В этот день, хотя в данном случае правильней сказать ночь, ровно 210 лет назад – в 1801-м году – в Михайловском замке Санкт-Петербурга был убит император Павел Первый. С подробностями – обозреватель радио "Вести ФМ" Андрей Светенко.
Светенко: Он, пожалуй, самая противоречивая фигура русского престола. С одной стороны, бедный, бедный Павел, которого жаль, потому что все хотел сделать как лучше, только получилась – как всегда. С другой – взбалмошный, сумасбродный, капризный и истеричный.
В любом случае, ему можно посочувствовать. Мать, императрица Екатерина Великая, свергла с престола его отца – императора Петра Федоровича. И несла как минимум моральную ответственность за убийство своего мужа. Из-за превратностей политической борьбы, сопровождавшей Павла всю его сознательную жизнь, он, по сути, был лишен нормального воспитания и элементарной любви со стороны самых близких людей. Фактически с 14 лет он был заложником большой политики. В глазах современников Павел был принцем датским русской истории. Все сходится. Екатерина – она же Гертруда. Братья Орловы – коллективный Гамлет. И даже неожиданная смерть первой любимой жены цесаревича Павла Натальи напоминала судьбу Офелии. Неудивительно, что во время поездки Павла в Австрию из репертуара венских театров была снята постановка шекспировского Гамлета.
А чему удивляться, если родная мать прилюдно доказывает, что Павел – вроде как и не от императора рожден, а, скажем, от графа Салтыкова. Между прочим, когда правнук Павла – Александр Третий вступил на престол и получил доступ к сугубо конфиденциальным документам, то, вычитав версию о Салтыкове – обрадовался. Воскликнул "Вот и хорошо, значит мы русские". А потом вычитал другую, более весомую, согласно которой отцом его прадеда все-таки был голштинский принц в православии Петр Федорович. И столь же обрадованно подытожил "Вот и хорошо, значит – мы законные".
Возвращаясь к Павлу... Законность – не значит предсказуемость. Неудивительно, что, вступив на престол, Павел совершил массу противоречий действий. С одной стороны, прогнал со службы всех фаворитов своей матери, с другой, приблизил к себе людей, оказавшихся еще более корыстными и беспринципными. Достаточно упомянуть графа фон Палена. Ему Павел доверил свою безопасность целиком и полностью. А тот возглавил ряды заговорщиков.
Меньше всего печальный финал царствования Павла связывают с его социально-экономической политикой. А ведь он незадолго до переворота объявил, скажем так, о "свертывании" крепостного права. Ограничил барщину тремя днями в неделю. Это подрывало экономические позиции помещиков. Делало крепостное хозяйство элементарно неэффективным. И кто знает, может такой неожиданный подход к решению многовековой русской проблемы, останься Павел у власти, позволил бы решить ее еще за полвека до появления манифеста Александра Второго.
