Старшая дочь бизнесмена Шабтая Калмановича оспаривает в суде завещание отца

Шансов выжить у Калмановича практически не было

Одной – все, другой - ничего. Старшая дочь убитого в ноябре прошлого года бизнесмена Шабтая Калмановича - Лиат - оспаривает в суде завещание отца, по которому внушительное состояние разделят между собой вдова убитого и дочь бизнесмена от светской львицы Анастасии Калманович - Даниэла. Корреспондент радио "Вести ФМ" Ольга Подолян разбиралась в деле наследниц.

Подолян: "Мы делили апельсин - много нас, а он один". Эта детская считалочка сейчас прекрасно олицетворяет события, происходящие в большой семье убитого бизнесмена Шабтая Каламановича. Апельсин - наследство, а те, кто на него претендует - женщины Калмановича, жены и дочери. Кстати, апельсин оказался не таким уж круглым, как всем казалось. Слухи о том, что состояние Калмановича составляет сотни миллионов долларов, оказались сильно преувеличенными. Заводы, газеты, пароходы в завещании не фигурируют. Не исключено, что доли в крупном бизнесе официально Каламановичем оформлены не были.

Наследницы пытаются разделить между собой квартиры и машины: дом и земельный участок в подмосковном Видном, три квартиры в Москве, четыре квартиры в центре Санкт-Петербурга, три квартиры в Риге, антиквариат на сумму в 1,5 миллиона долларов и 10 автомобилей.

По завещанию, которое было составлено бизнесменом еще в 2001, львиная доля имущества должна перейти к 12-летней дочери Калмановича от второго брака с актрисой и продюсером Анастасией - Даниэле. Остальную часть получит вдова убитого баскетболистка Анна Архипова и двое ее малолетних сыновей. Она имеет право на половину имущества покойного, которое было нажито в период брака. А старшая дочь Лиат в таком случае не получает ничего. Но это не значит, что бизнесмен намеренно хотел лишить дочь наследства. Здесь есть нюансы - бизнесмен тогда, в 2001, в завещании распорядился так: все его российское имущество переходит младшей дочери, израильское - старшей. Но вот только на момент смерти в Израиле у него уже ничего не осталось. Это и послужило поводом для Лиат обратиться в Пресненский суд Москвы, говорит адвокат Анасатсии Калманович, матери главной наследницы Даниэлы, Шота Горгадзе.

Горгадзе: В настоящее время Лиат Калманович подала иск против Дани, и, что самое интересное, она судится с тем же ребенком, за которого она в Израиле ведет процесс по установлению опекунства.

Подолян: В свою очередь адвокат Лиат Александр Добровинский говорит, что дочь убитого бизнесмена просто хочет узнать правду и получить опеку над своей сестрой.

Добровинский: Она хотела бы узнать правду о наследстве, о завещании, о последних пожеланиях отца, исходя из действующего законодательства. Она ни у кого не хочет отсуживать наследство. Она хочет понять, в чем суть завещания, в чем дело, а вдруг там все отписано Даниэле, а вдруг это подделка, и что не надо судиться по этому поводу.

Подолян: За опеку над главной наследницей Даниэлой борются - старшая сводная сестра Лиат и мать девочки Анастасия. Женщины обвиняют друг друга в том, что интересен им отнюдь не ребенок, а его наследство. Лиат утверждает, что до того, как Даниэла не стала наследницей, мать не очень-то и пеклась о судьбе дочери, а представители Анастасии Калманович называют парадоксом попытки Лиат судиться против ребенка, которого она собирается опекать.

Возвращаясь к завещанию 2001 года, Лиат Калманович утверждает, что ее отец составлял еще несколько завещаний, но их никто не видел, говорит адвокат Шота Горгадзе.

Горгадзе: Сторона Лиат утверждает, что было несколько завещаний, но на сегодняшний день нам никто не показал ни одного завещания, кроме известного - последнего завещания. Но даже, если они имеют место быть, в силу действующего законодательства силу имеет только последнее заявление покойного.

Подолян: На суде было даже заявлено ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы подписи Калмановича на завещании 2001 года, но суд его отклонил.