Индейцы защищают свои леса с оружием в руках


EPA

 Бразилия традиционно считает джунгли, окружающих Амазонку, своим главным природным достоянием. Однако, несмотря на громкие лозунги, площадь лесов продолжает сокращаться. Причина – в нелегальной вырубке лесов, которая в штате Амазония, считающемся одним из самых криминогенных в стране, поставлена на поток. Ситуация начала меняться лишь когда охрану лесов взяли на себя их коренные обитатели – южноамериканские индейцы.

Первый отряд был создан в 2012 жителями племени Гуажажара, обеспокоенными массовой вырубкой лесов в своей резервации. Индейцы назвали свой отряд "Стражи" и начали с того, что построили блокпосты на всех въездах в лес. Кроме того, они создали постоянный лагерь на пересечении основных дорог, чтобы лесорубы не могли проехать мимо. Это подействовало: если раньше из леса ежедневно выезжали десятки машин, груженных незаконно вырубленным лесом, то теперь их может выехать пять или шесть.

Сейчас отряд насчитывает 50 человек, вооруженных в основном дробовиками, в соседней резервации уже появились свои "Стражи", состоящие из членов племени Ка'апур, а само движение по защите лесов начинает набирать популярность по всей стране.

Однако успехи в борьбе с нелегальной вырубкой имели и негативные последствия, в первую очередь, для самих "Стражей". Вождь племени Ка'апур был убит в июле этого года, едва успев выехать из резервации, а один из членов совета старейшин чудом избежал засады по дороге из соседнего города. Жители резервации боятся, что борьба с лесорубами приведет к ухудшению положения индейцев в целом. История нападений на членов племени не ограничивается старейшинами, а угрозы по смс стали для индейцев обычным делом. Зато вместо рева бензопил, много лет сопровождавшего их жизнь с утра до вечера, теперь слышны лишь крики играющих детей и звуки леса.

Первая резервация была создана в Бразилии в 1961 году, а сейчас их уже более 600 по всей стране. Некоторые поражают своими размерами: например, Арарибойя, которая занимает около 4 тысяч квадратных километров, что больше площади Люксембурга. Тем не менее, несмотря на громкие заявления президента Дилмы Русеф, пообещавшей полностью остановить незаконную вырубку лесов к 2030 году, реальная помощь резервациям ничтожна. Так, на поддержку 900 тысяч представителей коренного населения в этом году бразильские власти выделили менее 160 миллионов долларов, при том, что общий бюджет на 2015 год составляет 1,8 триллионов.

В связи с урезанным бюджетом чиновники Амазонии оказались очень рады появлению "Стражей", фактически взявших на себя функции, с которыми несколько десятилетий не могло справиться государство. Местные власти стараются всячески помогать защитникам леса, снабжая их оружием, патронами, обувью, а также топливом для мотоциклов и внедорожников. Кроме того, в составе отряда с нелегальными лесорубами борется профессиональный полицейский Антонио ди Оливейра.

По его словам, иногда защищать приходится самих лесорубов: однажды ему пришлось встать между одним из нарушителей и членом "Стражей", направившим на него заряженный дробовик. Впоследствии, говорит Оливейра, вспыльчивый индеец был уволен из отряда за непрофессионализм. Однако методы стражей порой кажутся жесткими даже повидавшему виду полицейскому: по его словам, обычно обнаруженных лесорубов связывают и сдают на руки полиции, которая может приехать через несколько часов. Судьбу задержанных решает суд – вырубка лесов в резервациях является в Бразилии уголовным преступлением.

Однако борьбу с вырубкой поддерживают все-таки не все население резервации: жители деревни Сигана по-прежнему берут по 26 долларов за каждую груженую машину, позволяя ей беспрепятственно вывезти древесину из леса. Жители оправдывают попустительство тем, что в деревне нет работы, а деньги им нужны. Большинство уверено, что для полного прекращения вырубки ситуацию должно взять под контроль государство, однако не скрывают своего скепсиса в отношении коррумпированных чиновников, ответственных за этот вопрос. На контрасте с ними тактика "Стражей" кажется куда более действенной по борьбе с уничтожением леса, сохранение которого имеет критическое значение не только для Бразилии, но и для всего мира.