Москва, 18 марта - "Вести.Экономика" Египту до сих пор удается не смешивать свои экономические интересы и международные разногласия. Глава Союза палат и товарных бирж Турции Рифат Хисарчыклыоглу прибыл 5 марта в Каир для участия в IV инвестиционном форуме Египта ∎Вместе для Африки∎.
В тот же день министерство сельского хозяйства Турции объявило о готовности импортировать 13 тыс. тонн египетского лука для частных и государственных торговых компаний Турции.
Политические отношения Каира с Катаром и Турцией в последние несколько лет резко ухудшились. Египетская армия в 2013 г. свергла связанного с ∎Братьями-мусульманами∎ президента Мухаммеда Мурси и объявила эту группу террористической организацией. Однако Анкара и Дока считают ∎Братьев-мусульман∎ мирной политической силой и продолжают настаивать, что революция 2013 г. ничто иное как военный переворот. Более того, Турция и Катар предоставили убежище египетским членам ∎Братьев-мусульман∎, которых разыскивает Каир.
5 июня 2017 г. Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты, Египет и Бахрейн разорвали официальные связи с Катаром, обвинив ближневосточное государство в контактах с Ираном и поддержке экстремистов и террористических формирований. Катар опровергает все обвинения. До сих пор четыре страны сохраняют торговый бойкот против Катара. Турция - один из немногих реальных союзников Доки в регионе, отмечает Al-Monitor.
В этом году египетская неправительственная организация ∎Объединенная национальная группа по правам человека∎ запустила глобальную кампанию ∎Право мученика∎, в рамках которой добивается наказания Катара и Турции ∎за их поддержку и финансирование терроризма∎. 24 февраля глава НКО обратился в Генеральную прокуратору Египта с требованием заморозить на территории страны все катарские и турецкие активы, независимо от того являются они частными или государственными. В обращении также содержится призыв использовать эти активы для выплаты ∎справедливой компенсации∎ египетским жертвам террористических операций.
Однако по мнению бывшего декана юридического факультета Каирского университета Махмуда Кбейша ни одно лицо или компания не могут быть обвинены или наказаны на основании их гражданства.
∎Это откровенная дискриминация. Арест иностранных или национальных активов, которые якобы связаны с терроризмом, допускается только после тщательного расследования каждого преступления, а не на основании гражданства инвесторов∎, - указывает Кбейш.
Даже если общественная организация имеет право на получение компенсации от правительства Турции и Катара, она должна требовать эту компенсацию через международные суды, а не с помощью замораживания инвестиций.
∎Государственная собственность принадлежит людям этого государства. Их правительство им управляет, но не владеет∎, - говорит юрист.
Согласно данным анонимного источника в Федерации египетских торговых палат ∎все турецкие инвестиции в Египте принадлежат физическим лицам, а не турецкому государству; часть катарских инвестиций в собственности граждан Катара, а остальная часть принадлежит национальным инвестиционным фондам страны∎.
В 2017 г. товарооборот между Египтом и Катаром сократился на 27%. Сайт Trade Map, который утверждает, что имеет самую большую базу данных по международной торговле, зафиксировал падение импорта Катара в Египет до $1,371 млрд в 2017 г. с $1,553 млрд в 2016 г. Египетский экспорт в Катар полностью прекратился в 2017 г. после достижения $325 млн в 2016 г.
По словам профессора экономики Академии Аль-Садат Ихаба Десуки имидж египетского рынка не пострадает из-за требований конфисковать катарские и турецкие активы или обвинений, что Египет ограничивает катарских инвесторов.
∎Инвестиционные или торговые споры с некоторыми катарскими компаниями происходят лишь по причине несоответствия этих компаний, а не из-за введенных Каиром ограничений, - говорит Десуки. - Это подтверждает статистика. Сегодня в Египет по-прежнему инвестируют более 200 катарских компаний. Не забываете также рост турецких инвестиций в Египет и увеличение турецко-египетской торговли∎.
В 2017 г. общий объем катарских инвестиций в Египет составил $1,105 млрд, утверждает Главное управление инвестиций Египта. Среди крупнейших инвесторов - Национальный банк Катара и катарский шейх Мохаммед бен Сухайма Аль Тани (член катарской королевской семьи). Шейху принадлежит большое количество акций Egyptian Steel, Citadel Capital, Naeem Holding и State Holding.
