В швейцарском Базеле устроили одну из самых крупных выставок, посвященных Казимиру Малевичу. Попытка реконструкции экспозиции 1915 года, на которой художник впервые показал свой "Черный квадрат", по словам организаторов, "могла бы не состояться", если бы не помощь российского мецената — старшего вице-президента "Ростелекома", члена Попечительского совета ГМИИ имени А.С. Пушкина, лауреата Госпремии России — Андрея Чеглакова.
- Называется цифра Вашего "участия" в выставке "0,10" — около миллиона швейцарских франков. Вы так любите творчество Казимира Малевича?
- Выставка в Базеле — плод большой дружбы и большой любви. Дружбой между мной и организатором проекта Сэмом Келлером. И любви — его и моей — к русскому авангарду… До сих пор иногда можно слышать: "Искусство ли это?" И хочется сказать, что этот — уже закрытый — вопрос для одних, является открытой страницей для других. Но это неплохо. Потому что величие Малевича еще и в том, что и сегодня актуален разговор о месте искусства в нашей жизни.
- Хочу даже не вопрос задать, а выразить благодарность. За те проекты, что Вы поддерживаете: и международные музыкальные фестивали, и фильмы о русских художниках, и помощь Гнесинской школе, выставки и издательские программы.
- Большая человеческая удача и радость — прикасаться к большим именам замечательным людям. Дело в том, что с крушением большой империи, которое мы все пережили, многие утратили ориентиры. Если раньше мы служили какой-то большой мечте, то сегодня таковой у нас нет. Сейчас, благодаря усилиям нашего руководства, мы заговорили о Великой России. И кто, как не деятели искусства, могут, собственно говоря, заполнить вот эти лакуны? И если это не поддерживать, все угаснет.
- То есть Вами движет патриотизм?
Я люблю свою страну, многое от нее получил, и считаю себя обязанным ей. Везде, где возможно, я подчеркиваю, я – русский. У меня неплохой английский язык. Я могу думать, как мои иностранные собеседники. Я понимаю, о чем они говорят. Но национальная идентичность дает больше веса в любом разговоре. Это очень важно понимать для всех, кто пытается попасть на Запад. При этом, конечно же, должно быть уважение к тому, с чем ты имеешь дело, с кем ты имеешь дело. То есть, в этом смысле движение мое один раз базируется на патриотизме, другой раз — на желании сохранить ту самую культурную среду, в которой я сам воспитывался.
- А как возникают Ваши проекты?
- У меня есть две таких базовых страсти — изобразительное искусство и музыка. И еще для меня очень важно — это молодые люди и образование. Поэтому всякий раз, когда я сталкиваюсь с какими-то образовательными процессами — это такой хороший триггер, чтобы в это дело войти. Кроме того, для меня очень важны люди, с которыми я это делаю. Господин Хохлов, директор Гнесинской школы, замечательный человек, и как педагог прекрасен, и как управленец хорош, и как дирижер не плох, кстати говоря. Музыкант он тоже, как минимум, не плохой. И от всего этого мое желание помочь, чем могу — неизбежно. А если говорить о процессах и проектах типа Хлебниковского (Андрей Чеглаков профинансировал выставку, посвященную Велимиру Хлебникову, концерт и издание книг "председателя земного шара" – примечание автора) и, кстати, Малевича, то для меня это и процесс самообразования. Как в анекдоте, где старый профессор говорит: "Вот попалась аудитория, пока преподавал, сам все понял!" Пока мы готовили выставку о Казимире Малевиче, я для себя сформулировал свое отношение к этому художнику. И оно отличалось о того, каким было до проекта "0,10". Кроме того, все, что так или иначе укрепляет, ну скажем, мою гордость за мою страну, для меня тоже очень важно.
- С художником Григорием Пожидаевым было еще круче: благодаря изданным Вашим Фондом книгам, открылось много ранее неизвестного.
- Это интересно. Много имен, которые несправедливо забыты, или, скажем так, не получили надлежащего восхищения. Как при жизни, так и после смерти.
- Вы еще и восстанавливаете справедливость историческую.
- Мы стараемся найти еще один повод для гордости.
- Вы сказали, что благодарны своей стране за то, что она Вам дала. Имеете в виду образование?
- И это, безусловно, тоже.
- Вы подводим такие неофициальные, неформальные итоги 2015 года. Хотелось бы, чтобы такие имена как Ваше, Алишера Усманова, названия корпораций, которые даже не претендуют на то, что о них будут говорить, но при этом поддерживают различные культурные и социальные проекты, были известны как можно большему количеству людей. Вы этого достойны.
- Есть большое количество инициатив, которые заслуживают всяческих похвал. Есть большое количество людей, которые помогают понемногу. И на самом деле честь им и хвала, потому что каждый должен понимать, что отдав что-то, он развивает страну. Причем, помощь не обязательно должна быть материальной. Можно стать волонтером музея, помочь музею навести порядок, просто сходить и купить билет. Это ведь тоже форма поддержки. Купить каталог или что-нибудь другое в музейном магазине. Все это приводит к тому, что мы понимаем — мы и есть культурная развивающая страна.
- А у Вашего фонда AVC Charity есть уже какие-то новые проекты, идеи?
- Их несколько. Хотя, сейчас, к сожалению, сложная материальная пора. Ряд спонсоров просто не в состоянии участвовать в процессах. Плюс к этому мы находимся в непростой ситуации — как нас воспринимают вовне тоже влияет на культурный обмен. Но мы постоянно следим за тем, чтобы были новые проекты, новые интересные открытия. Что-то не получается в силу независящих от нас причин. Но мы открыты ко всем предложениям. Плюс к этому я действительно испытываю огромное радостное чувство общения как с мастерами культуры, такими, как музыканты, Вами перечисленные, так и с руководителями музеев. Потому что сегодня прекрасная плеяда новых директоров, которые берут все лучшее, что было до них. И задают новый импульс. Посмотрите, что происходит с Третьяковкой, что происходит с Пушкинским музеем.. Мы все время видим что-то новое. И каждый раз изумляешься: "А вот я же этого не слышал, не знал!" А, пожалуйста, — вот оно рядом. Поэтому купите билет, сходите в музей.
