17 декабря в Тбилиси простились с Чабуа Ираклиевичем Амирэджиби. Потомок княжеского рода, классик советской литературы. Ему исполнилось 92 года. Самый известный роман Чабуа Амирэджиби "Дата Туташхия" — о "благородном разбойнике", который борется с несправедливостью и пытается улучшить мир. Улучшить мир словом хотел и сам писатель. Его часто цитируют сегодня.
"Обязанность каждого, кто хочет служить добру, суметь подчинить свою деятельность наивысшей цели, какая только доступна человеку, — не ущемить, не обобрать, не унизить дух ни в себе самом, ни в ближнем своем, — писал Чабуа Амирэджиби. — Любовь приносит счастье только отважным, только тем, кто, не зная сомнений, бросается в омут".
Высоко над древним Тбилиси, на склоне святой горы, завершился земной путь Чабуа Амирэджиби. Классика грузинской литературы похоронили недалеко от могилы классика литературы русской — Александра Грибоедова — в давно закрытом для захоронений Мтацминдском пантеоне. И в этом была особая честь, которую нация оказала своему герою.
"Он был одним из лидеров грузинской интеллигенции — по своему мировоззрению по своим позицией. Он всегда стоял на позиции правды", — отметил кинорежиссер, народный артист СССР Эльдар Шенгелая.
Его жизнь по числу драм и приключений была куда ярче, чем литературные судьбы его героев-пассионариев. В 1944 год он за участие в студенческой политорганизации получает 25 лет лагерей. Дважды враг народа. Дважды приговоренный к расстрелу. Один раз — за организацию восстания в норильских лагерях. Три месяца провел в камере смертников. Не казнили, но срок сохранили.
"Представитель духовной Грузии. Выдающийся представитель духа грузинского человека. Это был Чабуа. Каждый грузин — поэт. А каждый грузинский поэт — дважды поэт", — сказал актер, народный артист Грузинской ССР Кахи Кавсадзе.
Амирэджиби знал историю своего княжеского рода с IX века, а через нее — всю грузинскую культуру. Но знал и любил культуру России, которую по праву считал своей тоже.
Когда эпический роман писателя "Дата Туташхиа" стал сценарием и был экранизирован в фильме "Берега", весь Советский Союз смотрел ленту взахлеб.
Чабуа Амирэджиби в последние годы принял постриг. Монах-писатель взял имя Давид.
Классик грузинского кино Резо Чхеидзе остался мирянином, но по благословению Патриарха Грузии живет в монастыре при храме Пресвятой Троицы, в корпусе, который Патриарх Илия Второй построил для грузинской интеллигенции. Резо Чхеидзе — один из самых ярких ее представителей, во многом олицетворяющий феномен грузинской культуры ХХ столетия.
"В литературе — большие традиции актерского мастерства. Писательская среда — изумительная. Такая у нас махина. Этому во ВГИКе обучалась молодежь", — сказал кинорежиссер, народный артист СССР Резо Чхеидзе.
Находясь под впечатлением от этого созвездия талантов, Герасимов восхищенно шутил: такое чувство, что каждый грузин рождается с кинокамерой.
"В течение веков накапливалась энергия и в народе, и в индивидуумах, которые выплеснули все эти созревшие плоды. И они оказались значительными не только для Грузии. А сейчас — долгий отлив, потому что политизировалась нация. Экономически она обеднела", — полагает народный артист СССР, главный режиссер театра Et Cetera Роберт Стуруа.
"Грузинская интеллигенция — это уходящая натура. Сейчас очень мало ее представителей. Есть несколько художников, но все это очень престарелые люди. Была замечательная интеллигенция во все времена, чего я не могу сказать о сегодняшнем дне. Это мировая проблема", — отметил Георгий Шенгелая.
После двадцатилетнего безвременья, боли разрыва с Россией, политических гонений Саакашвили, попыток встроиться в мертвые оболочки чужих посткультур в Грузии все чаще говорят о возрождении, и ответственность за него интеллигенция страны осознает сейчас как свою главную миссию.
"Наверное, будет ренессанс. Он всегда бывал. Но когда он будет, я не знаю. Когда мы поймем, что нельзя ни американизироваться, ни до конца европеизироваться. Поймем, что нельзя переходить на массовую культуру. Все равно надо помнить, что Пастернак, уезжая, кричал: "Сердце мое осталось там". И сны о Грузии, о которых писала Белла Ахмадулина, — все это надо сохранять", — уверен художественный руководитель Театра киноактера Кети Долидзе.
Каждой нации, считал Амирэджиби, нужна почва, движение истории и молитва. А любой человек повторяет биографию своего народа. И частная жизнь — только отпечаток общей судьбы, ответственность за которую и станет временем национального возрождения.
