Утром рабочего дня общая протяженность московских пробок – почти тысяча километров. Эта величина постоянно увеличивается – пропорционально растущему количеству автомобилей. А меры, предпринимаемые правительством Москвы для решения проблемы, пока не приносят никаких плодов. Ждет ли Москву транспортный коллапс? Как можно справиться с заторами? Удастся ли это сделать? Эти и другие вопросы в прямом эфире радио "Вести ФМ" Анатолий Кузичев обсудил с заместителем руководителя Центра организации дорожного движения правительства Москвы Дмитрием Колобовым.
"В Москве пробок нет"
Кузичев: У нас в студии Дмитрий Валентинович Колобов, заместитель руководителя Центра организации дорожного движения правительства Москвы. Дмитрий Валентинович, добрый вечер! Об этой бесконечной теме - об организации движения в Москве мы сегодня поговорим. Тут очень характерно, что некоторое время назад от ваших, в широком смысле, коллег, от людей, которые занимаются каким-то образом организацией дорожного движения, появились первые ласточки, первовестники того, что ничего сделать с пробками московскими нельзя даже уже теоретически, в виде таких фраз, послушайте: "Большое количество пробок в Москве говорит об активности нашего города, он растет, ширится, хорошеет столица! Люди богатеют, покупают автомобили, которые заполняют дороги, поэтому, ну что вы, ребята, что можно сделать с пробками? Ни-че-го!" Дмитрий Валентинович, и вы примерно также нам скажете?
Колобов: Нет, я думаю, что можно ослабить последствия пробок. Потом, само слово "пробки" не существует, есть слово "затор", даже в правилах дорожного движения говорится, допустим, что водитель не имеет права выезжать на перекресток, если на нем образовался затор.
Кузичев: То есть в Москве пробок нет?
Колобов: В Москве есть заторы.
Кузичев: А пробок – нет?
Колобов: А пробок – нет.
Кузичев: Хорошо. Я думаю, люди это уже начнут цитировать, вот, Колобов сказал, в Москве пробок нет.
Колобов: Есть заторы. Из-за чего заторы возникают, в основном? Из-за того, что у нас, к сожалению, отстает дорожно-мостовое строительство, у нас порядка 400 километров магистральной сети не хватает. У нас идет значительная автомобилизация города. Это все не может не сказываться негативно, но, тем не менее, меры какие-то можно предпринимать, чтобы снизить негативное воздействие всех факторов на нашу улично-дорожную сеть.
Кузичев: Я так понимаю, Дмитрий Валентинович, поправьте меня, если я не прав, что драматическую роль в том, что сейчас происходит в столице, сыграли два фактора. Причем исторически они располагались… Первое – это, собственно, проект города Москвы, который, если верить досужим разговорам возле гаражей и в салонах автомобильных, водители говорят: "Ну, слушайте, Москва-то проектировалась, условно говоря, цифра звучит, на 700 тысяч машин, а у нас сейчас их уже 3 миллиона". Это первое. Второе. В начале 90-х годов, когда было понятно, что 700 тысячами машин мы уже не обойдемся, начато активное строительство. И вот тут была вторая историческая ошибка допущена из тех, о которых я говорил, потому что большое количество тех развязок, тех решений концептуальных дорожных, которые в 90-е годы разрабатывались, было просто ошибочно. Вот эти всякие эффекты бутылочных горлышек и всего прочего – ведь это же не советское наследие, это постсоветское наследие. Это так?
Колобов: Нет, начать надо с того, что надо еще глубже исторически копнуть: Москва имеет радиально-кольцевую схему улично-дорожной сети. Она сама по себе неудобна для организации движения. Но это уже сложилось исторически, и вы прекрасно понимаете, что у нас от Кремля отходят дороги – основные магистрали.
Кузичев: И в этом есть глубокий символ.
Колобов: В этом есть символ. Но, тем не менее, для организации движения этот символ не очень положительный. А что касается проектирования: существуют специальные нормы, существуют строительные нормы, поэтому говорить, что целенаправленно строились "бутылочные горлышки" – по-моему, это неправильно.
"Велосипедные дорожки – это утопия"
Сергей: Еще один аспект, который требует уже каких-то затрат, это то, что у нас совершенно ничего не делается, только ведутся разговоры, чтобы сделать велосипедные дорожки для велосипедистов, скутеров, чтобы хотя бы их убрать с дорог и привлечь людей, которые ездят на автомобилях.
Кузичев: Мне кажется, это еще более малореальный вариант, чем постройка в десяти километрах от МКАДа нового кольца. Это фантастическая штука.
Сергей: Это реальный вариант, если посмотреть на другие страны.
Кузичев: Вот в других странах – это реальный вариант, он реализован во многих странах – вы правы абсолютно. Если посмотреть, в любом городе европейском есть велосипедные дорожки, и по ним ездят велосипедисты, что удивительно, а не машины, как у нас это будет.
Колобов: Велосипедные дорожки тоже имеют нормативы по ширине, они должны быть удалены от тротуара на столько-то, они должны на проезжей части…
Кузичев: Это где эти нормативы, в нашем законодательстве?
Колобов: Да, в наших нормах…
Кузичев: У нас есть нормы про велосипедные дорожки?
Колобов: Да, московские городские строительные нормы. Есть дорожки. Но к сожалению, основные трассы, по которым хотят люди ездить, магистрали проектировались достаточно давно, задолго до этих норм, и рассчитывались именно на движение транспорта. Чтобы сделать дорожки, надо сужать ширину полос для автомобилей, а это уже выходит за нормативы, выходит за требования безопасности.
Кузичев: Нет, но есть еще вариант: можно вовсе не сужать, а делать автомобильные дорожки не за счет сужения и вообще каких-то манипуляций с дорожным полотном.
Колобов: За счет газонов, вы имеете в виду?
Кузичев: Да.
Колобов: Вполне возможно, вопрос, честно говоря, к НИИ Генплана. Насколько я знаю, они занимаются этим вопросом. Правда, сейчас в основном в спальных районах и парковых зонах пока.
Кузичев: Потому что наш корреспондент Николай Осипов, когда мы в очередной раз этим вопросом озаботились, взял велосипед и честно поехал из дома на работу на велосипеде, и все свои впечатления московского велосипедиста…
Колобов: Я это слышал.
Кузичев: Вы слышали у нас в эфире. Ну, я вам скажу, не позавидуешь московским велосипедистам, поэтому у меня большие сомнения на счет того, что что-то реально в ближайшее время сделается, потому что даже если что-то построят, мне кажется, вот, как говорят: "культура производства", "культура движения", причем и автомобильная, и пешеходная у нас такова, что, конечно, пока велосипедные дорожки – это утопия.
Полностью беседу Анатолия Кузичева с Дмитрием Колобовым о заторах на дорогах слушайте в аудиофайле
