Год назад ушёл из жизни Савва Ямщиков

Публицист, историк, просветитель – Савва Ямщиков  был одним из первых, кто в СССР стал заниматься вопросами реституции культурных ценностей. Человек, которого называли "реставратором всея Руси", он сам про себя говорил так: "Я не езжу, служу по России". Знаток Москвы и Петербурга, влюблен он был в провинцию – бесконечные командировки, экспедиции в дорогие ему Псков, Михайловское, в древние русские города. Сотни выставок и открытий - Ямщиков возродил к жизни произведения иконописи, уникальные собрания портретов XVIII-XIX веков, заново открыл забытые имена русских художников. Последние десятилетия его имя - все равно, что синоним борьбы за сохранение культурного наследия России.

В последние годы, когда даже ходить было трудно, он поднимался к высоким кабинетам, мчался – туда, где забывали про память. Часто приходил в особняк на Пречистенке - старинный, здесь даже паркет с 1813-го, на стенах – словно с икон сошедшая киноварь – его знаменитая мастерская.

Здесь были, кажется, все - хоккеист Старшинов, хореограф Васильев. Фотографии любимых и близких. Есть даже с Мастрояни. Но об известном итальянце Ямщиков говорил немного. О неизвестных русских художниках – часами. Дорогу от Москвы до Костромы знал наизусть, в командировках – четверть века.

Картину Григория Островского Савва Ямщиков назовет одним из лучших детских портретов XVIII века, вместе с коллегами докажет – девочка Анна, пяти лет от роду, неслучайно носит знаменитую фамилию – Лермонтова.

В Костромской области откроет еще одно имя – Ефим Честняков, его волшебные, будто из сказки картины. Вновь возрожденных потом покажет Москве и Парижу, это будет фурор.

"Он целый пласт открыл, - говорит доктор исторических наук Валентин Фалин, - те забытые, малоизвестные художники, без которых, конечно, понять, как жили столицы Москва и Петербург можно, но как жила страна - без них понять невозможно".

В 60-е в атеистической стране он устроил первую выставку икон - грандиозную, на Кузнецком мосту. Приемная КГБ была в соседнем подъезде. Древнерусская живопись, иконы Пскова, Карелии, Ростова Великого, километровые очереди: это было не просто открытие – откровение.

"Это можно сравнить по значению с выставкой 1913 года, когда впервые масштабно было показано древнерусское искусство, - считает заведующий сектором экспертизы Гос НИИ реставрации Михаил Красилин. – И это все то, что сделал Савелий в 60-е годы. Я думаю, это явления одного порядка".

Он и сам говорил: нет в стране иконы, которой не держал бы в руках, начинал как реставратор, был консультантом Тарковского на "Андрее Рублеве". Один из самых любимых, им восстановленных образов – в Петрозаводске, уникальный памятник северной иконописи, XVIII век. В древних Плёсе, Костроме, Суздале он восстанавливал фрески, и, кажется, на всю жизнь влюбился во Псков.

"Когда он после долгого периода своей болезни он приехал во Псков и увидел, что Псков, действительно, погибает, а в молодости он видел, как Псков восстанавливался после войны, наверное, на этом контрасте сердце и не выдержало, он понял, что нужно что-то делать", - рассказывает дочь Саввы Ямщикова Марфа.

Из Пскова Ямщиков мечтал сделать вторую Флоренцию, старинный Изборск превратить в заповедник. Боец и борец – Москву защищал до последнего, неутомимый, непримиримый, такой неудобный для многих.

"Есть такая картина Васнецова – "Богатыри на заставе", где стоят три богатыря, так я думаю, он был Ильей Муромцем, самым сильным и самым страшным для своих оппонентов, или, скажем так, противников", - рассуждает литературный критик, писатель Игорь Золотусский.

Савва Ямщиков похоронен рядом со старшим другом Семеном Гейченко, в легендарных Пушкинских горах. Теперь здесь - еще одно памятное место, где вспоминают того, про которого говорили: он и один был такой воин в поле – Савва-большое гнездо, как его называли друзья.