На сцене Московского художественного театра имени Чехова – грандиозное действо, задуманное в качестве антитезы формальным празднованиям Победы. Единственное, первое и последнее исполнение "Реквиема". Известные актеры, звезды не только российской, но и мировой сцены расскажут – что для каждого из них значит война.
"Реквием" его создатели называют симфоническим перформансом. В этих словах – определение и жанра, и стиля, и эстетики. Все начиналось с музыки – ее написал композитор Алексей Сюмак.
Полгода работы – и вот на сцене Московского художественного театра встретились артисты, хор, российский национальный оркестр под управлением Теодора Курентзиса. Режиссер "Реквиема" Кирилл Серебренников говорит: сегодня тот самый день, когда сбылась его мечта.
"Мы все здесь, чтобы помочь музыке прозвучать, а музыка – это такое моление или слова, эмоциональная речь о тех, кого убила и убивает война", – рассуждает режиссер.
Играет оркестр. Вступает и затихает хор. Музыка, крики, странные звуки – все смешивается, а потом – тишина, и на авансцену выходят артисты – немка, поляк, еврей, француженка, японец, русский.
"Когда я пришел, мама не обняла меня, не поцеловала – просто взглянула. Совсем не седая еще была", – народный артист СССР, художественный руководитель МХТ имени Чехова Олег Табаков рассказывает о том, как 22 июня 1941 катался с друзьями на велосипедах и еще не понимал тогда, как много у него отнимет война.
Табаков этот "Реквием" называет делом корыстным, но корысть здесь иного толка – чтобы помнили дети и внуки.
"Сын – тинэйджер, 15 лет, позвонил мне и сказал: "Слушай, я хочу посмотреть", – Олег Табаков. – Я так думаю, ну с какого боку само слово-то реквием должно отпугнуть – нет".
Исповедь – одна за другой. Великие артисты, для которых война – не просто воспоминание – кровавая рана. Японец Мин Танака родился 10 марта 1945 года – в день бомбардировки Токио военно-воздушными силами США. Тогда погибли 84 тысячи человек, а больше миллиона потеряли свои дома.
Ханна Шигулла. На свидетельстве о ее рождении – печать со свастикой. А на всей ее жизни – печать стыда от того, что она – немка. Свербящая мысль – лучше быть на стороне жертв. Невозможность даже произнести вслух – откуда ты родом, где твои корни.
"Я прекрасно помню, как после войны прошел не один год, прежде чем я увидела своего отца улыбающимся, – говорит актриса Хана Шигулла. – Он вернулся из плена. Видел, как умирают мальчишки, а сам остался в живых каким то неведомым чудом. Он никогда не рассказывал о войне, а если и говорил – то только одно – "жизнь не стоит ни гроша".
Этот "Реквием" – молитва об упокоении и о прощении. Слезы о тех, кто убит, и о тех, кто убивал. И на протяжении всего действа ярко-красными бегущими строчками – темноту сцены пронзают имена погибших.
В ту самую минуту, когда последние ноты оркестра растворятся в затаившем дыхание зале, "Реквием" станет историей. Этот симфонический перформанс исполняется один лишь раз. И эта неповторимость только подчеркивает уникальность проекта. А все средства, собранные от продажи билетов, пойдут на приобретение медицинского оборудования для реабилитационного центра ветеранов Вооруженных сил.
