27 лет Всемирной паутине и страх в нее попасть. Реплика Максима Кононенко

27 лет назад, 13 марта 1989 года, сотрудник Европейского Центра ядерных исследований Тим Бернес-Ли передал начальнику своего подразделения документ, называвшийся "Предложения по информационному менеджменту". Предложения состояли в том, чтобы использовать гипертекстовые ссылки между научными работами, хранившимися на разных компьютерах центра просто для того, чтобы каждое подразделение знало, чем занимается другое.

"Расплывчато, но интересно", — написал на предложениях начальник. Так началась история технологии, известной ныне как World Wide Web, то есть — Всемирная паутина.

Вопреки распространенному заблуждению, Паутина эта вовсе не есть сам Интернет, который появился на 20 лет раньше. Но, являясь всего лишь одной из многих технологий, использующих Интернет как систему передачи данных, Всемирная паутина стала настолько важной составляющей человеческой культуры, что эти технические детали уже никого, кроме специалистов, не интересуют.

Специалисты же, наоборот, относятся к идее универсального использования Всемирной паутины с сомнением. Причина понятна: web неудобен на мобильных устройствах, а это теперь уже основной способ взаимодействия человека с Сетью. Больше того: web предназначен для публикации информации, а люди в общем случае вовсе не хотят потреблять информацию. Они хотят общаться друг с другом, причем общаться приватно, с надежной защитой от чужих глаз.

И именно поэтому специалисты, еще вчера ставившие на интернет-сайт в любых его проявлениях, теперь ставят на приложения, работающие по собственным протоколам.

Один из таких специалистов, создатель одной из крупнейших в мире социальных сетей "ВКонтакте" Павел Дуров, ныне занимается развитием приложения Telegram, обеспечивающего шифрованный обмен сообщениями. 13 марта, в день годовщины создания Всемирной паутины, Дуров дал интервью программе "60 минут" американского телеканала CBS.

В этом интервью разработчик говорит, что его персональным героем является бывший сотрудник Агентства национальной безопасности США Эдвард Сноуден, который поведал миру то, о чем все догадывались, но боялись спросить. Оказывается, спецслужбы Соединенных Штатов Америки следят за интернет-пользователями по всему миру, не исключая и территорию самих США. Эта информация шокировала Павла Дурова.

"Разоблачения Сноудена изменили мое представление о западном мире и демократическом обществе", — сказал он ведущей. А также поведал ей, что посылал Сноудену предложение заняться защитой информации во "ВКонтакте". Однако Сноуден на это предложение не ответил.

Ну что же, вопросы конфиденциальности передаваемых сообщений действительно актуальны как никогда. Власти по всему миру делают с Интернетом что хотят. Вот только что в Турции сразу же после теракта в Анкаре был полностью закрыт доступ к Twitter и Facebook. ФБР требует от компании Apple предоставить инструменты, взламывающие защиту iPhone. Тот же Сноуден продолжает раз в полгода пугать нас очередными порциями своих разоблачений. Если уж Павел Дуров шокирован, то что сказать о простых пользователях? Да они вообще в ужасе! И, разумеется, массово переходят со своих примитивных и незащищенных WhatsApp в высокотехнологичный и шифрованный Telegram, конфиденциальность разговоров в котором лично гарантируется столь непреклонным борцом с Большим братом как Павел Дуров.

Так замыкается круг, как говорил Виктор Цой. Вы рассказываете человечеству о тотальной слежке, человечество внемлет и пытается скрыться от слежки в так удачно предлагаемом вами защищенном от слежки приложении. Старая как мир схема, мы каждый год видим ее в каком-нибудь новом блокбастере про всемогущую транснациональную корпорацию.

При этом подавляющее большинство напуганных даже не могут внятно ответить на вопрос: а почему, собственно, они этой слежки боятся? Ведь этот вопрос должен интересовать только тех, кому есть что скрывать.

А что есть скрывать простой девочке, строчащей по двадцать сообщений в минуту — то есть основной аудитории всех этих мессенджеров? Да, в общем-то, ничего, кроме своих чувств.

Но именно до ее чувств всем агентствам национальной безопасности в мире как раз дела нет.