В Кольском заливе обнаружен первый гидросамолет Северного флота

В Мурманской области поисковики обнаружили останки первого гидросамолёта Северного флота – МБР-2. Создал его знаменитый конструктор Бериев. В годы Великой Отечественной эти машины вели разведку, а также атаковали нацистские корабли и подлодки. Один из самолётов затонул у берегов Кольского залива. Его двигатель уже удалось поднять на поверхность.

Кольский залив свои тайны хранит надежно и отдает неохотно. Суровый климат, температура воды не выше плюс пяти, скалы и большая глубина: уже у берега до дна – десятки метров. С первых дней Великой отечественной здесь шли ожесточенные бои за Мурманск: не сосчитать, сколько под водой сбитых самолетов и затонувших судов. Но не то, что поднять, даже найти здесь военный артефакт – уже настоящая удача.

"В этом году при погружении мы обнаружили двигатель. Была произведена фото- и видеосъемка объекта, мы взяли научную палку, произвели замеры и идентифицировали как двигатель от МБР-2", рассказывает руководитель дайв-клуба Western bridge Александр Петров.

За угловатые формы его прозвали "амбарчик", за серебристую окраску – романтично: "морская чайка". МБР-2 был первым гидросамолетом знаменитого конструктора Бериева, и первый в авиации Северного флота. С деревянным фюзеляжем, тихоходный и быстро устаревший, но надежный и простой в управлении. В начале войны морскому разведчику приходилось и вести воздушные бои, и атаковать немецкие корабли и подлодки.

13 июля 1941 года МБР под управлением командира второй эскадрильи капитана Сечкина отправился на задание. Обнаружили корабли противника, сбросили бомбы, но попали под огонь корабельных зениток. 49 пробоин – с такими повреждениями самолет почти дотянул до базы, губы Грязной, но при посадке вот на этом месте разбился и затонул. К счастью, экипажу удалось спастись, а сам МБР-2 пролежал на дне Кольского залива ровно 70 лет.

"Раненый самолет, подбит, мог зайти на посадку как-то боком, тем более рулевое управление повреждено. А удар о воду адекватен удару о бетон: если он не попал глиссирующей поверхностью своей лодки – а он мог боком зайти – его могло развалить в щепки", – говорит руководитель операции по подъему двигателя МБР-2 полковник запаса Федор Поляков.

Поднять с тридцати метров целую тонну – непростая задача даже для профессионалов. В команде их несколько человек. Все остальные – водолазы-любители: приехали из Москвы открыть еще одну страницу истории. Время работы под водой – не больше 20 минут: чем глубже, тем быстрее в баллоне расходуется воздух. Обследовав двигатель, команда принимает решение – поднимать его на поверхность с помощью надувного понтона. Корабельным краном было бы технически проще, но за 70 лет металл стал хрупким и буквально врос в грунт. Первыми на брезентовых парашютах взлетают радиатор и пулемет.

"Видно, что в него стреляли – здесь радиатор пробит и вот выходное отверстие, – поясняют участники операции. – Тут даже видно – остались патроны, видно, как лента из него шла, несколько патронов осталось, а несколько при подъеме выломалось.

Наконец – самый ответственный момент: двигатель обвязан, понтон спущен, начинается подача воздуха. Под водой остался лишь оператор. Наверху – напряженные минуты ожидания.

"Зрелище фееричное: оранжевый дирижабль, на нем висит двигатель с погнутым пропеллером, ну граф Цепеллин один в один", – говорит подводный фотохудожник и военный водолаз Михаил Семенов.

"Особенность Кольского полуострова – в воде и в вечной мерзлоте все сохраняется очень долго и здорово. Но потом, когда достаешь – очень важно в очень короткий срок реанимировать, чтобы не развалилось. Очень быстро окисляется и разваливается. Сейчас мы нашли двигатель – попробуем, что с ним можно сделать, попробуем сделать реконструкцию", – рассказывает врио начальника морской авиации ВМФ России генерал-майор Игорь Кожин.

Отданный морем трофей военный "Урал" вытаскивает на берег. Пока он больше похож на груду металла, но все же – настоящий раритет. Единственный из почти полутора тысяч, когда-то поднимавших в небо летающие лодки Бериева. Отправившись на задание летом 41-го, морской ближний разведчик все-таки сюда вернулся. Пусть даже через 70 лет.