Новый Уголовно-процессуальный кодекс ждет серьезная ревизия, которая в результате может привести к его ужесточению. Вчера Конституционный суд признал соответствующим Основному закону институт возврата дел прокурорам из судов.Как пишет сегодня "Время новостей" , новый Уголовно-процессуальный кодекс, проработавший всего полгода, ждет серьезная ревизия, которая в результате может привести к его ужесточению. Вчера Конституционный суд признал соответствующим Основному закону институт возврата дел прокурорам из судов. Правда, решение КС касается еще старого УПК, однако оно может сподвигнуть правоохранительные органы на попытку реанимации института доследования и в новом кодексе.
За последние годы этот институт превратился в своеобразную «страховку» для обвинения. Прокуратура позволяла себе представлять в суд самые «сырые» дела, рассчитывая на то, что в крайнем случае ей их вернут». Примеров того, как доследование превращало свободного человека в заключенного, в последние годы было немало. И одним из самых ярких, наверное, является случай с Григорием Пасько.
Адвокаты утверждают, что порой следователи специально нарушали закон, дабы затем получить дело назад – это позволяло продлить срок следствия, а заодно и содержания обвиняемого под стражей.
Первый шаг к отмене практики доследования был сделан еще в 1999 году. Причем сделан именно Конституционным судом, который запретил судам самостоятельно, в отсутствие ходатайства прокуратуры направлять дела на дополнительное расследование. А во время подготовки нового УПК его разработчики фактически вовсе ликвидировали этот институт. Согласно статье 237 УПК РФ, дело может вернуться в прокуратуру лишь в трех случаях: если обвинительное заключение составлено с такими ошибками, что на его основе вообще нельзя вынести вердикт; если его копия не была вручена обвиняемому; если «есть необходимость составления обвинительного заключения... по уголовному делу, направленному в суд с постановлением о применении принудительной меры медицинского характера». Причем на устранение всех этих недостатков прокурорам отводилось только пять дней. Отличия от советского доследования, которое могло длиться годами, налицо. Однако эти либеральные веяния продержались в кодексе недолго – вчера тот же самый КС сделал первый шаг к восстановлению доследования.
Судьи КС удачно использовали подвернувшийся для этого повод – обращение нескольких заключенных, которые просили признать неконституционными положения ст. 237 старого УПК, позволявшие вернуть дело прокурору для устранения существенных процессуальных нарушений. Посчитав, что это создаст перекос в процессах в сторону защиты, судьи не разделили позицию заявителей. Перечень возможных оснований для направления дела на доследование в вердикте КС не указан, однако очевидно, что речь может идти о тех случаях, когда оправдательный приговор противоречил бы материалам дела, а обвинительный не может быть вынесен из-за процессуальных нарушений.
Само по себе решение КС никак не повлияет на новый кодекс, однако оно дает шанс прокуратуре, с самого начала выступавшей против отмены доследования. Не исключено, что ведомство Владимира Устинова теперь разработает поправки к новому УПК. Хотя за него это может сделать снова тот же КС. Там уже лежит несколько запросов о признании кодекса неконституционным.
За последние годы этот институт превратился в своеобразную «страховку» для обвинения. Прокуратура позволяла себе представлять в суд самые «сырые» дела, рассчитывая на то, что в крайнем случае ей их вернут». Примеров того, как доследование превращало свободного человека в заключенного, в последние годы было немало. И одним из самых ярких, наверное, является случай с Григорием Пасько.
Адвокаты утверждают, что порой следователи специально нарушали закон, дабы затем получить дело назад – это позволяло продлить срок следствия, а заодно и содержания обвиняемого под стражей.
Первый шаг к отмене практики доследования был сделан еще в 1999 году. Причем сделан именно Конституционным судом, который запретил судам самостоятельно, в отсутствие ходатайства прокуратуры направлять дела на дополнительное расследование. А во время подготовки нового УПК его разработчики фактически вовсе ликвидировали этот институт. Согласно статье 237 УПК РФ, дело может вернуться в прокуратуру лишь в трех случаях: если обвинительное заключение составлено с такими ошибками, что на его основе вообще нельзя вынести вердикт; если его копия не была вручена обвиняемому; если «есть необходимость составления обвинительного заключения... по уголовному делу, направленному в суд с постановлением о применении принудительной меры медицинского характера». Причем на устранение всех этих недостатков прокурорам отводилось только пять дней. Отличия от советского доследования, которое могло длиться годами, налицо. Однако эти либеральные веяния продержались в кодексе недолго – вчера тот же самый КС сделал первый шаг к восстановлению доследования.
Судьи КС удачно использовали подвернувшийся для этого повод – обращение нескольких заключенных, которые просили признать неконституционными положения ст. 237 старого УПК, позволявшие вернуть дело прокурору для устранения существенных процессуальных нарушений. Посчитав, что это создаст перекос в процессах в сторону защиты, судьи не разделили позицию заявителей. Перечень возможных оснований для направления дела на доследование в вердикте КС не указан, однако очевидно, что речь может идти о тех случаях, когда оправдательный приговор противоречил бы материалам дела, а обвинительный не может быть вынесен из-за процессуальных нарушений.
Само по себе решение КС никак не повлияет на новый кодекс, однако оно дает шанс прокуратуре, с самого начала выступавшей против отмены доследования. Не исключено, что ведомство Владимира Устинова теперь разработает поправки к новому УПК. Хотя за него это может сделать снова тот же КС. Там уже лежит несколько запросов о признании кодекса неконституционным.
