Финансовые регуляторы, как и политики, хорошо знают, что конец рабочего дня пятницы - лучшее время для плохих новостей. Именно поэтому FinCEN выбрала 19 февраля для объявления о снятии обвинений с Banca Privada d'Andorra (BPA) в отмывании денег.
Финансовые регуляторы, как и политики, хорошо знают, что конец рабочего дня пятницы - лучшее время для плохих новостей. Именно поэтому Сеть по расследованию финансовых преступлений (FinCEN) выбрала 19 февраля для объявления о снятии обвинений с Banca Privada d'Andorra (BPA) в отмывании денег.
Отказ менее чем через год после громкого обличения, безусловно, выглядит как унизительный проигрыш. В марте 2015 г. FinCEN назвал банк Андорры ∎основным местом по отмыванию преступных доходов∎, утверждая при этом, что топ-менеджеры финансовой организации переводили деньги криминальных групп из России и Китая.
Формально всё это подпадает под так называемые параметры ∎311∎ (раздел Закона о борьбе с терроризмом от 2001 г.) и обычно ведет к отключению банка от финансовой системы США и от всех других работающих с ней финансовых организаций. И BPA в данном случае не стал исключением.
Несмотря на протесты основных акционеров, включаю семью Сьерко, правительство Андорры (известной финансовой гавани Европы) взяло под свой контроль банк и закрыло его мадридскую ∎дочку∎, которая занималась управлением активами состоятельных лиц. Адвокаты семьи Сьерко назвали все обвинения FinCEN безосновательными и обратились с иском в американский суд.
Решение отказаться от обвинений к банку в FinCEN объяснили решительными действиями властей Андорры, которые ∎помогли защитить финансовую систему США от угрозы отмывания денег∎, отмечает британский журнал The Economist.
Между тем, критики полагают, что американцы пошли на попятную из-за отсутствия у них веских доказательств, а также нежелания защищать в суде целесообразность санкций в рамках раздела 311. В семьи Сьерко с самого начала заявляли, что обвинения против банка базируются на фактах, о которых руководство BPA сообщило регуляторам Андорры и аудиторской компании KPMG.
Если BPA самостоятельно занимался внутренним расследованием, то для чего тогда нужны были громкие обвинения?
Некоторые аналитики полагают, что банк стал разменной монетой в межправительственном конфликте: раздраженная тем, что Андорра слишком медленно изменяет свое законодательство в соответствии с американскими правилами по борьбе с отмыванием денег, Америка решила показать небольшой стране, кто здесь босс, и выбрала для ∎показательной порки∎ один из местных банков.
Министерство финансов США уже ∎обожглось∎ по похожему делу. FBME Bank of Tanzania подал иск на американского регулятора после того, как он обвинил финансовое учреждение в обслуживании ∎плохих парней∎.
Прошлой осенью суд в США постановил заблокировать действия правительства до тех пор пока банк не получит информацию о том, как его деятельность угрожает финансовой системе Америки.
Судебное разбирательство продолжается. Между тем, FBME уже нанесен значительный ущерб: у его кипрской ∎дочки∎ отозвана лицензия.
Оба дела указывают на две проблемы с американскими обвинениями в отмывании денег. Во-первых, налицо двойные стандарты. Как правило, FinCEN преследует лишь небольшие банки в стратегически неважных странах; некоторые уже сравнивают использование регулятором раздела 311 с раскалыванием ореха кувалдой.
Во-вторых, недостаточная прозрачность. FinCEN не нужно предоставлять детальные доказательства не только общественности, но и суду. Между тем, к тому времени, когда громкие обвинения снимаются, банку ∎под сомнением∎ уже нанесен ущерб.
BPA все ещё жив, но он сильно пострадал: стоимость банка резко снизилась (до скандала он оценивался в 600 млн евро), хотя некоторые существенные активы все еще сохранились благодаря аресту имущества.
Члены семьи Сьерко хотят, чтобы власти Андорры остановили использование активов и начали ∎восстановительные переговоры∎. Кроме того, они назвали разворот FinCEN на 180 градусов ∎огромной победой∎. Но будет ли она окончательной пока неясно.
Отказ менее чем через год после громкого обличения, безусловно, выглядит как унизительный проигрыш. В марте 2015 г. FinCEN назвал банк Андорры ∎основным местом по отмыванию преступных доходов∎, утверждая при этом, что топ-менеджеры финансовой организации переводили деньги криминальных групп из России и Китая.
Формально всё это подпадает под так называемые параметры ∎311∎ (раздел Закона о борьбе с терроризмом от 2001 г.) и обычно ведет к отключению банка от финансовой системы США и от всех других работающих с ней финансовых организаций. И BPA в данном случае не стал исключением.
Несмотря на протесты основных акционеров, включаю семью Сьерко, правительство Андорры (известной финансовой гавани Европы) взяло под свой контроль банк и закрыло его мадридскую ∎дочку∎, которая занималась управлением активами состоятельных лиц. Адвокаты семьи Сьерко назвали все обвинения FinCEN безосновательными и обратились с иском в американский суд.
Решение отказаться от обвинений к банку в FinCEN объяснили решительными действиями властей Андорры, которые ∎помогли защитить финансовую систему США от угрозы отмывания денег∎, отмечает британский журнал The Economist.
Между тем, критики полагают, что американцы пошли на попятную из-за отсутствия у них веских доказательств, а также нежелания защищать в суде целесообразность санкций в рамках раздела 311. В семьи Сьерко с самого начала заявляли, что обвинения против банка базируются на фактах, о которых руководство BPA сообщило регуляторам Андорры и аудиторской компании KPMG.
Если BPA самостоятельно занимался внутренним расследованием, то для чего тогда нужны были громкие обвинения?
Некоторые аналитики полагают, что банк стал разменной монетой в межправительственном конфликте: раздраженная тем, что Андорра слишком медленно изменяет свое законодательство в соответствии с американскими правилами по борьбе с отмыванием денег, Америка решила показать небольшой стране, кто здесь босс, и выбрала для ∎показательной порки∎ один из местных банков.
Министерство финансов США уже ∎обожглось∎ по похожему делу. FBME Bank of Tanzania подал иск на американского регулятора после того, как он обвинил финансовое учреждение в обслуживании ∎плохих парней∎.
Прошлой осенью суд в США постановил заблокировать действия правительства до тех пор пока банк не получит информацию о том, как его деятельность угрожает финансовой системе Америки.
Судебное разбирательство продолжается. Между тем, FBME уже нанесен значительный ущерб: у его кипрской ∎дочки∎ отозвана лицензия.
Оба дела указывают на две проблемы с американскими обвинениями в отмывании денег. Во-первых, налицо двойные стандарты. Как правило, FinCEN преследует лишь небольшие банки в стратегически неважных странах; некоторые уже сравнивают использование регулятором раздела 311 с раскалыванием ореха кувалдой.
Во-вторых, недостаточная прозрачность. FinCEN не нужно предоставлять детальные доказательства не только общественности, но и суду. Между тем, к тому времени, когда громкие обвинения снимаются, банку ∎под сомнением∎ уже нанесен ущерб.
BPA все ещё жив, но он сильно пострадал: стоимость банка резко снизилась (до скандала он оценивался в 600 млн евро), хотя некоторые существенные активы все еще сохранились благодаря аресту имущества.
Члены семьи Сьерко хотят, чтобы власти Андорры остановили использование активов и начали ∎восстановительные переговоры∎. Кроме того, они назвали разворот FinCEN на 180 градусов ∎огромной победой∎. Но будет ли она окончательной пока неясно.
