Дмитрий Медведев о новом сроке Путина, усыновлении и ПРО

Премьер-министр РФ Дмитрий Медведев дал большое интервью американскому телеканалу CNN, в котором затронул такие актуальные вопросы как новый президентский срок Владимира Путина, смерть Сергея Магнитского, "закон Димы Яковлева", взаимоотношения России и США.

По мнению Дмитрия Медведева, конкурировать с Владимиром Путиным на выборах главы государства 2012 года не было смысла, так как они относятся к одной политической силе, и было бы логичнее сохранить преемственность. Кроме того, после окончания премьерского срока Дмитрий Медведев, возможно, продолжит свою политическую карьеру.

"Мы выполнили главную задачу — мы сохранили преемственность и, как в любом политическом соревновании, мы обеспечили для той политической силы, которую мы представляем, работу на будущий период, — отметил политик. — Вы можете себе представить, чтобы внутри одной политической силы развернулась такая битва? Это бессмысленно, это контрпродуктивно, в этом случае можно все проиграть. Я считаю, что мы поступили в этот период ответственно, хотя, наверное, кому-то это не понравилось, кто-то был разочарован, кто-то хотел другого расклада, но такова жизнь. Политика — это живая ткань, живая материя, она развивается каждый день. В тот момент, когда мы принимали решение, это было самое простое и, наверное, самое безошибочное решение. Его правота доказана тем, что мы сделали".

Касаясь темы смерти в СИЗО юриста Hermitage Capital Сергея Магнитского, глава российского кабмина подчеркнул, что погибший никогда не занимался борьбой с коррупцией.

"Мне искренне жаль Сергея Магнитского, как и любого человека, который закончил свой жизненный путь в неволе. Российским правоохранительным органам необходимо окончательно разобраться с тем, что произошло, собственно, в тюрьме, почему он скончался, кто за это несет ответственность. Он был обыкновенным корпоративным бухгалтером или юристом, который обслуживал своего босса, а его босс, в настоящий момент находящийся, как я понимаю, в Давосе и занимающийся политиканством, зарабатывал в России большие деньги. По оценкам отдельных источников, деньги, которые он заработал в России, измеряются миллиардами долларов, и это не были вполне чистые деньги. Это были деньги с использованием различных финансовых схем, а господин Магнитский просто в силу своего служебного положения помогал ему, — сказал Дмитрий Медведев. — Я допускаю, что они сталкивались и с проявлением коррупции, потому что действительно ее хватает, но он никогда не занимался борьбой с коррупцией, он никогда не был агентом государства, возвращающим незаконно полученные средства. Он был корпоративный профессионал, что, естественно, не уменьшает масштабов трагедии, связанной с его кончиной. Поэтому вопреки тому мнению, которое благодаря отдельным политическим силам сформировалось в ряде стран, это не была деятельность по возврату в Россию каких-либо похищенных средств. Это была деятельность по защите финансовых интересов его босса, и не более того, а его хозяин покинул пределы Российской Федерации, еще раз повторяю, заработав очень большие деньги".

"Любая смерть в тюрьме должна быть расследована. К сожалению, такие вещи происходят. Это происходит в России, это происходит и в Соединенных Штатах Америки, и в Европе — где угодно. И в каждом случае должно возбуждаться уголовное дело и проводиться максимально тщательное расследование, смысл которого заключается в том, чтобы установить, что это — инцидент, случай или же это чья-то злая воля?- продолжил политик. — Вот здесь, действительно, государство должно все точки расставить над i, потому что существуют разные версии того, что произошло, и здесь, действительно, нужно все довести до конца. К сожалению, человека не вернуть, не вернуть сына матери, это очень печально и прискорбно, но даже для того, чтобы в будущем ничего подобного не происходило, нужно довести это расследование до конца, и оно должно быть доведено до конца. Причем речь не идет, как иногда говорят, о том, чтобы посмертно обвинить кого-то в совершении преступления — это невозможно. По нашему уголовному праву, как и по уголовному праву большинства цивилизованных стран, человека невозможно преследовать после смерти, невозможно признать его виновным или невиновным — нет субъекта ответственности. Но есть посмертные процедуры, установленные уголовно-процессуальным законодательством, они есть в любой стране. Вот это нужно сделать".

По словам Дмитрия Медведева, российские правоохранительные органы продолжат преследование Уильяма Браудера, так как он является преступником. "Российские следственные органы предполагают, что он совершил преступление на территории России. Естественно, до момента вступления приговора в силу действует презумпция невиновности, но, тем не менее, наши следственные структуры преследуют его, и в этом нет ничего особенного", — подчеркнул он.

"Я считаю, что Конгресс совершил ошибку, когда вместе с отменой поправки Джексона-Вэника принял специальный закон имени Магнитского. Очень плохо, когда иностранный парламент принимает решение в отношении другого государства, еще хуже, когда иностранный парламент объявляет целый ряд людей совершившими преступления, — выразил свое мнение российский премьер. — И Соединенные Штаты Америки могли отказывать и могут отказывать любому российскому чиновнику во въезде в Америку, точно так же, как проверять его счета или еще что-то, что находится в Америке. Точно так же может поступать Россия. Но когда это превращается в публичную акцию, и Конгресс говорит: "Мы создадим список, в котором будут конкретные фамилии лиц, причастных к совершению преступления", что это? Это внесудебная расправа, это объявление лица виновным без суда и следствия".

