Родившись во Франции, отечеством своим он считает Россию. Считая себя французом, он чувствует себя русским в духовном, культурном и историческом планах. Никита Струве отмечает юбилей. Знаменитому издателю, литературоведу, профессору Сорбонны исполнилось 80 лет. Он – автор "Антологии русской поэзии", монографий о русской эмиграции, книг о Мандельштаме и Ахматовой. Он первым издал на Западе книги Солженицына.

Незаслуженным счастьем назовет он позднее ту встречу с Ахматовой в июне 65-го. Судьба родившегося во Франции внука одного из лидеров кадетской партии, любимца Бунина и выпускника Сорбонны Никиты Струве будет связана с Россией все годы его жизни. "Я, в общем, ничего не выбирал, – говорит он. – Но какая-то чувствовалась необходимость. Заинтересованность. Одновременно для Запада, нужно было просвещать Запад. И для России – нужно было быть откликом тех, кто шел в свободе, через религию, в основном".

В эпоху хрущевских религиозных гонений Струве публикует книгу о положении православной церкви в советской России. Через группу верующей молодежи, отца Александра Меня Никита Струве устанавливает связи с Россией "Видимо, была нужда и внутренне, конечно, и внешне, – отмечает профессор. – Продолжать русскую культуру за границей. Это была возможность участвовать в истории".

С конца 50-х Струве возглавляет одно из старейших эмигрантских издательств ИМКО-Пресс, публикуя труды религиозных философов русской эмиграции и запрещенные рукописи из Советского Союза. Событием, определившим дальнейшую судьбу издательства, стало письмо Солженицына, в котором писатель доверял ИМКО-Пресс публикацию "Августа 1914-го". Тремя годами позже они же издадут и первый том "Архипелага ГУЛАГ".

"Мы издали "Архипелаг ГУЛАГ" в декабре 1973 года, что повлекло высылку Александра Исаевича, – рассказывает Никита Струве. – Тогда ИМКО-Пресс стало издателем Александра Исаевича до его возвращения в Россию".

"Он был издателем не только "Архипелага ГУЛАГА", не только "Августа 1914-го", который предшествовал всем другим узлам "Красного Колеса", но, в общем, всего, что Александр Исаевич написал в изгнании, – отмечает Наталья Солженицына. – Он – человек высокой культуры и глубокой веры, что, к сожалению, для нашего XX века и XXI – не такое и частое соединение".

С Александром Исаевичем и Натальей Дмитриевной Струве свяжет многолетняя дружба. В 95-м именно личные архивы Солженицына – Струве положат начало фонда Дома русского зарубежья в Москве. Рисунки Бенуа, рукописи Сикорского, переписка Цветаевой – с них начиналось возвращению наследия русского зарубежья в Россию.

"Никита Алексеевич говорил: "Мне посчастливилось предстательствовать за те миллионы русских людей, которые оказались на чужбине, мечтали вернуться в Россию, и такой возможности не имели, а я их представляю книгами, которые были созданы на чужбине", – говорит Виктор Москвин.

Сегодня, как и полвека назад, Никита Струве продолжает соединять разорванные когда то связи русской культуры, возвращая забытые имена и рукописи. "Я немножко различаю Родину и Отечество, – признается он. – Родиной может быть Франция. Отечеством – Россия. Мое участие в истории было, в основном, в русской истории. В этом смысле я ощущаю, что в ней участвовал".

Русская культура, как и русская духовная жизнь, всегда оставались для Никиты Струве частью его личной миссии, которую он продолжает и сегодня.