О перспективах внешней торговли между Россией и Китаем рассказал в программе "Курс дня" Николай Котляров, руководитель Центра китайских исследований Финансового университета при Правительстве РФ.

Минимальная цена пакета "Роснефти" в размере 19,5% будет определена на основе октябрьских котировок. Сколько это составит и какой дисконт будет к ней применен? Алексей Улюкаев раскрыл новые подробности приватизации нефтяной компании.

- Какие механизмы способны восстановить положительную динамику во внешней торговле? Что для этого требуется? По каким направлениям возможен рост в торговле между Китаем и Россией?

- Ну, вы знаете, как говорят специалисты, основная проблема – это узость экспортного потенциала России в настоящий момент в плане торговли с Китаем, экспорта в Китай в основном сырьевой направленности. Но, как говорил академик Е.М. Примаков, необходимо валютную выручку от экспорта энергоносителей направлять на инновационное, инфраструктурное развитие Сибири и Дальнего Востока. Тогда будет возможен рост промышленного потенциала. Плюс второй момент очень важный – это собственно торговые связи, отношения, переводить в другую плоскость. Прежде всего в инвестиционную плоскость, создание совместных предприятий на российской территории, на китайской территории, создание современных кластерных систем. Поэтому, есть перспективы поступательного развития двухсторонних экономических отношений России и Китая.

- Создание в Сибири и на Дальнем Востоке каких технологических производств может быть ориентировано на рынок Китая? Как их создавать? Мы можем закупать технологии, импортировать их даже из того же Китая?

- Совершенно.

- Россия пустит китайский капитал на территорию Сибири? Что можно строить самим? Можно ли получать какие-то другие технологии?

- Вы знаете, это на самом деле уже обсуждается в рамках инвестиционного проекта. Там много вопросов, которые надо рассчитывать, смотреть проекты, и технические, и экономические, и финансовые аспекты, сроки окупаемости. На самом деле очень многие проекты, они на этом и стопорятся.

Китай заинтересован в импорте продукции сельского хозяйства, в частности сои - это гигантский рынок. Насколько я знаю, потребности Китая за счет внутреннего производства удовлетворяются не менее, чем на 50 процентов. Возникает вопрос перевода сельхозугодий, в другое производство, вопрос инвестиций, вопрос контроля за самим предприятием. Или например, производство куриных лап, я знаю эти проекты идут, казалось бы, что здесь сложного? Куриные лапки поставляй в Китай, где из них делают желе. Китай устанавливает технические стандарты по лапам, согласно которым эти лапы, должны быть отманикюрины. Это только один из моментов, возникает и масса других вопросов. Китайцы, естественно, хотят участия в предприятии.

Российский партнеры, как правило, зачастую боятся потерять контроль над предприятием, при условии, что китайцы получат доступ к рынку. В плане технологий с китайской стороны примерно такие же проблемы. Они готовы брать наши технологии и осваивать их. Создавать предприятия с нашим участием не очень торопятся. Китайский рынок очень жесткий в настоящее время, он закрыт от посторонних инвесторов.

Рынок очень конкурентный, даже в плане не только иностранных инвесторов, но и внутри китайских регионов идет настоящая давка. Поэтому пробиться туда очень тяжело без гос поддержки.

- О каком экспорте технологичных вещей идут обсуждения? Какие обрабатывающие технологии, создающие добавочную стоимость, интересуют Китай?

- Вы знаете, как говорят наши технические эксперты, есть наработки. Есть наработки в современном авиастроении, некоторых отраслях среднего машиностроения. У китайцев появились также неплохие наработки. Они являются опять же по мнению экспертов в области транспорта обладателями ведущих технологий создания высокоскоростных магистралей и соответственно поездов. Современные технологии позволяют довести скорость поездов до 800 километров в час, они это создавали на базе немецких технологий. Это частный пример. Поэтому ниша для сотрудничества есть. Вопрос уже определения интересов, технических параметров и выстраивания стратегических партнерских отношений.

Китайцев на самом деле в качестве основной причины, которую они выделяют является гарантия защиты инвестиций. По официальным данным существует $8 миллиардов накопленных китайских инвестиций, хотя Китай настаивает на инвестициях на уровне $ 30-ти миллиардов с учетом того, что часть инвестиций идет через оффшоры.

- Китай оказался от участия в Транс-Тихоокеанских соглашениях, продвигаемых США. Есть ли здесь пространство для взаимодействия России и КНР?

- Тема довольно запутанная. Решение принимается на саммите АТЭС. Получается своего рода параллель с Транс-Тихоокеанским партнерством, который является американским проектом. Которое подразумевает всеобъемлющее региональное экономическое партнерство. Американцы говорят, что эта тема не закрыта для посторонних. И им надо разобраться между собой внутри участников. При этом, они проводят политику сдерживания Китая. Понимаете, при этом в рамках АТЭС говорится, что основной центральный форум, в рамках которого будут объединяться все субрегиональные проекты – это АТЭС.

Как будет дальше складываться ситуация, трудно сказать, и мы стоим перед довольно сложным выбором. Выбор, будет складываться в пользу всеобъемлющего регионального экономического партнерства по формуле АСЕАН+6 (АСЕАН - Ассоциация стран Юго-Восточной Азии - прим ред).