и особого внимания со стороны судовладельцев к подготовке экипажа, подготовке капитанов. С кадрами есть проблемы. Я думаю, что это только добавит вопросов, связанных с тем, кого мы в море отправляем, насколько высока квалификация тех или иных капитанов, штурманов, тех, кто отвечает за жизнь членов экипажа, находящихся на их судне в довольно непростых условиях, когда температура воды доходит до минус трех-минус двух. Когда постоянно обледенение, шторма. Поэтому мы отдельно будем на эту тему разговаривать. Но в целом профессия рыбака — это очень опасная профессия. Она трудна и почетна. И такие случаи, к сожалению, случаются там, где есть небольшой недосмотр. Море ошибок не прощает.

- Спасибо вам, Олег Николаевич, за эти добрые и теплые слова о моряках, смелых людях, которые действительно немножко отошли на второй план на фоне разговоров об этих административных проблемах. А что касается того, что нужно обсудить и решить с судовладельцами, желаем вам удачи в ближайшие дни.

- Спасибо.