Публикуем фрагмент беседы Елены Щедруновой с Александром Кариевским в эфире радио "Вести ФМ". /Полностью беседу слушайте в аудиофайле/.
Стратегии выхода - нет
Щедрунова: Поговорим о "Форексе". Доллар на прошлой неделе ушел за 1,50 и явно карабкался вверх, теперь же он развернулся. Что случилось? Какие-то плохие данные из Европы, или в Америке падает фондовый рынок? Что происходит?
Кариевский: И то, и другое. Плохие данные из Европы приходили – безработица опять в еврозоне выросла на 9,7, но это ожидаемый рост. Приходили данные и по Штатам, что и спровоцировало такое резкое снижение Доу-Джонса, но это формальный повод. Я имею в виду расходы потребителей в прошлом месяце, есть такой показатель – сколько люди тратят от своих доходов. Соответственно, эти расходы росли последние пять месяцев, что давало надежду, что экономика будет восстанавливаться, потому что 2/3 ВВП США – это именно расходы.
Щедрунова: То есть на самом деле то, что в течение пяти месяцев расходы потребителей росли – говорило, что потребители верили, что кризис закончился, и они собираются тратить деньги?
Кариевский: Да.
Щедрунова: В этом месяце они резко упали, и стало понятно, что потребители – не верят в окончание кризиса.
Кариевский: Причем доходы в сентябре сохранились на прежнем уровне – здесь все-таки идет сбережение, о чем и мечтало американское правительство. Американцы до кризиса тратили больше, у них была отрицательная норма сбережения, как и в Британии, кстати. Понятно, что это нонсенс, который не дает длинных денег в экономику, то есть у банков фактически нет денег. Точнее, эти деньги есть, но не такой объем, какой нужен, поэтому норма сбережения должна быть положительной. Безусловно, длинные деньги были, но сейчас эта система восстанавливается. В текущих условиях это означает то, что американский потребитель, надежда и опора всемирной экономики, – тратит. Американец живет лучше – мы с вами живем лучше. Почему? Чем он больше тратит, тем выше цены на нефть. Выше цены на нефть – мы лучше живем. И эти данные о безумном росте, который мы видели, заставили инвесторов немножко задуматься. Но там есть еще одна очень серьезная проблема – стратегия выхода.
Щедрунова: Действительно, стратегии как таковой нет.
Кариевский: Мы анестезию делаем рынку, делаем. Вроде хорошо, не болит. А лечить-то как? Вот сейчас анестезия пройдет… невозможно же до бесконечности решать эти вопросы только вливанием денег…
Банки снова играют в кредиты
Щедрунова: То, что касается банков. Банки начинают давать деньги. Но такое ощущение, что все опять стали играть в потребительские кредиты, опять появилась реклама кредитных карт, приходите, берите, тут Сбербанк…
Кариевский: Да, под 70% годовых. На самом деле, если говорить серьезно, Сбербанк хотел выйти на рынок кредитных карт еще до кризиса. Потом из-за кризиса, естественно, все свернулось. Сейчас это лишний раз говорит, что у Сбербанка еще есть чем кредитовать. Тем более что люди будут брать. На данный момент банки немножко оклемались и поняли, что правительство не даст им 250 миллиардов на следующий год, а только 100, а остальное – для других отраслей. Имеется в виду фонд, который создавался для поддержки банков, он предусматривался в следующем году, об этом говорил премьер Путин. Это показатель того, что правительство не беспокоится о состоянии банковской системы в целом.
Щедрунова: Правительство видит, что у банков денег уже много,и давно пора раздать их нуждающимся?
Кариевский: Во всяком случае, частично забрать, что собственно и делается. При 80 долларах за баррель, по сравнению с 40, которые были несколько месяцев назад, народ осмелел. И понятно, что все-таки деньги в страну приходят. Они, конечно, уйдут в Стабфонд, абсорбируются, как это было. Понятно, чтобы механизм заработал как нужно, кстати, он и на Западе не работает в должной мере, – кредитование реальной экономики, необходимо чтобы был конечный спрос. А конечного спроса нет - и получается заколдованный круг. Сейчас эти продукты стали появляться. Но, если вы посмотрите – какие там проценты. Во-первых, люди часто снимают cash - 3%, и если вы посчитаете все расходы по кредитным картам, вам станет страшно. А потребительские кредиты везде дороже. Понятно, они более рискованные, у банков есть определенный риск невозвратов…
Вообще у людей нет уверенности в завтрашнем дне. Конечно, уже нет того страха, который был еще зимой или в конце прошлого года, но еще и уверенность не появилась...
Полностью беседу слушайте в аудиофайле.