Несмотря на политическую напряженность в 2018 г., товарооборот между Египтом и Турцией вырос на 12%. Турецкий импорт в Египет в 2018 г. достиг $3 млрд по сравнению с $ 2,36 млрд в 2017 г. Египетский экспорт в Турцию составил $2,19 млрд в 2018 г. по сравнению с $1,997 млрд годом ранее. Общие турецкие инвестиции в Египет достигают $10 млрд.
Политические отношения Каира с Катаром и Турцией в последние несколько лет резко ухудшились. Египетская армия в 2013 г. свергла связанного с ∎Братьями-мусульманами∎ президента Мухаммеда Мурси и объявила эту группу террористической организацией. Однако Анкара и Дока считают ∎Братьев-мусульман∎ мирной политической силой и продолжают настаивать, что революция 2013 г. ничто иное как военный переворот. Более того, Турция и Катар предоставили убежище египетским членам ∎Братьев-мусульман∎, которых разыскивает Каир.
5 июня 2017 г. Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты, Египет и Бахрейн разорвали официальные связи с Катаром, обвинив ближневосточное государство в контактах с Ираном и поддержке экстремистов и террористических формирований. Катар опровергает все обвинения. До сих пор четыре страны сохраняют торговый бойкот против Катара. Турция - один из немногих реальных союзников Доки в регионе, отмечает Al-Monitor.
В этом году египетская неправительственная организация ∎Объединенная национальная группа по правам человека∎ запустила глобальную кампанию ∎Право мученика∎, в рамках которой добивается наказания Катара и Турции ∎за их поддержку и финансирование терроризма∎. 24 февраля глава НКО обратился в Генеральную прокуратору Египта с требованием заморозить на территории страны все катарские и турецкие активы, независимо от того являются они частными или государственными. В обращении также содержится призыв использовать эти активы для выплаты ∎справедливой компенсации∎ египетским жертвам террористических операций.
Однако по мнению бывшего декана юридического факультета Каирского университета Махмуда Кбейша ни одно лицо или компания не могут быть обвинены или наказаны на основании их гражданства.
∎Это откровенная дискриминация. Арест иностранных или национальных активов, которые якобы связаны с терроризмом, допускается только после тщательного расследования каждого преступления, а не на основании гражданства инвесторов∎, - указывает Кбейш.
Даже если общественная организация имеет право на получение компенсации от правительства Турции и Катара, она должна требовать эту компенсацию через международные суды, а не с помощью замораживания инвестиций.
∎Государственная собственность принадлежит людям этого государства. Их правительство им управляет, но не владеет∎, - говорит юрист.
Согласно данным анонимного источника в Федерации египетских торговых палат ∎все турецкие инвестиции в Египте принадлежат физическим лицам, а не турецкому государству; часть катарских инвестиций в собственности граждан Катара, а остальная часть принадлежит национальным инвестиционным фондам страны∎.
В 2017 г. товарооборот между Египтом и Катаром сократился на 27%. Сайт Trade Map, который утверждает, что имеет самую большую базу данных по международной торговле, зафиксировал падение импорта Катара в Египет до $1,371 млрд в 2017 г. с $1,553 млрд в 2016 г. Египетский экспорт в Катар полностью прекратился в 2017 г. после достижения $325 млн в 2016 г.
По словам профессора экономики Академии Аль-Садат Ихаба Десуки имидж египетского рынка не пострадает из-за требований конфисковать катарские и турецкие активы или обвинений, что Египет ограничивает катарских инвесторов.
∎Инвестиционные или торговые споры с некоторыми катарскими компаниями происходят лишь по причине несоответствия этих компаний, а не из-за введенных Каиром ограничений, - говорит Десуки. - Это подтверждает статистика. Сегодня в Египет по-прежнему инвестируют более 200 катарских компаний. Не забываете также рост турецких инвестиций в Египет и увеличение турецко-египетской торговли∎.
В 2017 г. общий объем катарских инвестиций в Египет составил $1,105 млрд, утверждает Главное управление инвестиций Египта. Среди крупнейших инвесторов - Национальный банк Катара и катарский шейх Мохаммед бен Сухайма Аль Тани (член катарской королевской семьи). Шейху принадлежит большое количество акций Egyptian Steel, Citadel Capital, Naeem Holding и State Holding.
Несмотря на политическую напряженность в 2018 г., товарооборот между Египтом и Турцией вырос на 12%. Турецкий импорт в Египет в 2018 г. достиг $3 млрд по сравнению с $ 2,36 млрд в 2017 г. Египетский экспорт в Турцию составил $2,19 млрд в 2018 г. по сравнению с $1,997 млрд годом ранее. Общие турецкие инвестиции в Египет достигают $10 млрд.
