Борис Соколов попал на фронт в 1944 году. Взятие Берлина и подписание капитуляции Германии он видел через объектив своей кинокамеры. Теперь подобная модель открывает выставку кинотехники на "Мосфильме". "Она приводилась в движение пружиной, как будильник мы заводили. Завода хватало на 15 метров, всего в камере – 30 метров. Это минута экранного времени, а завода – на полминуты", – рассказал фронтовой кинооператор.
Именно поэтому длинных планов тогда не снимали. Камера весом 3,5 килограмма – в руке, коробки с пленкой – во всех карманах. "Нам приходилось снимать в любых условиях – и в воде, и на переправе, и с воздуха. Вечером и ночью мы готовим к отправке и наматываем новую пленку на следующий день, то есть, работа была адская", – вспоминает Борис Соколов .
Поработать с настоящим режиссером Борису Соколову и его напарнику Михаилу Посельскому удалось только в Берлине: Юрий Райзман снимал фильм о взятии немецкой столицы. "Наибольшее впечатление осталось от подписания акта о капитуляции. Фельдмаршал Кейтель – как он надменно себя вел, напыщенно, я не чувствовал, что он побежден", вспоминает ветеран – Но когда он подписал, и Жуков сказал, что немецкую делегацию можно вывести, у меня было чувство, что наконец-то война окончена".
Из 250 фронтовых кинооператоров с нее не вернулся лишь каждый пятый. Конечно, у них была установка – не снимать поражений, показывать героизм и мужество. Тем не менее, они с риском для жизни пытались запечатлеть истинное лицо войны. "Нашим оружием была кинокамера. Один пистолет нам давали, но мы им не пользовались, нам важно было снять, а не стрелять", – рассказал Борис Соколов. И то, что они сняли, до сих пор никого не оставляет равнодушным.