"Целая группа людей, я не знаю, причастны они, не причастны, объявляется преступниками. Ну а как же презумпция невиновности? Это недопустимо. Мне кажется, что об этом наши уважаемые коллеги, уважаемые американские законодатели не думают вообще, — приводит его слова ИТАР-ТАСС. — Разве это правомерно? Мне кажется, что это противоречит любому праву, противоречит любым международным конвенциям, и в этом смысле Конгресс Соединенных Штатов Америки допустил правовую ошибку. К сожалению, эта ошибка была совершена умышленно, намеренно в силу политизации соответствующего дела. В этой ситуации российскому парламенту пришлось ответить. Хорошо ли это? Вы знаете, если оценивать ситуацию по совокупности, я считаю, что плохо. Это ответные действия, предусмотренные международным правом, но лучше бы ничего этого не было. Мы же, действительно, всегда могли и сейчас можем принимать решения о въезде и выезде людей непублично".

В ходе интервью затронули и тему международного усыновления. Дмитрий Медведев выразил крайнее удивление тому, что соглашение с властями США может отлично работать на уровне МИД РФ и Госдепа, но на уровне штатов происходит сплошная неразбериха.

"Это хорошее соглашение, над ним довольно долго работали наше Министерство иностранных дел и Государственный департамент. Но, к сожалению, стали известны абсолютно удивительные вещи: на уровне федерального правительства все хорошо, но на уровне штатов те правила в отношении контроля за усыновленными детьми, которые были предусмотрены этим соглашением, не действуют. Законодатели из штатов, юридические власти штатов не хотели даже выполнять это соглашение. Как минимум, нам необходимо провести переоценку того, что было сделано в юридическом плане, — отметил премьер-министр. — Это соглашение, даже если смотреть в будущее, если его реализовывать в будущем, должно исполняться не только на территории России, но и на территории конкретного штата".

Но "закон Димы Яковлева" нельзя назвать политическим ответом, это, по мнению Дмитрия Медведева, скорее попытка обратить внимание наших соотечественников на проблемы российских детей-сирот, чтобы искоренить в стране это позорное явление. "Он, вне всякого сомнения, принимался на эмоциональной волне, связанной с соответствующими решениями американского Конгресса, но ни юридически, ни фактически он не связан с "законом Магнитского", — заметил глава правительства РФ. — Так называемый "закон Димы Яковлева" — это действительно закон, который выражает обеспокоенность российского парламента, российской Государственной Думы, российского Совета Федерации судьбой наших детей".

"Многие иностранные граждане ведут себя очень благородно: они усыновляют наших детей, которые имеют дефекты здоровья. Я считаю, что пришла пора и нашим людям взглянуть на эту проблему со своей стороны, — продолжил политик. — Мне кажется, это абсолютно правильно. В этом должно проявляться нравственное здоровье общества. Мы должны, наконец, принять все необходимые решения, чтобы в России не было сирот. В Америке же нет этой проблемы. В большинстве стран Европы нет этой проблемы. У нас уже довольно благополучное общество, у нас уже достаточно обеспеченные люди. Они способны дать и кров, и уход нашим детям. В этом смысл тех решений, которые приняты".

Что касается проблемы ПРО, то, Дмитрий Медведев считает: никакой обещанной гибкости в этом вопросе нет, несмотря на второй срок главы американской администрации Барака Обамы, который давал соответствующие обещания.

"Мы стоим на прежних позициях — позиция Соединенных Штатов одна, позиция Российской Федерации, к сожалению, другая. И сближения этих позиций не происходит. Паритет, который мы зафиксировали с президентом Обамой, подписав договор об ограничении стратегических наступательных вооружений, он этим взламывается, потому что противоракетная оборона — это прямое продолжение ядерного наступательного потенциала, боевых ядерных средств", — подчеркнул председатель правительства. — Мы предлагали нашим американским и европейским партнерам только одно: чтобы Россия стала частью интегральной системы европейской ПРО. Если нас волнуют какие-то ракетные угрозы, исходящие из каких-то других государств, давайте этим заниматься вместе. Не важно, что Россия не является членом НАТО, но нас тоже волнуют некоторые угрозы, существующие рядом с нами, нас тоже волнует милитаризация целого ряда государств, которые пытаются развивать свои ракетные системы и насаживать туда ядерные боеголовки. Мы же прекрасно понимаем, что если у нас нет гарантий такого рода, как сопряжение наших программ, значит, эта противоракетная оборона может работать и в отношении российского ядерного потенциала".

Чтобы решить сирийский кризис, за стол переговоров должны сесть все политические силы, иначе в стране может вспыхнуть полномасштабная гражданская война, которая затянется на десятилетия. В настоящее время необходимо наладить национальный диалог, "поэтому задача мирового сообщества — посадить стороны за стол переговоров, а не просто требовать, чтобы Асад ушел, а потом его либо казнили, как Каддафи, либо выносили на носилках в судебное заседание, как выносят сейчас Хосни Мубарака".

"Президент Асад ошибся в проведении политических реформ. Он должен был все сделать гораздо быстрее, привлекая на свою сторону часть умеренной оппозиции, которая готова была с ним сидеть за одним столом. Это его существенная ошибка, может быть, фатальная, — отметил глава кабмина. — Мне кажется, с каждым днем, с каждой неделей, с каждым месяцем шансов на его сохранение становится все меньше и меньше. Должен быть сложный в организационном плане гражданский процесс, который успокоит людей. Мы готовы в этом участвовать, мы неоднократно об этом говорили. Я считаю, что у нас у всех большая ответственность за то, что, в конечном счете, произойдет на территории Сирии. Если мы допустим развитие событий по катастрофическому сценарию, в катастрофическом направлении, это будет для нас колоссальной ошибкой и огромным испытанием на десятилетия вперед. Ни о каком диалоге на Ближнем Востоке тогда речи быть не может.