Среди прочих образовательных инноваций в следующем году может измениться программа по литературе. Прежний образовательный стандарт предписывал обязательных авторов для изучения. В новом стандарте такой обязательности меньше и свободы выбора больше, что стимулирует творческие поиски педагогов и методистов.
Официально новые стандарты вступают в силу с 2020 года, но в порядке эксперимента можно будет варьировать уже со следующего года. РАО уже издало методичку, в которой из списка обязательных авторов исключены, например, Куприн и Лесков, но существенно расширен список обязательных авторов второй половины XX века, т. е. наших современников.
Методичка предписывает обязательное изучение 16 авторов, среди которых Виктор Пелевин, Людмила Улицкая, Анатолий Гладилин, Анатолий Рыбаков, Василий Аксенов, Владимир Маканин и другие. Таким образом, общее число часов на литературу последовательно сокращается, но число современных писателей, подлежащих изучению, столь же последовательно возрастает. Очевидно -поскольку программа не резиновая — за счет авторов менее современных.
Разумеется, прямое сопоставление исключенных и включенных по формуле "Кто Лесков, а кто этот" способно только разжечь ненужные страсти. О вкусах не спорят. К тому же некоторые включенные авторы имеют своих поклонников, а некоторые сотрудники РАО чтут свой круг чтения четверть вековой давности. Имеют право.
Сейчас спроси даже образованного человека, кто такие Потапенко или Боборыкин — в большинстве случаев спрошенный даже и не знает этих имен, не говоря уже о знании их книг. Между тем это были популярнейшие авторы конца XIX в., по своей популярности в образованном классе даже превосходившие список из 16 авторов.
Тем не менее, хоть они и были популярны и хоть они отвечали стандартам почтенной литературы — это не какой-нибудь Нат Пинкертон, а добротная беллетристика — в гимназическом курсе ни Потапенко, ни Боборыкина не было. Причем не было по очень простой причине. В список обязательных авторов включались только классики, отделенные от читателей полувеком и более. Современники же не включались вовсе. Хоть бы даже Потапенко или иной современный автор был талантом или даже гением. Не положено и все тут.
В чем, если вдуматься, был глубокий смысл. Гимназическое образование и не предполагало знания новейших литераторов, равно как и знания новейших достижений науки. Оно предполагало другое: хороший уровень базовых знаний. В литературе — знание классических образцов. В естественных науках — знание основ физики, химии, географии. По принципу "Были бы кости, а мясо нарастет". Или, как впоследствии отмечал Владимир Ильич, "Лучше меньше, да лучше".
Другая причина того, что вопрос об изучении новейших авторов не стоял, заключается в том, что в царском министерстве народного просвещения вообще не было реформаторских кузниц и здравниц вроде РАО или ВШЭ, которые просто по законам Паркинсона должны обеспечивать себя работой. То есть беспрестанно реформировать школу. И не только в царской России не было. В кайзеровской Германии и в республиканской Франции таких реформаторских кузниц и здравниц, обуянных зудом деятельности, тоже не было. И как-то ничего: гимназические учебники той поры и сейчас приятно взять в руки. Вот бы и нам успокоиться.
